Ганфайтер - Владимир Поселягин

Осмотрев себя, я потрогал руки и растерянно пробормотал:

– Опять мышцы качать…

Первой мыслью, когда я надевал на себя трусы, было то, что на Землю это не очень похоже. Мы находились в тускло освещённом коридоре всего с двумя дверьми, одни странные створки находились сзади, другие – метрах в ста впереди. Стены и потолок были вроде из пластика, серого цвета. Да и пол не бетонный, а покрыт ребристым зелёным материалом. Не резина, но что-то вроде полиуретана. Потолок из более светлого пластика и светился весь, как один сплошной плафон. Может, на Земле и были такие бункеры, но я о них, честно говоря, не слышал, и понять, где мы находимся, не мог. Михась, в отличие от «запазухи», не отзывался.

Камер наблюдения я тоже не обнаружил, да и вообще странный и необычный коридор. Одев детей в комбинезоны и свитера, тут было не особо холодно, но всё же прохладно, сам оделся в привычную камуфлу и берцы, на бедре покоился «кольт». В этот раз пришлось искать комплекты по размеру, да и амуницию подгонять под обновлённое тело.

Естественно, дети просто не могли обойти вниманием всё, что произошло, поэтому мне пришлось, настороженно поглядывая на створки дверей, пояснять, что мы в другом мире, ищем путь ко мне домой. Особенно они долго воспринимали то, что я теперь таким и останусь. О дедушке и бабушке они уже знали, не раз просматривали семейный альбом, что у меня был с собой, поэтому объяснение было принято, хотя я сомневаюсь, что они поняли про параллельные миры. Но ведь объяснил же. Станут взрослее, поймут. Меня больше радовало, что они как были детьми, так и остались. Никаких последствий после перехода, кроме пропавшей одежды.

Как только я одел Дениса, то подхватив его на руки, крякнул, силёнок-то меньше стало, и мы направились к ближайшей створке. На подходе, буквально за десять метров, по косяку выхода вдруг пробежались огоньки, и дверь тремя створками ушла в пазы, открывая нам проход в какое-то помещение. Осторожно сблизившись, я выглянул, после чего уверенно переступил порог и проследил, чтобы дети последовали за мной. Анна и Кира и так держались за мои штанины, а вот остальные шли следом.

Как только мы оказались в большом полутёмном помещении, дальней стены не было видно, створка закрылась, а свет начал затухать. Дети испугались, но затихли, когда я включил фонарик. В это время я обнаружил, что в помещении есть ещё один источник света, часть стены сбоку начала отъезжать в сторону, и мы увидели звёзды.

– Космос?! – озадаченно пробормотал я. – Какого чёрта мы делаем в космосе?!

– Папа, а что это? – подёргав меня за штанину, спросил Гена.

– Это звёзды, сынок. Мы поднялись на звёзды.

– Как мамы?

– Мамы в раю, а мы в космосе, – вздохнув, пробормотал я. – Ничего не понимаю… И Михась молчит. Похоже, действительно пропал, кратковременный сбой. Но тогда, я же чётко запрашивал координаты хода домой, на Землю, почему тут оказались?

– Вы действительно в космосе, объект ноль семь, – услышал я голос, звучащий как будто со всех сторон.

Дети тут же испуганно прижались ко мне, и некоторые заплакали.

– Ты что делаешь, сволочь?! – заорал я, успокаивая детей и свободной рукой гладя их по головам. – Ты зачем мне детей пугаешь?!

– Извините, – в голосе неизвестного я отчётливо расслышал смущение. – До этого объекты добирались до Исследовательского центра одни, без попутчиков, и уж тем более без детёнышей.

– Думать надо, – всё ещё зло бросил я.

Присев, я успокаивал детей, некоторые всё ещё не могли прийти в себя. Алису пришлось обнимать и поглаживать по спине, успокаивая. Меня это куда больше озаботило, чем этот непонятный разговор с незнакомцем. Наконец дети более-менее были приведены в порядок, я подал Кире и Алисе платки, чтобы они утёрлись и высморкались, встал, спросил:

– Кто ты и где мы?

– Хороший вопрос, в тему. Я искусственный интеллект, если ты понимаешь, что это. С учётом того, что ты читаешь книги про фантастику, например в жанре ЕVЕ, то думаю, ты понимаешь, кто я.

– Искусственный интеллект, а мы находимся, как я понимаю, на космической станции?

– Именно так.

– Плюшки будут?

– Что?

– Хм, а о книгах как узнал? Да и вообще, почему ты назвал меня объектом, да и ещё с цифровым номером?

– Думаю, ты уже догадался. Твой друг Михась – это я, вернее задействованные мной процессоры, которые высчитывают вероятность твоего будущего.

– Это невозможно, – скривился я. – Не делай из меня идиота.

В это время Алиса попросилась на горшок, и я кратковременно отвлёкся, доставая его со склада и помогая дочке раздеться. Дальше она уже сама.

– Хм, ты прав, с помощью процессоров узнать будущее фактически нереально. Учёными этого Центра был создан аппарат на основе артефактов негуманоидной расы, вымершей несколько миллионов лет назад, что может высчитывать будущее. Они назвали его «Вариатором» и подсоединили ко мне. Также этот «Вариатор» может выполнять другие функции. Одна из них – это умение транслировать подопытным возможные эпизоды их будущего. Правда, больше чем на десять лет заглядывать в будущее мы не можем, там не миллионы, миллиарды разных вариантов.

– Значит, я седьмой подопытный, что попал на эту станцию? – сделал я логичный вывод.

– Именно так.

– А всего их сколько было? И с какого времени идёт отсчёт, да и где учёные?

– Учёные эвакуировались со станции более шести тысяч лет назад, но так и не вернулись. Я с тех пор работаю по заложенным программам и семь раз доводил их до успеха. Два миллиона шестьсот тысяч двести тридцать два объекта до конца программ не дошли.

– Чёрт, – устало потёр я лоб, было слишком много информации для анализа. – Какой у нас статус на станции и где мы можем поговорить более спокойно? Меня интересует комната, где мне и детям будет комфортно.

– Ваш доступ на закрытом объекте «Гость с ограниченными правами». Следуйте за светящейся стрелкой на полу. Она кратким маршрутом приведёт вас в жилой сектор. Развернуть для детей парк развлечений?

– Я не знаю, насколько мы тут задержимся, – ответил я и тут же получил ответ.

– Максимальное время вашего пребывания на территории станции – это шесть с половиной стандартных земных месяцев. После этого вы должны покинуть станцию. В случае вашего отказа я сделаю это силой.

– Ясно.

На полу к этому моменту уже светилась стрелка, и мы направились за ней. Дети чуть позже освоились, не так нервно реагируя на голос, идущий отовсюду, и даже пытались догнать стрелку и прижать её ногами, затоптав. Нашли новую игрушку. Через некоторое время они уже с хохотом и смехом гонялись за стрелкой. Как котята ей-богу. Только Денис был на моих руках, остальные крутились рядом, не отходя далеко.

Мы шли через высокие коридоры, со стенами из стекла или чего-то подобного, видя звёзды, потом повернули и направились в глубь станции. Шли долго, по моим прикидкам пройдя около трёх километров. Когда в очередном зале я сбоку рассмотрел кое-что для себя интересное, то, остановившись, присмотрелся.