Симулятор. Задача: выжить - Виталий Сертаков

— С ними невозможно вступить в переговоры, — кротко поправил Дима. — Они не обладают разумом.

— Зато инстинктов у этих сволочей — хоть отбавляй, — зло бросила Тамара, поправляя повязку на изуродованных пальцах.

— Инстинктов у них тоже нет, — сказал я.

— А что же у них есть? — кажется, впервые Комаров проявил заинтересованность.

— У них есть программа.

— Программа? Ты что, шибко умный? Хочешь сказать, что это роботы?

— Поумнее некоторых буду, — согласился я, но дальше спорить не получилось, потому что у меня в башке загалдели все разом — и инвалидка, и Дед, и докторишка этот, забыл, как его звать...

— Ты тоже их слышишь? — тихонько спросил меня Ливен. Вот хитрован, он уже не валялся, обгадившись, за валуном, а обтер слезки и подсел ко мне. — Ведь ты слышишь, да?

— И шо с того?

— Вероятно, мы должны вернуться?

— Вероятно, ты должен заткнуться? — выдвинул я встречную идею.

Мне требовалось подумать, ой как подумать и не ошибиться!

— Кого вы там слышали? — обернула перекошенную харю Маркеловна. — Что за тайны там у вас?

— Засохни, будь ласкова, — попросил я.

Эта жопа конкретно мешала мне слушать общий галдеж. Наконец, слово взял Дед. Как и положено пахану, заткнул хлебала остальным, за что я его про себя похвалил. Дед честно признался, шо не шибко разобрался, но однако ж они нашли лабуду, из-за которой столько народу передохло. И шо это вовсе не ракета, не бомба и не космический «шаттл», набитый зелеными осьминогами, как считали наши кретины в подвале. Оказалось, они тоже шукали ракету с осьминогами, а вместо нее вышли к локатору, типа, как у нac в Пулково на звезды смотрит, только раз в сто мощнее.

Дед, блин, вообще такое залимонил, я аж решил, что перегрелся старый. Мол, активный локатор похож на снежинку диаметром полкилометра или даже больше и висит, ни на чем не держится. И как раз благодаря этой, блин, снежинке мы все друга дружку слышим и можем потрепаться... И что это не просто волны в радиодиапазоне, а особый вид излучения, напрямую преобразующий излучения мозга. И что снежинка, очевидно, рухнет, если нам удастся обесточить Симулятор. Вчетвером им слабо, еще, вероятно, подтянется Белкин с колясочной больной. Великие, блин, помощники, но нехай поспешают, потому что прочие разбежались или померли уже... И что нас с Димой просят слезно не убегать в город, особо меня, просят забить на жену, на бизнес, плюнуть и фигануть пешедралом через лес с люками...

— Рванем, — сержант Комаров приподнялся из-за камня. — Жан, рванем сразу за следующей партией червяков. Я все рассчитал, не бойтесь, мы успеем!

Тамара поправила на плече рюкзак.

— Господин милиционер, вам от них не уйти, — вылез вдруг художник. — Чем дальше вы будете убегать, тем опаснее... Давайте вернемся, нужна наша помощь...

— Жан, эй, Жан! — прыщавые брыли Комарова тряслись. — Жан, что ты встал?! Мы же решили, что будем вместе, что не расстанемся до города!

— Топай, топай, сержант, — сказал я.

— Ах, ты мокрушник! — подняла вой Тамара. — Чуть что, так голову в кусты? Вы оба — слизняки, раз бросаете женщину!

Раньше за такой гундеж я бы харю любой сучке раскроил и не поморщился, но сейчас, блин, не до нее было.

— «Дед, ты меня слышишь, Дед? — позвал я. — Шо ты пургу гонишь? До тебя часа три ходу по сраным этим буеракам! Да нас в лесу на два счета, как бобиков порвут! Депутата вон уже на котлеты порубали!..»

— «Не порвут! — очень уверенно заявил Дед — Мы вас прикроем, как прикрываем других. Не беспокойтесь, киберов мы уже научились дистанционно отпугивать...»

Корки, короче, но я ему сразу поверил. Затем я побачил, як гнида Комаров наяривает по выжженному паркету, а бизнесменша Тамара семенит за ним, проследил, как они затерялись в тени расщелины. Но чего я не ожидал, так это отваги Ливена. Ведь только что говнюк сам боялся пересечь поле, сам ховался у меня за спиной.

Он не стал драпать за блондинкой, что, виляя тощей жопой, неслась, как последняя крыса с корабля. Марлевые лопухи разворачивались ей вслед.

— А ты чего остался? — на всякий случай спросил я.

Художник пожал плечами.

Комаров упал, споткнувшись об вьющийся корень. Маркеловна обернулась, помахала ему, затем сама споткнулась. До спасительных валунов им оставалось метров тридцать. Медведи и черви пока их не замечали.

— У меня мама в поселке... — Ливен зашмыгал носом, как малявка.

— Ладно, не бзди, прорвемся, — сказал я. — Только тесак отдай! Он тебе — как псу седло.

Мы не стали дожидаться, пока их сожрут. А может, они выкарабкались с другой стороны и добрались до Полян. Стало быть, их замочит какая-нибудь сволочь там. Или в самом городе.

Так завсегда происходит, так в армии у меня было. Стоит отвернуться, избегнуть драки — тебя поставят на колени и вытрут твоей харей толчок. Стоит показать спину опасности — и считай, тебя зачморили.

— Слышь, Дед, — вслух позвал я. — Хрен его разберет, шо вы там задумали, но если не поделишься тушенкой, никаких, блин, усилий от моего больного мозга не жди!

— «Тушенкой поделюсь, непременно, — заржал Дед. — Так вы вдвоем? Замечательно! Вы нас чувствуете? Нет? Топайте все время налево, до бывшей просеки, я потом вам скажу, куда свернуть...»

— «Не надо, — вклинился вдруг мой затюканный напарник. — Мы найдем, я вас слышу...» — Но я-то не слышу! — Я подергал его за шиворот чтобы не слишком о себе воображал.

— «Вот и славно! — веселился Дед. — Пожалуйста, не останавливайтесь, времени крайне мало, они уже построили...»

Тут связь пропала. Оказалось, это Ливен провалился ногой в какую-то дыру и отстал. Пришлось дурня ня вытаскивать; он был весь мокрый от ужаса, перебздел маленько. Думал, что в дыре его ждет такая же пиявка, что сожрала депутата. Я сказал ему, что в дыре никого нет, и не только в дыре, но и на километр вокруг. Странно, что он этого не чувствовал, а я, блин, вдруг одним махом просек. Те монстры, что топали вдали, вдоль трещины, они...

Как бы поточнее, они были слегка обесточены. Короче, я стал верить, что Комаров с блондинкой дотянут до Новых Полян. А мы, Бог даст, дотянем в другую сторону, к Деду, лишь бы не пришлось снова забираться в этот сраный ржавый кустарник, мать его...

— А ты зачем? — остановил меня Ливен.

— Что «зачем»?

— Ты зачем назад пошел? Почему с ними не убежал? — Он помахал рукой в сторону дымящейся трещины. Мы от нее уже порядком отдалились, Полян стало не видать, а плоскую равнину с лопухами затянуло вроде как туманом. Странный такой туман, типа летучей паутины, не хотел бы я в него вляпаться.

— Шо ты мене достаешь? Кто еще, кроме нас, а? Передумал, и вся недолга! — оборвал я придурка Ливена. Заколебал он меня вконец.