Калгари 88. Том 5 - Arladaar

— Лучше чай с малиновым вареньем! — пошутила в ответ Малинина и её шутка вызвала ещё больший смех.

— А сейчас другие вопросы к Людмиле, — улыбнулся общему веселью Левковцев и взял следующую бумажку. — Тут сразу три вопроса. Болела ли ты? Приходилось ли выступать больной и какие лекарства пьёшь?

— Больной никогда не выступала! — заявила Арина. — Болеть… Нет, в последнее время не болела. Лекарства никакие не пью.

Соколовская с Малининой тоже сказали, не болеют, поэтому всё хорошо. Следом были другие, более личные вопросы, обращённые ко всем фигуристкам. Спрашивали о семье и личной жизни, дружат ли фигуристки с мальчиками, ходят ли в кино и на дискотеки, на которые Арина сказала, что семья у неё самая обычная, мальчик вроде как есть, но они с ним видятся редко, потому что, то школа, то тренировки, то чемпионаты. При этих словах Максим, сидевший в первом ряду, встрепенулся и чуть не упал со стула, но это осталось незамеченным никем, кроме всевидящего ока Аньки, сразу же рассмеявшейся в ответ.

Под конец встречи на сцену вышла девочка лет двенадцати и спросила, можно ли начать заниматься фигурным катанием в её возрасте.

— Нет, — покачала головой Арина. — В 12 лет уже надо иметь первый спортивный разряд и выступать по юниорам. Ты же начнёшь с абсолютного ноля. С нерастянутым телом, не привыкшим к высоким спортивным нагрузкам. Это чревато непоправимыми травмами. Да и соревноваться придётся с 7−8-летними детьми, чтобы получить юношеский разряд. Но им будет намного легче, потому что в их возрасте тело лёгкое, подвижное и с хорошей природной растяжкой. Есть, правда, один нюанс… Если ты занималась до этого балетом, или каким-либо сложнокоординационным видом спорта, например, спортивными бальными танцами, художественной гимнастикой, или хотя бы прыжками в воду, фристайлом, тогда можно попробовать в 12 лет встать на коньки. Но будет очень и очень трудно. Прыжки наверняка не поставятся, однако в танцах может и получиться.

На этом встреча с юными болельщиками была завершена, фигуристки раздали автографы, пообщались какое-то время накоротке и после этого покинули зал вместе со всеми. Покинул зал и товарищ Шеховцов, председатель центрального комитета Федерации фигурного катания СССР, уяснивший из ответов Хмельницкой несколько любопытных вещей. Первое — секрет успеха: минералка и кофе. Звучало смешно и фантастически, что от таких простых средств возрастает отдача тела и координация, но всё-таки об этом стоило поговорить с врачебной коллегией Федерации. Второе — Хмельницкая тренируется и утром, и днём, и вечером. Значит, стоит издать рекомендацию всем спортсменам делать так же. И третье — Хмельницкая любит классическое искусство. Этот вопрос тоже надо проработать.

В целом, Шеховцов не услышал чего-то экстраординарного. Осталось только одно — через линию Минздрава затребовать копию медицинской карты Хмельницкой. Посмотреть, чем она болела, возможные травмы и какие средства использовались для лечения. Фигуристка могла, сама того не подозревая, открыть волшебный ларчик успеха. А завтра… Выходя из зала, Шеховцов даже на миг остановился. Завтра ведь показательные выступления фигуристов! И можно ещё раз посмотреть на Хмельницкую и Соколовскую, сев поближе ко льду. Их показательный номер может быть любопытным…

… Вечер в общаге был интересный для Аньки и трудный для юных фигуристок. Они в экстремальных условиях готовили костюмы к завтрашнему показательному номеру!

— Мне кажется, не надо их гладить, — предложила Арина. — Синтетика, легко спалить. Складки и так выровняются на теле. Можно слегка разгладить и аккуратно сложить. Этого будет достаточно.

— А что у вас за показательный? — с любопытством спросила Анька, наблюдая, как Люська и Маринка тщательно разглаживают костюмы.

— Там увидишь! Долго объяснять! — с достоинством ответила Соколовская, распрямляя чёрную майку с чёрными шортами и налобную повязку с напульсниками. Белые импортные колготки уже готовые лежали на кровати. Анька хотела протянуть руку, чтобы подробнее рассмотреть эту редкую деталь женского гардероба, но, увидев пристальный взгляд синих глаз Соколовской из-под свисающих на лоб белокурых прядей, отказалась от этого намерения. Поэтому переключилась на Арину.

— Люськаа, ну не будь врединой, скажиии! — заныла будущая маман.

— Что тебе сказать? — терпеливо спросила Арина. — Лучше самой увидеть. Ну хорошо… Показательный номер у нас будет в стиле латины, а точнее рэгги. Но мы его сделали посовременнее. Хотели сначала кататься под брейк-данс, но тренер отговорил, сказал, что такой креатив может быть негативно встречен публикой. Поэтому будет рэгги! Йо!

Арина показала правой рукой «козу», которую обычно показывают рокеры, чем вызвала у Аньки приступ смеха.

— Как ты всё-таки иногда необычно стала говорить, — смеясь, сказала Анька. — Твои слова с трудом, но всё-таки угадываешь… А вы будете сегодня тренировать свой показательный?

Арина и Марина одновременно пристально взглянули друг на друга. Естественно, хотя бы базовые движения потренировать надо. И вспомнить костяк программы. При постановке они катили её только один раз и сейчас уже слабо помнили основные позиции и шаги.

После того, как приготовили костюмы к показательному, Арина позвала Соколовскую к столу, взяла листок бумаги с ручкой, и стала чертить траекторию проката, обозначая на нём требуемые к исполнению элементы.

— Вот смотри, можно начать прямо от калитки, — Арина приблизительно очертила контур катка. — Сделаем сюрприз. Когда зазвучит музыка, мы выпрыгнем на лёд, отъедем перебежками на раз-два-три, тормознём и сразу же начнём стартовую позу на месте. Ты помнишь её?

— Примерно, — с лёгкой досадой ответила Соколовская. — Но мы сейчас обновим стартовые движения. Кстати, твоя идея мне понравилась — выпрыгнуть неожиданно. Чтоб зрители не испугались.

— Не испугались? — засмеялась Анька. — А там будет что-то страшное?

— Увидишь, — усмехнулась Арина. — Пожалуйста, не мешай. Лучше приготовь магнитофон и найди там в куче кассету с Бобом Марли.

Арина показала на магнитолу, стоявшую на подоконнике, с лежащей рядом кучей кассет, на которых записаны фонограммы выступлений и танцевальная музыка.

— Со стартовой позы мы идём вот по такой дуге влево, — вспоминала Арина постановку Левковцева. — Тренер говорил ехать в двух метрах друг от друга, но мне кажется, это слишком близко… Давай