Раннее - Сергей Бушов

(Новый мир будет как тот, только немного лучше. Я сделаю его таким, каким захочу)

– ТЫ СОШЁЛ С УМА, КИЖ!

Ничуть не бывало.

Я бросаюсь в окно сквозь падающие сверху острые осколки стекла, которые

(В этом мире всё зависит от меня)

уже и не осколки, а всего лишь холодные снежинки, которые вертятся кругом и садятся на нос, шею…

Я приземлился, наверно, в самый глубокий сугроб. Осматриваюсь. Ко мне приближается сквозь снегопад невысокая тёмная фигура.

– Толик! – кричу я. – Поди сюда!

Это действительно Чикин. Откуда он взялся здесь, посреди заснеженного пустыря?

– Володя? – он тоже удивлён, но я не даю ему времени ничего сообразить:

– Тащи меня отсюда. Я не хочу примёрзнуть.

– Но ты… я… – бормочет он, постепенно осознавая нелепость ситуации – я в каком-то чёрном балахоне, босиком, сижу по уши в снегу и смеюсь. Наконец он машет рукой – потом разберёмся – и помогает мне выбраться из сугроба.

– Откуда ты? С Луны свалился? – спрашивает он.

– Ха! С Луны… Бери выше, – отвечаю я. – А ты-то что здесь делаешь?

– Совершаю пробежку. По твоей рекомендации. Видишь, живота-то уже нет!

Он и правда стал намного стройнее. Но мои босые ноги уже коченеют.

– А ну быстро ко мне домой! – ору я и несусь по снегу так, что пятки сверкают. Чикин бежит рядом.

30. Чарующие

Дверь в мою квартиру распахнута. Я захожу и с удивлением вижу там десятка два людей. Я даже не всех сразу узнаю. Здесь Надя в розовом бальном платье – таком же, как во сне. Слава. Хорьков из "Глукосервиса".

– О Господи… Анита! Ты жива?

– Да, хозяин, – на ней что-то короткое, летящее, с многочисленными яркими оборками.

– А по какому поводу веселье? – спрашиваю я, замечая во многих руках бокалы с шампанским. – День рождения Игоря?

– Ты же вернулся, хозяин. И ещё Слава сказал, что новый мир нужно обмыть.

Я вижу в глубине комнаты Кумпеля с сигаретой.

– Кумпель! – восклицаю я. – А вы-то… Откуда вы взялись? Помнится, ваша голова треснула, как орех…

– То было ещё в прошлом мире, – говорит Кумпель. – Кстати, я думаю, вам будет интересно узнать, что я изменил своё отношение к вам. В моих глазах вы изменили "минус" на "плюс".

– С каких это пор?

– С тех самых, как решили начать всё заново.

– А вы Надя? Почему вы пришли? Ведь помощи мне больше не требуется.

– Вы думаете? Посмотрим. На всякий случай я принесла кое-что с собой.

На полу у шкафа лежит громадная кувалда.

…Вокруг мелькают разноцветные улыбки. Звуки таких непохожих голосов сталкиваются, больно ударяясь головами, и сливаются в одну только фразу:

– "Глукосервис" – лучшая фирма в мире!

К балкону швартуется огромный голубой шар с надписью "Глукосервис". В гондоле – водитель лесовоза, который вывез меня когда-то из леса.

– Садитесь, – говорит он. – Шар готов к полёту.

Я помогаю Наде перебраться в гондолу и запрыгиваю туда сам. Когда все гости оказываются в корзине, швартовочный конец обрубают, и шар поднимается в небо. Мы летим над городом, над широкими золотыми полями, над колышущимся лесом…

– Киж! – кричат мне.

Это Чикин.

– Не зовите меня Киж, – говорю я. – Я – Владимир Соболев. – Что ты хотел, Толик?

– А что будет дальше? – спрашивает он.

– Думаю, дальше всё будет хорошо.

Шар летит уже словно бы и не по небу, а сквозь сплетение цветов и звуков, переливающихся, как картинки в калейдоскопе. Чарующая музыка движется навстречу нам от горизонта, а шар поднимается всё выше и выше.

Лес удаляется. Посреди него петляет желтоватая просёлочная дорога, но сейчас она уже превратилась в тонкую ниточку.

Я. Посмотрите. Кажется, там машина… Господин Хорьков, вы не одолжите мне подзорную трубу?

ЧЕЛОВЕК С МИКРОФОНОМ. Господин Соболев, а как вы собираетесь решать теперь текущие вопросы? Насколько я понимаю, вы отказались от концепции эгоцентризма…

Я. Кто-нибудь даст мне трубу?

ХОРЬКОВ. Простите, я задумался. Пожалуйста.

Я. Да, там действительно машина. Нам нужно спуститься.

СЛАВА. Дай зыркнуть. Ага. Едет что-то.

МАРГАРИТА. Зачем спускаться? Что случилось?

АНИТА. Хозяин, а как мы будем снова подниматься вверх?

МАРГАРИТА. Не надо спускаться. Здесь же так хорошо…

Я. Вы не понимаете. Шла машина тёмным лесом. Неужели вы забыли?

ЧИКИН. Я вообще не понимаю, что за суета. Ну, машина, ну и что?

НАДЯ. Наверно, охотники или рыболовы.

АНИТА. Или артисты цирковые. У-ух!

СЛАВА. Вот если бы там был Киж, тогда да…

Я. Да как вы можете видеть отсюда, сверху?! Хорьков! Опускайте шар!

МАРГАРИТА. Ну что такое? Не трогайте клапан, господин Хорьков. Почему из-за какой-то машины…

Раздаётся выстрел, свист выходящего из шара воздуха, и все оборачиваются.

КУМПЕЛЬ (глядя на струйку дыма из ствола своего пистолета).

Я, конечно, понимаю, что большинство против. Но машина – это вам не хухры-мухры…

Шар стремительно падает вниз, а я с некоторым сожалением смотрю в сверкающее небо.

Январь – февраль 1993

Афоризмы

Залезая в пустой чемодан, подумай о тех, кто будет его тащить.

Если у вас ботинок в дерьме, корова не виновата.

Никогда не бегайте по дикому лесу за белыми зайцами, если у вас переломан позвоночник.

Если есть хоть малейшая вероятность, что пойдёт дождь – выходя из дома, возьмите с собой вёсла.

Вешать нос следует исключительно на вешалку.

Люди – единственное существа, которые могут позволить себе гордиться этой фразой.

Будь соседом своему соседу.

Воду, истекающую из водопроводного крана, проще всего остановить при помощи именно этого водопроводного крана.

Падая с крыши высокого дома, считайте про себя, чтобы не мучиться неприятными мыслями о конце падения.

Мёртвые собаки не воют.

Поворачивая голову более чем на 360 градусов, вы рискуете потерять ориентацию.

И всё-таки люди дебилы, в отличие от кошек, которые лезут куда попало очертя голову.

Главное – выбрать в меру абстрактную скамеечку.

Жизнь – упрямая штука. Но и её можно сломать.

Помоги будущим поколениям, иначе прошлые поколения не помогут тебе.