RealRPG. Релокант - Ascold Flow

Не очень понятно, но эта писулька отправляла меня в городскую ратушу. Как раз по дороге зайду к Оксане, скину ящики и тачку.

На улице глянул обновки. Сменил наплечники, потратив десять минут на крепёж, и помахал копьём, как обезьяна. Практики, кроме той кривой подделки-самоделки, смастерённой когда-то в самом начале пути — ноль.

Арбалет, кстати, был больше чем у стражника правопорядка, с которым я встретился во время стычки с «Саблезубыми» в столовой. Не повезло ему: болты не отдам. Правда, их там и осталось всего ничего.

По пути срезали часть маршрута, пройдясь у стихийного рынка. Краем глаза оценил товары и решил вернуться сюда позже.

— Привет. Где Оксана? — спросил у хранительницы дома культуры, стоявшей на входе.

— А? Клиента важного с девочками знакомиться повела, — узнала меня женщина и поднялась со стула, от чего тот облегчённо скрипнул.

— Ясно. Вещи в целости и сохранности? — кивнул на закрытую на каморку за её спиной.

— Да, дом культуры под охраной Фёдор Филиппыча. Дураков у нас хватает, но не клинических же идиотов, чтобы у власти воровать, — улыбнулась она, заприметив двух братьев, что, позвякивая, несли дары картофельных магнатов, заботливо перенесённые Системой в этот мир.

— Да и охранников на улице хватает.

— Балбесы бестолковые! Слышала, недавно какого-то сопляка на улице подрезали, так стража рядом проходила и даже пальцем не шевельнула.

— Ага, что-то такое слышал ... — кивнул я, понимая, о ком идёт речь.

Впрочем, стражи в том районе не заметил вовсе.

— Открыть? — чуть опустила голову, намекая на ключ, спрятанный в глубинах неизвестно какого размера груди.

Тут, наверное, надо двузначными числами размер считать.

Я запихнул ящики внутрь камеры хранения и туда же положил арбалет с копьём. Они были большими и мешались. Да и использовать их эффективно без тренировок вряд ли получится.

Освободившись, двинулся дальше, в то время как ребята бросили на складе тачку, с опухшими лицами помчавшись следом за мной.

— Так. Я в Ратушу, вы на рынок. Ищите еду, всякую хрень с магией, книги и так далее. Артефакты тоже смотрите, если будут, но не меньше редкого ранга. Остальное барахло мне даже таскать впадлу.

— Мы заметили, шеф.

— Вот и славно, что глазастые такие. Встречаемся через десять минут у входа на барахолку. У оранжевой вывески без надписей, — дал указание и свернул за угол, направляясь к ратуше.

И снова нескончаемая очередь. Оценив скорость входа, — а за минуту не вышло и не вошло ни единого человека, — я решил, что ждать своего часа с номером пятьдесят один — непозволительная роскошь.

— Эй, ты куда?

— Тебе конец очереди показать?

— Борзометр вырубай.

— Мужчина! Мы уже три часа стоим, совесть-то имейте!

Со всех сторон лился поток оскорблений, но перекрыть дорогу так никто и не решился. Уже на ступеньках ратуши вытащил из кармана письмо от «Пивоваров» и громко продекламировал охране и невольным слушателям:

— Важное сообщение городской администрации от клана «Пивовары»! У меня отличные новости!... — Волшебное слово «пиво» угомонило половину толпы.

Вторая половина и так была спокойна.

Охрана пропустила без лишних проблем, и я тут же сориентировался, найдя стрелочку с направлением к «Мэру города», подцепленную под потолок. Как я понимаю, это назначенный Филиппычем кто-то из приближённых, заботящийся о рутине сотен и тысяч городских потребностей. Сам он обитал не тут, но управлял всеми этими городскими институтами, а также союзом кланов, что с его согласия обитал на захваченной им же и «Саблезубыми» территориях. В общем, нанял чиновников из числа людей с подходящим опытом и следил, чтобы не набивали карманы.

Конечно, в каком-то виде эта система досталась ему в наследство три дня назад, когда он стал править. Причём, судя по всему, править надолго. Анархия местных банд, принявших правила игры после чистки собственных рядов, резко пошла на убыль. Самые отмороженные — свалили. Согласные с политикой — остались. Я не эксперт, но сваять подобный аппарат управления за пару дней — задача сложная.

Во всем этом радует верность подчинённых, высокий уровень самоорганизованности местных и отлично заложенная первоначальная база. Люди сами идут на поклон и говорят, что могут и где будут полезны, после чего оформляются на работу — и вперёд, трудиться. И при всём при этом в городе дохренища беспорядка! Не совсем понятно, что делать можно, а что — нельзя. Никакими кодексами здесь и не пахнет, мне только в паре мест попались приклеенные на скотч листы с основными правилами Бобруйска. Банальные: не убивать, не воровать, не грабить, не калечить и не драться. Причём, кроме первого пункта, я засвидетельствовал нарушения всех остальных основополагающих догм и правил. Кое-где даже лично принял участие.

Короче, бардак. И это меня радует. Будь тут всё отлажено, я бы взгрустнул, представляя, сколько предстоит работы уже мне с моим убежищем. Вообще, всё держится на идейных, работящих руководителях, что не боятся взять ответственность и установить на местах порядок. Например, глава ратуши, который мэр местный — должен быть именно такой.

Входя в его кабинет, я ожидал увидеть многое, но не полусумасшедшего бородатого хипстера с сигарой в зубах и вискарём в руке. Мужик скрупулёзно изучал какие-то документы, второй свободной рукой переписывая данные в огромный журнал.

— КТО БЛЯ?

— Я бля!

— Зачем?

— Квест сдать?

— Какой нах квест?

— На зачистку катакомб под пивзаводом.

— Пивзавод — это хорошо. Дохера там пива?

— Дохера. Всему городу неделю бухать хватит, не просыхая.

— Зашибись! Что за клан у вас?

— Одиночка!

— Оху*ть! Давай лист наградной!

Я протянул бумагу, и он тут же возмутился, посыпая стол пеплом, и, не вытаскивая сигару из рта, запричитал:

— Всего семь кусков? Старый жмот! Мы же десять тысяч из городской казны выделяли! Короче, пошёл он в жопу. Я тебе восемь пятьсот дам. Идёт?

— Идёт! — не стал отпираться от неожиданной халявы.

Мужик, чьего имени я так и не узнал, поднялся, подошёл к окну и рявкнул в форточку, выпуская дым из лёгких:

— ЗИНА! З-И-И-И-Н-А-А-А-А-А!

— А? — приглушённо донеслось в ответ с заднего двора.

— ТАЩИ С СЕНЕЙ КРИСТАЛЛ

— На сколько?

— ВОСЕМЬ С ПОЛОВИНОЙ!

— Семь?

— ВОСЕМЬ, БЛЯ!