Дом колдуна - Мэри Блум

— Так что утешься уж как-нибудь сам, — озорно добавила Агатка.

Ну зачем же сам? К счастью, в этом доме были и другие источники утешения.

Только отправил разбушевавшуюся ведьмочку спать и отложил смартфон, как в дверь, не заставляя меня ждать, постучали. Вот и пришло мое развлечение. Хотя нет, это для Глеба женщины — развлечение, а для меня они еще и терапия. Поэтому мне нужней. Накинув рубашку, я отправился открывать.

Ep. 04. Дом колдуна (IV)

— Добрый вечер, барин… — проворковали, едва я открыл дверь.

С той стороны порога переступала с ножки на ножку блондинка из дядиного кабинета, только сейчас без кофе и подноса. Да и в целом вид у нее был несколько другой — более расслабленный, даже фривольный. Толстая коса распущена, светлые волосы свободно рассыпаны по плечам, губы накрашены так густо, что аж алели. Ситцевое платье было то же, что и в кабинете — хотя мне показалось, что оно стало заметно короче и заметно потеснее в декольте. Похоже, все-таки другое: приоделась для барина. А рядом стояла Ульяна, приведшая девчонку сюда и наблюдающая все это с легкой иронией.

— Проходи располагайся, — сказал я гостье, — скоро вернусь.

Она тут же прошмыгнула в мою комнату, довольно, я бы даже сказал, деловито осматриваясь. Уля же осталась в коридоре, явно горя желанием мне что-то сказать. Я вышел к ней и, прикрыв дверь, остановился напротив, наслаждаясь контрастом. На фоне сочных деревенских девок, прикормленных Павловским молочным комбинатом, Ульяна казалась гостей из другого мира. Высокая, стройная, на вид совсем хрупкая, как модель с обложки — в общем, не стандарт местной красоты. И все сердобольные тетушки пытались всунуть ей пирожок в руки, причитая, что такую тощую никто в жены не возьмет. Они просто это тело без одежды не видели — все там было как надо.

Умные серые глаза, темные волосы длиной до лопаток, светлая футболка и голубые джинсы — такой сейчас стояла передо мной Ульяна. Старше меня на два года и ниже меня на голову. Хотя раньше мы были одного роста — и если тогда наши глаза были на одном уровне, то теперь она смотрела на меня снизу вверх. И я бы не сказал, что ей это не нравится.

— Имей в виду, — заговорила Уля, пробежавшись взглядом по расстегнутым пуговицам на моей груди, — она тупая. Но хитрая.

— Да других тут и не водится.

Ее изящная бровь с иронией изогнулась.

— С каких это пор ты приравниваешь себя к сенным? — полюбопытствовал я.

— Хочешь сказать, — улыбнулась она, — я настолько выше?

— А разве нет?

Улин статус в этом доме был уникальным: не хозяйка, но и не прислуга, а ко всему еще и дядина крестница, хоть и простолюдинка — дочь его друга детства, по совместительству управляющего поместьем. А потому ее положение здесь было особенным, достаточно высоким, чтобы распоряжаться другими и не прислуживать никому самой. Если уж совсем честно, то она с полным правом могла к моей спальне даже не приближаться — вообще ни к чьей. Но что поделать, если ее сюда тянуло, как магнитом?

— Приятно слышать, — отозвалась она, перехватывая мой взгляд.

Несколько секунд мы молча смотрели друг на друга, а затем и ее улыбка медленно затухла, как бы подводя к самой сложной теме вечера.

— Я знаю, — тихо произнесла Ульяна. — Мне жаль…

Я коротко кивнул.

— Расстроен? — еще тише спросила она.

Да черт… Как же вы достали все.

— Нет, — отрезал я, — нормально все.

После секундной паузы девушка вскинула руку, пытаясь коснуться моей щеки, погладить — однако я перехватил ее в полете. Только не сейчас. Не хотелось смешивать приятное с неприятным — ласку с сожалением. Сама все поняв, Уля медленно вытянула ладонь из моей руки.

— Уезжаешь, значит? — спросила она.

— Да, — кивнул я. — Завтра.

Коридор на пару секунд окутала тишина. Только из моей комнаты доносились шаги, как бы намекая, что сегодняшняя гостья осваивается вовсю.

— Как будешь развлекаться, — Ульяна кивнула на дверь за моей спиной, — помни, кто всегда готов быть тебе полезной и готов поехать следом за тобой.

О как. А ведь могла бы сказать и попроще. Любишь же ты прибедняться.

— В столицу? — улыбнулся я.

— Куда тебе будет нужно, — серьезно выдала она. — Если не вернешься назад…

И ведь как будто не знаешь, что надолго тебя без себя не оставлю. От меня, вообще-то, так легко не отделаться.

— Поверь, ты даже соскучиться не успеешь.

— Просто не забывай, — добавила она.

Развернувшись, Ульяна направилась вглубь коридора. Несколько мгновений я смотрел ей в спину, пока не почувствовал холод на щеке от того, что не дал ей прикоснуться, и она теперь уходила вот так.

— Уля, подожди!

Миг — и она остановилась. Замерла, не оборачиваясь. Уже давно она никому не разрешала называть себя Улей — только мне.

Быстрым шагом я подошел к ней и обнял со спины. Руки обхватили стройную девичью талию, темная макушка прощекотала мой подбородок. В отличие от деревенских девок, которые могли пахнуть чем угодно — от дешевых духов до навоза, Ульяна всегда пахла приятно — домом, и возвращаться в нее было как возвращаться домой.

В тишине коридора раздался скрип половицы — так резко девушка повернулась ко мне и, как прыгают в омут, прижалась к моим губам. Я еще крепче обнял ее, чувствуя такой знакомый жар, поплыть от которого не составляло особого труда. Еще ничьи поцелуи не были приятнее, чем ее. Но все равно всякий раз хотелось проверить, а вдруг все-таки чьи-то будут.

Гибкое нежное тело податливо изгибалось под моими пальцами, как мягкая глина, из которой я мог лепить все что угодно: любую форму, любую позу. Недоступная больше никому, мне она не откажет ни в чем, позволит все — и в моей спальне была самой частой и самой желанной гостьей. С ней всегда удавалось расслабиться, но ее я отлично знал, а сегодня хотелось новизны. Даже больше — сегодня мне нужна новизна. Нужно новое, чтобы не думать о старом. О котором сегодня все без устали напоминали.

Неподалеку послышался скрип, намекая, что кто-то поднимается по лестнице — и Уля нехотя оторвалась от моих губ. Как