Боги Падшие - Алексей Рудаков

Выйдя из зоны зелёного гнезда, гусеница, чувствуя себя в относительной безопасности, свернулась в клубок, вызывая родича, специализированного на транспорте и замерла, проводя анализ ДНК. Будь у неё сердце – обычное, человеческое, оно бы сильно-сильно забилось, когда сегмент тела, ответственный за анализ добычи, доложил об идентичности находки с заданными параметрами – теми самыми, что она хранила в своей памяти ещё с тех времён, когда пребывала в образе шарика, обитавшего в ранце столь нужного ей сейчас, человека.

Уральский хребет, База моб запаса.

Полковник Семеров был счастлив.

Мосинка, вышедшая из-под трудолюбивых рук безымянного тульского мастерового более сотни лет назад, грохнула выстрелом, отправляя в цель чуть более молодую чем она сама пулю и пятнистый шарик, удерживаемый полковником на мушке, лопнул, оседая на землю разом потускневшей, сизо-зеленоватой, кучкой.

– «Хорошо!», – подумал Семеров, передергивая затвор: – «Чёрт меня побери, но как же хорошо, когда твой враг тут. Здесь, в прицеле, а не где-то там, в коридорах столичных штабов!»

Выстрел!

Синий конус, пуля вошла чуть выше плоского основания, замахал лапками, цепляясь за воздух, крутанулся, вокруг оси и… И повторил судьбу шарика, расплываясь на земле неопрятной, быстро бледневшей кучкой.

– Огонь вести прицельно! Патроны зря не тратить! – Оторвавшись от прицела, Семеров обвёл взглядом своё воинство, щёлкавшее затворами древних ружей: – Выстрел – на выдохе! И не спешить! Им к нам не пробиться!

Последнее он произнёс исключительно проформы ради – его бойцы, собранные на балконе, вели огонь как в тире, пребывая в совершенной безопасности. То, что пришельцы не умеют лазить по стенам, выяснилось при первой же атаке, когда непонятные, выкатившиеся из леса разноцветные существа, хлынули к дверям базы, желая поживиться и ими, и спрятанным внутри горы, металлом.

Вусмерть перепуганный Смирнов лупил по ним длинными очередями вопя во всё горло, но пришельцы, не обращая внимания на потери, пёрли и пёрли к дверям. Отогнать их удалось только сосредоточенным огнём из всех бывших в наличии автоматов – цветные геометрики, как прозвали их бойцы, отступили, только после получаса стрельбы, но главным было не это, а то открытие, что фигуры не могли ни карабкаться друг на друга, ни лазить по стенам, предпочитая толкотню у поверхности.

После того дня атаки повторялись с завидным постоянством – хоть часы проверяй. Каждый день, в одно и тоже время, из леса выкатывался цветной вал, чтобы следующие полчаса бессмысленно погибать под пулями стрелков.

– «Ничего», – ободряя самого себя, кивнул Семеров: – «Патронов здесь – на пару мировых хватит, ружей тоже, а пойдут совсем плотно, так встретим! Есть чем!» – Повернув голову он подмигнул паре бойцов, напряженно замерших у Максима и хотел уже было вновь примкнуть к прицелу, как один из пулемётчиков – второй номер, ответственный за подачу ленты, чуть приподнялся, указывая рукой вниз:

– Всё, товарищ полковник. Отходят – время вышло.

И вправду – кубы, шары, конусы и новые, не виданные прежде многогранные фигуры, пятились назад в лес, на ходу подбирая ошмётки своих менее удачливых товарищей.

– Нам-то? Товарищ полковник, – отлип от пулемёта первый номер: – Когда пострелять дадите? Ну сил нет, как хочется! – погладил он бок Максима: – Я же вам все зачёты сдал.

– Успеешь ещё. Твой зверь, – последовал кивок на Максим: – Он для серьёзных целей. Не по мелочи же его гонять? Успеешь, обещаю, – отвернувшись от него, к остальным, Семеров уже хотел было подать ставшую привычной команду на отбой, за ней должен был последовать приказ на чистку оружия, но крик Мухина, смешал все его планы.

