Ведомая огнем - Ольга Гусейнова

Сложно, очень сложно знать, что приближается грань, за которой – смерть или жизнь! Сложно знать и не иметь возможности сделать хоть что-нибудь, чтобы спастись, защититься, изменить ситуацию. Лишь покорно ждать!

Из дремы меня вырвали тычком палки под ребра. Вздрогнув и зашипев от боли, я села, оглядываясь. За нами пришли! Бросила испуганный взгляд на соседнюю клетку – пусто! Из предыдущей партии страдалиц обратно никого не вернули! А в следующей за нашей кто-то спит, а кто-то, схватившись за прутья, пристально и сочувствующе смотрит на нас.

Новый тычок. Пришлось встать. В страхе отступила от жутких клиновидных конечностей пришельцев, опасаясь за собственные ноги. Кира, я и Света, держась за руки, вышли в коридор. В этот раз к нам присоединили женщин из следующей камеры, вызвав совсем уж нехорошие предчувствия. С первыми не торопились, и проходили часы, пока приходили за следующими. А теперь – словно на авось проверяют и кучей тащат. Вдруг – да выйдет что-нибудь путное из нас!

Всего забрали в этот раз девять женщин, и мы, то испуганно озираясь, то тупо глядя под ноги, шли по коридорам в сопровождении крабов. Иногда я нервно шарахалась в сторону, чтобы острые клешни с омерзительными наростами нечаянно не проткнули мою стопу, да пока мы чистые, смогла, не отвлекаясь на наши запахи, оценить «аромат» крабов. Премерзко пахнут, однако! Какой-то тухлятинкой. Правда, не сильно, а едва ощутимо, но мне почему-то подумалось, что из-за этих странных черных дутых комбинезонов, которые они носят.

Уже знакомым тоннелем мы вышли на площадку, куда захваченных в плен землян впервые выгрузили из паучка-леталки. Затем нас поставили тесным кружком на платформе светового лифта-переместителя. Мгновенная вспышка – и мы, моргая, испуганно озираемся на очередной площадке, где мимо снуют десятки крабов, вызывая приступы животного страха и заставляя нас испуганно жаться друг к дружке. Тычками указав направление, повели дальше – по новым тоннелям и коридорам.

К тому моменту, как мы оказались в небольшом зале, я уже с трудом шла – с непривычки заболели босые ноги: ступни заледенели, а пятки и пальцы до синяков сбиты о неровности и выступы на полу. Поэтому внезапную остановку я восприняла с некоторым облегчением. Огляделась.

Вокруг суетятся крабы в синих костюмах вместо привычных черных, деловито перемещаясь между столами, похожими на наши патологоанатомические, вдоль стен пиликают неведомые приборы. Нас незамедлительно подвели к установке, похожей на наш флюорограф. Затем меня за ошейник выдернули из общей кучи и подтащили к устройству. Пока я раздумывала: начинать ли сопротивляться или пока рано, меня засунули внутрь установки, зафиксировали руки, ноги и голову, а потом оставили в покое. Как оказалось, ненадолго!

Взглянув перед собой, увидела в небольшом квадратном зеленоватом стекле отражение собственного лица. От неожиданности я широко раскрыла глаза, и в этот момент вспыхнул свет, ослепив и оглушив. Создалось ощущение, что меня сильно ударили, причем изнутри черепа и прямо в лобную часть так, что глаза чуть не вылезли из орбит. Страшная раздирающая боль затопила сознание, словно в моем черепе завелся дикий осиный рой и жалит, жалит, жалит… И в этом многоголосом гомоне мне чудилось странное жужжание… А может, шепот…

Когда я уже решила, что вот-вот сойду с ума от боли, все резко прекратилось. Из установки, ставшей для меня пыточной, стоило крабам меня освободить, я буквально вывалилась под ноги спутницам. Они в ужасе смотрели на меня, пока я приходила в себя да вытирала идущую носом теплую кровь.

Эту же процедуру повторили со всеми женщинами, но предпоследняя не выдержала пытки болью. Как только ее отцепили, к нашим ногам свалилась мертвая женщина – какое может быть сомнение, когда на тебя глядят пустые безжизненные глаза. Но ее все равно проверили, а затем сноровисто утащили тело.

– Я сбилась со счета, – отчаянно выдохнула Кира.

– Ты о чем? – тихо спросила мрачная Света.

– Сколько осталось в живых, теперь точно не знаю, – с горечью пояснила девушка.

– Да какая теперь разница?! Скоро все на том свете будем! – устало прошептала Лена, яркая крашеная блондинка.

– Не факт, что скоро, но будем обязательно. Отбор уж больно серьезный, – процедила другая женщина, которую запросто можно было перепутать с мужиком.

Дальше разговаривать нам не дали, повели прочь из зала. По дороге у меня появилось ощущение, что мы покинули корабль. Потому что стены в какой-то момент стали скальными, с вкраплениями поблескивающего кварца.

– Вы стены видите? Мне кажется, мы прибыли по назначению на планету какую-то… – тихо пробасила мужеподобная тетка по имени Василиса, озвучивая и мои мысли.

– Ну что ж, думаю, сейчас и узнаем: зачем нас везли сюда! – удрученно прокомментировала Света.

Между тем, пройдя под огромной аркой, мы оказались в пещере. Я крутила головой, разглядывая окружающее пространство. Огромное, метров десять в высоту, площадью не менее большого концертного зала, разделенное прозрачной, гудящей от напряжения стеной, чуть искажающей контуры внутренних сооружений на две неравные половины. Меньшую, расположенную внизу, и большую – вверху, где мы находились сейчас. Присмотревшись, поняла, что эта стена энергетического происхождения, а не какое-нибудь стекло. Под потолком я заметила большие отверстия, скорее всего, искусственного происхождения, в чем убедилась, почувствовав движение воздуха, – вентиляция, похоже.