Ксенофобы - Уильям Кейт

Эти машины были всем, что восставшие могли воспользовать для своей защиты от неприятеля. Флот уже успел уйти в космос, как только поступили сведения о выходе на орбиту эскадры империалов, а два корабля повстанцев были уничтожены еще до того, как из-за помех стала невозможной радиосвязь практически на всех диапазонах. Многие из конфедератов, находясь сейчас на небесном лифте, оказались в ловушке и надеялись, что их спасет какой-нибудь из кораблей.

А кораблей не было. Оставшаяся на поверхности планеты колонна уорстрайдеров пыталась пробраться к одному из атмосферных заводов в надежде укрыться там от неприятеля. Они были уже на полпути, когда появились первые управляемые снаряды империалов. Возник бой на отходе, страйдеры останавливались лишь для того, чтобы осуществить прицеливание и сделать несколько выстрелов, а затем продолжали движение дальше на север. Изрезанная оврагами равнина между горой Маунт-Атос и атмосферным заводом была вся усеяна погребальными кострами догоравших сбитых аэрокосмолетов, которые, не отличаясь прочностью «Шагающих», тут же разлетались на куски при попадании лазерных лучей. И все же в небе еще оставалась тьма-тьмущая аэрокосмолетов, то и дело спускавшихся с орбиты, где завис «Донрю». Две «Шагающих» уже пали жертвой воздушных атак, а три других были серьезно повреждены.

– Есть цель! Приближение по курсу три-один-один, – сообщил младший лейтенант Лэнэджер по оперативной цефлинк-связи. – Угол возвышения один-два. Направляется к нам.

– Вижу его, Томил. Есть захват! Огонь!

Сверкнула вспышка лазера, Se-280 неловко колыхнулся, и из его ведущего двигателя потянулась струйка дыма. Отовсюду на колонну сыпались управляемые снаряды, противник старался лишить повстанцев наступательных машин, после чего подавить их сопротивление и уничтожить.

– Генерал Синклер! – Катя пыталась связаться с ним по тактической лазерной связи. Синклер должен был находиться где-то впереди, на борту одного из транспортов КС-212, четвероногого чудища весом в восемьдесят тонн, имевшего среди личного состава кличку «Слон». – Генерал Синклер, вы слышите меня?

– Я здесь, Катя. Слушаю тебя.

– Генерал, мне кажется, единственный выход для меня – это взять сейчас половину наших страйдеров и остаться здесь. Задержать их. Остальные будут сопровождать вас и членов правительства к пещерам генератора.

– Так вот, послушайте теперь меня, полковник, – вмешался генерал Смит. – Что вы здесь раскомандовались…

– Тактическим оружием командую я, – отрезала Катя, не дав ему договорить. – Ни вам, ни вашим людям ни за что не добраться до генератора, если мы не задержим империалов здесь. Мы же не хотим, чтобы эти ракеты разнесли вас в клочья.

Наступила долгая, томительная пауза.

– Допустим, вы правы, полковник, я и сам не вижу другого варианта. Но требую, чтобы передали кому-нибудь свои полномочия – сейчас вы для нас нужнее, чем когда-либо.

Переговорить с гераклианскими Нага, как это уже попытался сделать Дэв…

– Простите, генерал. Я не могу пойти на это. Ей уже и так приходилось не раз бросать своих товарищей, слишком много боевых друзей пришлось ей потерять из-за того, что бездумно следовала чьим-то приказам.

– Полковник, вы, очевидно, не понимаете меня. Это не рекомендация. И не просьба. Это приказ. Мы не можем потерять вас сейчас, поскольку именно вы – эксперт в вопросах сношений с Нага.

– Катя! Послушайся его! – Это был Вик Хэган. – Дай мне возглавить оборону!

– Ты отправишься сопровождать транспорты, Вик. К атмосферному генератору.

– Но…

– Это приказ! Чтоб ты… понял!

– Полковник, мы не можем позволить вам этого… – это снова был Смит.

– А вы, генерал, зря теряете время, уламывая меня, как на… – не договорив, Катя внезапно вывернула свою машину из колонны. – Эй, кто пойдет со мной показать этим вонючим имперским задницам, кто мы есть? Есть среди вас добровольцы? Мне нужно девять человек!

– Есть! Я отправлюсь.

– И я!

– Так точно, полковник!

– Катя, я иду с тобой!

Пока следовали подтверждения, Катя быстренько переключилась на связь со своим напарником по уорстрайдеру.

– Ты можешь отправляться сопровождать транспорты, Томид. Если вскочишь в один из магнитоходов, то еще успеешь уйти с ними. Ведь это я вызвалась остаться здесь, а не ты. Я за тебя решать не могу. А с нашей тачкой я и одна справлюсь.

– Никак нет, полковник! – наотрез отказался Лэнэджер. – Что это вам в голову взбрело? Вы что, всерьез считаете, что я смогу спокойно спать, если с вами что-нибудь случится?

Катя не нашлась, что ему ответить.

– Ладно, Томид. О'кей. Спасибо тебе. Но придется попыхтеть.

– Именно поэтому я и решил остаться, полковник. Внимание! Цель в секторе 259, азимут один-пять!

Последовавший тут же взрыв поднял комья земли высоко в небо.

– Прицеливание! Есть! Огонь!

* * *

Я боюсь.

Чего?

Я не…

чем был я.

Я больше не человек.

Я больше не Я. Одиночество… и любопытство. Кто есть я/мы?

Давай отправимся на Пустую поверхность.

Зачем?

Чтобы… ощущать. Я чувствую здесь вибрации. Сюда доходят удары.

…через Скалу. Я чувствую…

…События.

…Согласен. И вкус…

…чистых металлов и…

…магнитных полей.

Я их чувствую.

Интерес. Но Пустая Поверхность – страшное место, чужое, это пустота, не-Скала, совершенная пустота, такое и представить трудно.

Пустая Поверхность – моя родина. Родина всех людей. И Империя пришла. Ты чувствуешь их корабли – это как маяки массы и магнетизма, потоков энергии,рассеивающиеся по Пустой Поверхности?

Я/мы чувствуем их. Но ведь ты/я не…

люди уже. Согласен. Печально… потери… одиночество. Мне нужно…

…хочу…

…ощутить…

…Поверхность…

…непосредственно. Согласен. Мы идем…

Как?

Так…

* * *

Чуджо Кавашима телом пребывал в своем цефлинк-отсеке на борту «Донрю», зависшего на орбите над Гераклом с перигеем в тридцать две тысячи километров. Но соединен он был сейчас с одной из 280-х, управляемой ИИ аэрокосмолета. Это давало ему прекрасную возможность обзора всего театра боевых действий. «Соратака» сгруппировались слева, ветер свистел, рассекаемый короткими крыльями аэрокосмолета.