Могучая крепость - Дэвид Вебер

— Я удивлён, что холод ощущается не так сильно, как кажется! — прокомментировал он, и Теннир улыбнулся.

— Мы идём по ветру, милорд. Это значительно снижает кажущуюся скорость ветра на палубе. Поверьте мне, если бы мы приводились к ветру, вы бы это почувствовали!

— Не сомневаюсь, я бы почувствовал. — Граф покачал головой. — И я поверю вам на слово относительно нашей скорости. Но я никогда не думал, что что-то может двигаться так быстро… особенно по такой твёрдой поверхности, как эта!

— Тут помогает, что лёд такой гладкий, как здесь, — ответил Теннир.

Он махнул одной рукой, указывая на лёд вокруг них, затем указал на ещё один флагшток, вертикально установленный на замёрзшей поверхности озера и поддерживающий флаги того или иного цвета, мимо которых «Шершень» проходил через равные промежутки времени с тех пор, как покинул Лейквью.

— Видите его? — спросил он, и граф кивнул. Этот конкретный флагшток мог похвастаться зелёным флагом, и Теннир ухмыльнулся. — Зелёный указывает на гладкий лёд впереди, милорд, — сказал он. — Но только дурак полностью доверяет флагам — вот почему мы держим хорошего вперёдсмотрящего. — Он мотнул головой в сторону явно замёрзшего человека, сидевшего в вороньем гнезде «Шершня». — Тем не менее, геодезические группы хорошо справляются с обновлением флагов. Мы должны увидеть жёлтые предупреждающие флаги задолго до того, как выйдем на лёд с торосами, а сами торосы будут помечены красным флагом. И флаги также служат нашими ориентирами — типа портовых буёв — во время движения через озеро.

— Как, во имя Лангхорна, они вообще устанавливают эти флаги? — Корис практически прокричал свой вопрос сквозь буйный рёв их полёта, и ухмылка Теннира стала ещё шире.

— Это на самом деле не слишком сложно, после того как лёд станет достаточно твёрдым, милорд! Они просто прорубают дыру, вставляют в неё флагшток, а затем дают дыре снова замёрзнуть!

— Но как они умудряются не дать флагштокам провалиться прямиком в воду?

— Он закреплён на полой опоре с крестовиной, — ответил Теннир, махая руками, и иллюстрируя то, что он говорил. — Опора железная, около трёх футов высотой, с двумя парами перекладин, расположенных под прямым углом примерно на половине её высоты. Прутья крестовины заметно длиннее ширины лунки, и они лежат поверх льда, удерживая опору в нужном положении, пока лунка снова не замёрзнет. Затем они просто вставляют флагшток в опору. Когда приблизится весна, они будут следить за каждой опорой, чтобы она не затонула, когда растает лёд, чтобы они могли их снять и снова использовать следующей зимой.

Корис понимающе кивнул, и они вдвоём несколько минут стояли бок о бок, наблюдая, как лёд пролетает мимо, пока «Шершень» рвался вперёд. Затем Теннир пошевелился.

— Предполагая, что моя оценки скорости точны — а я должен скромно признаться, что на самом деле я очень хорош в оценке такого рода вещей, милорд — мы всё ещё в добрых одиннадцати или двенадцати часах езды от Зиона, — сказал он. — Обычно я бы предположил, что даже дольше, но погода ясная, и сегодня вечером у нас будет полнолуние, так что нам не придётся так сильно снижать скорость, когда закончится день. Но хотя я рад, что вам здесь нравится, возможно, вы захотите подумать о том, чтобы спуститься вниз и выпить чего-нибудь горячего. Честно говоря, я бы очень хотел, чтобы вас доставили размороженным, и мы тоже придём пообедать через пару часов, собственно говоря.

— Говоря за себя, думаю, я предпочёл бы прибыть размороженным, — ответил Корис. — Но мне бы очень не хотелось пропустить что-нибудь из этого!

Он взмахнул обеими руками, указывая на солнечный свет, палубу вокруг них, мачту с туго натянутым парусом и сверкающую ледяную крошку, осыпающуюся с неуклонно скрежещущих полозьев, когда они пробивались сквозь яркое (хотя и несомненно, очень морозное) утро.

— Я знаю. И я не пытаюсь приказать вам, чтобы вы спустились вниз, милорд! — Теннир громко рассмеялся. — Честно говоря, я был бы немного лицемерен, если бы сделал это, учитывая, как мне нравится здесь, на палубе! Но вы, возможно, захотите подумать о будущем. И не забывай, что у вас впереди целый день, чтобы наслаждаться этим. Поверьте мне, если вы думаете, что то, что происходит сейчас — волнующе, то подождите, пока не увидите всё это при лунном свете!

III. Храм, Город Зион, Храмовые Земли

.III.

Храм, Город Зион, Храмовые Земли

Бесшумные снежинки бились в окна высотой от пола до потолка, как заблудившиеся призраки. Яркое, мистическое освещение, которое всегда освещало внешнюю часть Храма, превращало кружащиеся хлопья в сверкающие драгоценные камни, пока ветер не подхватывал их и не нёс на встречу с окном. Ховерд Уилсинн наблюдал, как они превращаются из великолепных драгоценностей в пернатых призраков, и чувствовал холод, гораздо более глубокий, чем холод ночи за окнами, шепчущий, шепчущий в глубине его костей.

Он перевёл взгляд с кружащихся снежинок на роскошные апартаменты, отведённые его брату. У каждого викария в огромном, величественном комплексе Храма были личные апартаменты, но, как и следовало ожидать, апартаменты Сэмила Уилсинна не были особенно огромными. Они не были крошечными, но всё же были значительно скромнее, чем мог бы потребовать викарий с таким положением, как у Сэмила.

Кроме того, они были обставлены более аскетично и просто, без вызывающей роскоши, которой требовали другие викарии. Жаспер Клинтан, нынешний Великий Инквизитор, был тому примером. Ходили слухи (почти наверняка верные), что одни только произведения искусства в его покоях, вероятно, стоили общего годового дохода большинства баронств. Не говоря уже о том факте, что Клинтан потребовал и получил одни из вожделенных угловых апартаментов, с окнами, выходящими одновременно на восток и на север, что позволяло ему обозревать крыши, башни и здания Зиона через окна с одной стороны и великолепный купол, и колоннаду главного Храма с другой.

Ховерд предположил, что кто-нибудь мог бы утверждать — как, очевидно, и сделал Клинтан, — что такие апартаменты соответствовали должности человека, ответственного за надзор за состоянием души Матери-Церкви. Не раз он слышал, как Клинтан благочестиво декламировал о необходимости должным образом поддерживать авторитет и престиж Великого Инквизитора. О необходимости подчёркивать требуемую — всегда требуемую — степень власти этого должностного лица над всеми детьми