Грани - Валентин АТ Дмитриев

против железноголовых с их количеством... Если б они, к нашему несчастью, обладали стратегическим мышлением, то совсем худо пришлось бы. Но железноголовые всегда пёрли в лоб, даже не предполагая возможности обходного манёвра. Это лишний раз наталкивало на подозрительные мысли. Например, что они сами являются чьим-то инструментом для достижения некоей цели, полностью подчинённой расой. Среди убитых в прошлых мелких стычках мы с удивлением обнаруживали и женщин, а значит, весь народ или племя или кто там они есть, участвуют в этой бойне.

До каких-то пор нас спасала огневая мощь тяжёлых танков и их непробиваемая броня, но что толку от танка с сухими баками? После четвёртой вылазки против мобильных отрядов железноголовых у нас почти не осталось снарядов, а лафа с неисчерпаемыми боеукладками уже закончилась. Слив в канистры остатки топлива и собрав боекомплект к пулемётам, мы всей толпой перебрались на "Ханомаги". Перед этим я и Олег заложили в двигательные отсеки танков и около приборов последние снаряды, соединив их с радиодетонаторами. У меня не хватило сил взорвать их сразу, только когда Т-95 были не видны за безлистыми деревьями и пригорками, я нажал кнопку. Вслед донёсся рокочущий вздох взрывов, больше я не оборачивался. Сколько раз они принимали удары снарядов, ракет и электрических разрядов, сколько раз выносили с самого края гибели - и вот мы вынуждены бросить их. Бросить, изувечив двигатели и электронику, чтобы никому не достались...

Может, кто-то когда-то и подберёт, восстановит, но это уже будет без нас. К поместью мы тогда дотянули на последних каплях, пройдя почти двести пятьдесят километров по заснеженным степям. По дороге несколько раз попадались в других местах почти не встречающиеся крайты, их отстреливали на мясо все кому не лень, так что впору было записывать как исчезающий вид.

Пройдя, возможно что и в последний раз, по укреплениям и траншеям, мы вышли к стану псоглавцев. Здесь всегда было весело, эти степные викинги жили от и до. Завтра помрём? Ну и ладно, то ж завтра будет, а сегодня надо отрываться. Барахай, слегка подкумысившийся, радостно загарчал, увидев нас, позвал за общий стол.

- Что такие унылые? - деловым тоном спросил он, усаживаясь рядом.

- Смотри, - я достал карту, расстелил. - Вот наши укрепления. Мы их выстроили на самых опасных направлениях, зная, что железноголовые прямы как дубовый дрын и такие же тупые в манёвре. Но разведка ещё не вернулась, и мы достоверно не знаем, явятся ли они одни или с кем-то за компанию. Есть вероятность прорыва. А, чёрт, да прорыв всё равно случится, нас слишком мало! Но и они не бесконечные. Выходит, завтра будет так туго, как ещё не бывало. А выстоять надо. Ещё моралисты эти, огородники.

- Какие огородники? – не понял меня вождь псоглавцев.

- Огородившиеся. Из Закрытого Города. Они прислали гонцов и передали, что подмоги не будет от них. Мол, это не наши трудности.

Барахай зло брякнул мохнатым кулаком по столу.

- Шакалы! Мне стыдно, что среди тех, кто ушёл в этот... Город, есть и мои соплеменники. Трусы бесхвостые! Если бы я мог им сам свернуть шеи...

- Надеюсь, такая возможность у тебя ещё будет. Только для этого нам нужно будет выжить завтра. Нас всего около тысячи, считая твоих. Оружия и боеприпасов валом, но если не будет кому стрелять, то нахрена оно нужно?

- Успокойся, Харальд. Завтрашний день покажет. У меня к тебе просьба есть. Если что, доберись в Закрытый Город, в нём скажи каждому псоглавцу, что Барахаю было стыдно за них.

- Скажу, - я кивнул. - Если завтра не останусь где-нибудь на бруствере.

- А ты постарайся, - подмигнул он, пододвигая кувшин с кумысом.

К себе мы вернулись с началом сумерек. Андрей, Света, Махтан и Гелахир с Нессой ещё не пришли, они проверяли готовность к завтрашнему бою среди личного состава. Главная цитадель находилась на крутом склоне протяжённого скалистого бугра высотой метров сто тридцать, где вдоль подножия в несколько ярусов стояли постройки нашего поместья. По архитектуре эти башни и полубашни недавно прибывшим напоминали не то элеватор, не то что-то химзаводское, и между собой были соединены многочисленными лестницами, переходами и крытыми галереями. Возведённые из качественного геополимерного бетона и бутового камня, эти лабиринты были отличным последним рубежом. Последним, потому что путей отступления отсюда не было практически никаких. Только обходная дорога через плоскогорье. В некотором отдалении, у соседних холмов, тоже стояли такие же тесные группки домов, но поменьше. Между ними и на склонах, обращённых к предполью, темнели земляные насыпи и валы. Тяжёлой техники у железноголовых не было, но лёгкой, способной на большой скорости прорваться поближе - достаточно. Против таких шустряков были приготовлены спотыкачки и растяжки из тонкой прочной стальной проволоки, натянутые на высоте пояса между редкими крупными камнями. Было бы неплохо заминировать все подступы с той стороны, но тяжёлые противотанковые блины, всего около трёх сотен, мы настроили на дистанционный подрыв, на всякий случай.

В ярко освещённом зале были почти все наши, те, с которыми мы начинали. Фрези недавно обрезала волосы, получилось густое длинное каре. В нашем поместье нашлось много обновок, теперь она носила тёмно-красную безрукавную куртку с запáхом и широким поясом, и кожаные коричневые брюки с декоративной шнуровкой на боках. А на улицу накидывала плащ с меховым подбоем. Сандра стала этакой милитаристкой, не вылазила из камуфляжа, который обклеила разными шевронами, подобрав их в основном по страшности. Свою пепельно-платиновую гриву она собирала в тугой узел на затылке, нося в основном чёрный берет с синим кантом. Парочка гусь да гагарочка, сиречь Владислав и Марина, оделись в джинсу, даже эльфье общество сменило свои лесные одежды кто на армейский камуфляж, кто на удобную в походах кожу и джинсы. Гелахир где-то нашёл светлый комбез из странного материала, к которому почти не приставала грязь.

Мы с Олегом прошли к камину неуловимо азиатских форм, сняли куртки, покрытые наледью от бешено летевшей снежной крупы. В воздухе запахло влажностью и холодом. Ещё вокруг витало ощущение обречённости и неизвестности. Пробьётся ли вертолёт в такую погоду домой - неизвестно. Без сведений разведки завтра мы будем видеть не дальше собственного носа.

Сандра принесла горячий чайник, подогретые хлебцы, которыми нас снабжали псоглавцы. У неё с Олегом установились почти что родственные отношения, как со старшим братом. Обоих это, похоже, устраивало – взаимное внимание и никаких особых обязанностей.

- Как там? - спросила Фрези, отходя от оружейной стойки,