– Воздух! – Вскинув мосинку, Мухин, вёл стволом сопровождая росшую на глазах точку.

– К бою! – прильнув к прицелу, Семеров повёл стволом, выцеливая новую напасть, но, мигом спустя, когда та разрослась до размеров мелкой монеты, изменил решение: – Отставить! Огня без приказа не открывать! Пальцы – со спуска! Убрать!

К ним, бросая зайчики лобовым стеклом, летела небольшая машина, в кабине которой были ясно различимы человеческие силуэты.

Странный аппарат, видом напоминавший буханку, к которой кто-то приделал узкие треугольнички крыльев под брюхом, замер, когда до балкона оставалось два десятка метров. Хорошо различимый за стеклом человек, он сидел рядом с водителем, медленно поднял вверх руки, демонстрируя пустые ладони, а затем, действуя так же медленно, вытащил из кобуры пистолет. Демонстративно вынув магазин, он отвёл затвор, показывая отсутствие патрона в патроннике и, сохраняя всё ту же плавность движений, сунул пистолет в кобуру.

– Если это не демонстрация мирный намерений, – кивнув, Семеров поставил винтовку рядом и показал пустые ладони: – То я и не знаю, как ещё продемонстрировать отсутствие враждебности. Бойцы! – Продолжая показывать пустые ладони, он повернулся к своим бойцам, продолжавшим направлять винтовки в сторону непонятной машины: – Опустить стволы, но быть наготове.

Летательный аппарат, стоило только пилоту убедиться, что люди на балконе настроены мирно, подлетел ближе, повернулся бортом, и, когда их разделяло не более пары метров – Семеров не мог не отдать должное мастерству пилота, завис, опуская стекло дверцы кабины.

– Привет! – Высунувшийся наружу пилот расплылся в улыбке и помахал рукой: – Свои! Не стреляйте.

– Да мы и не собирались, – лениво облокотясь о парапет, кивнул ему полковник: – Я – полковник Семеров. С кем имею честь?

– Подполковник Карась, – кивнул в ответ пилот: – Ну, – он невесело усмехнулся: – Учитывая текущую ситуацию в России и, – он раздражённо махнул рукой: – И по всей планете, то бывший. Бывший подполковник. Но зато – действующий капитан Ренегата.

– Ренегат – это вот это? – Рука Семерова указала на летающую буханку: – Хорошая эээ… Тачка, подполковник. Где раздобыли?

– Нет, это катер с Ренегата. Ренегат – трирема. Может слыхали? Мы на нём вторжение Претории года назад остановили. Неужто не слышали?

– Смутно, – пожал плечами в ответ Семеров: – Вроде было какое-то сообщение о заварушке в космосе, но деталей до нас не доводили. Так значит – катер?

– Он самый, – закивал Карась: – Мы тут, неподалёку Зелёное гнездо малость пощупали. Ну так, просто попробовать, на механоидов глянуть. Трофеями разжились – на Спирали Технократам сдать, и назад уже летели, как слышим – стрельба. Вот и завернули. А тут вы.

– Погодите, погодите, – немного сбитый с толку обилием новой информацией Семеров недовольно прищурился: – Зелёное гнездо? Технократы? Вы о чём? Мы здесь только геометриков видели. Это шарики такие цветные, кубики, конусы и… И прочая хрень.

– Шарики, конусы? – Боковая дверь аппарата откатилась в сторону и в проёме появился молодой парнишка, взлохмаченные волосы которого были обильно высветлены ранней сединой.

– Игорь Маслов, – представился он, взмахнув рукой, и уселся на пол свесив ноги вниз: – Старший научный сотрудник НИИ… Эээ, да уже и не важно, какого НИИ. Так вы говорите – кубики, шарики? Вот такие? – Он свёл руки, обрисовав ладонями нечто округлое, размером поменьше футбольного мяча.