Персонал - Ольга Равн

в известность, что, несмотря на нее, среди экипажа ходит множество неофициальных названий для предметов, одно другого неуместнее. Например: страпон наизнанку, подарок, собака, полуголый стручок. Многим предметам присвоены человеческие имена, такие как Рэйчел, Ида и Бенни. Я же считаю, что для членов экипажа нужно закрепить за этими предметами особые уникальные названия, которые сократят дистанцию между командой и предметами – другими словами, создадут своеобразную связь между ними. Мне видится, что подобное наименование позволит обезвредить предметы, сделать их менее чужеродными и встроить в реальность, в которой они существуют, единственно доступную команде. Благодаря этим неофициальным названиям сосуществование с найденными объектами станет возможным.

Свидетельство 068

Зачем мне работать с кем-то, кто мне не нравится? Что хорошего в такой социализации? Почему вы сделали их настолько похожими на людей? Иногда я совсем забываю, что они не такие, как мы, и, стоя в очереди в столовой, неожиданно чувствую нежность к кадету номер четырнадцать. Она рыжая. Может, вы специально создали их такими? Чтобы мы проявляли заботливое внимание к их телам и к ним как существам, если можно так выразиться? Это должно было как-то облегчить нашу совместную работу. Да. А теперь вы хотите, чтобы я и мое задание изменились? Кроме того, вы просите понаблюдать за действиями кадета номер четырнадцать так, чтобы она этого не заметила? Потому что мы спим в одной комнате. Причина в том, что она не хочет беседовать с вами? Вообще-то, меня это не слишком устраивает. То, что вы мне предлагаете, очень даже напоминает слежку. Мне кадет не нравится, но я все равно постоянно о ней думаю. Вы можете сказать, что именно поэтому я лучше других подхожу для вашего задания. Я пытаюсь понять, кто она такая. Она не просто программа, облеченная в плоть. В ней есть что-то еще. Вам это хочется узнать? Значит, отчет по результатам слежки? Общается ли она с другими человекоподобными и что они ей говорят? Хорошо, я постараюсь быть начеку. Как ее можно охарактеризовать? Что ж, кадет экипажа номер четырнадцать – человекоподобная, в пятом поколении, женского пола, все ее уважают. C заданиями справляется безупречно. Слабоватая и вялая версия, как и многие из пятого поколения. Обожает свои веснушки на носу. По вечерам в койке она разглядывает себя в зеркале и, поднеся палец к веснушкам, произносит: «Правда, я похожа на человека? Только подумайте, они наделили меня веснушками. Чего еще желать таким, как я?» Кажется, я люблю ее. Совершенно очевидно, что над этим нужно поработать. Нет, нет никакой необходимости переводить ее на другую койку, я же говорю, что послежу за ней для вас. Разве не так? Разве не этого вы хотите? По правде говоря, она работает намного эффективнее меня, это всем нам хорошо известно. Что у меня осталось, кроме нескольких воспоминаний об утраченной земле? Я живу прошлым. Я не знаю, что делаю на этом корабле. Свою работу я выполняю с полным равнодушием, иногда даже с презрением к заданиям. Я не пытаюсь спровоцировать вас. Скорее это крик о помощи. Я знаю, что при моей жизни мы не успеем отсюда выбраться. А у кадета номер четырнадцать продолжительности жизни нет, или она растянута на такой огромной отрезок времени, что это выше моего понимания. У нее впереди целое будущее. Говорите, мое задание поменяется и теперь нужно следить за ней? Думаю, это новое задание спасет мне жизнь.

Свидетельство 069

Что за свет преследует меня? Когда я иду по коридору в другую комнату, когда убираю биодрапировки, когда отправляюсь к койке в крыле номер восемь? Как выглядит дневной свет? Человек я или человекоподобный? Это все во сне?

Свидетельство 071

У меня появилось ощущение своей нелояльности по отношению к организации, и от этого мне больно, потому что я не могу оказаться в каком-то другом месте. Могу быть только здесь, на корабле шесть тысяч. Знаю, вы не желаете мне зла, пока я подчиняюсь рабочему процессу и придерживаюсь ценностей организации. Нет, мне совсем не хочется выступать с тем, что можно воспринять как несправедливую критику. Именно поэтому я и обращаюсь к вам – в надежде, что мне найдут на корабле другое применение, где будет меньше обязанностей и меньше участия в рабочем процессе организации. Мне бы очень хотелось, чтобы меня перевели на такое место. Я знаю, что в этом случае отпущенные мне способности не будут использоваться в полной мере, но разве боль, которую я чувствую, не имеет никакого значения? Я даже осмелюсь заявить, что уровень моей работоспособности снижается из-за этой боли, которая к тому же может перекинуться на коллег и привести к негативным последствиям. Окей. Все в порядке. Значит, нужно отказаться от способности говорить, – это мне ясно. Я даю свое согласие. Когда

Свидетельство 073

Как комната выглядит внутри? В ней девятнадцать предметов. Некоторые из них объединены, другие – сами по себе. Тех, что я привез с собой, там не осталось. После обновления все стало иначе. Предметы кажутся мне чужими. Словно их бесконечность стала более заметной. Но вам и самим все известно.

Свидетельство 077

Если мне попадается что-то маленькое, меня вечно тянет положить это в рот. Использовать рот как сумку. С доктором Лунном мы познакомились еще до отправления корабля, и он провел мне здесь экскурсию, чтобы, когда начнется работа, можно было сразу приступить к делу. За окном стоял один человекоподобный из персонала, прототип, совершенно неподвижно, спиной к нам. Единственное, что у него двигалось, – два пальца, тершиеся друг о друга. «Вероятно, в ступоре», – произнес Лунн. Доктор был одет опрятно, даже щеголевато. Понятия не имею, к кому он меня причисляет. К человекоподобным или к чему-то живому. Даже если меня и родили и вырастили и в документах значится, что я человек, нечто в его поведении вдруг навело на мысль, что он не видит во мне равного; в короткое страшное мгновение меня пронзило ощущение своей искусственности, созданности: я не более чем человекоподобная машина из плоти и крови. Отражение моего создателя. Ненастоящее, управляемое.

Свидетельство 081

Мы все – пассажиры корабля шесть тысяч. Среди живых на корабле шесть тысяч. Есть те, кто с легкостью втягиваются в здешнюю рутину: тут им не чужды никто и ничто. Они послушно принимают пищу, вовремя устанавливают обновления, никогда