Мила Хант - Эли Андерсон

Я не заканчиваю фразу. Нильс договаривает за меня:

– Только если я не буду путаться у тебя под ногами, так? Однако мои мускулы и моя убогая обременительная персона принесли больше пользы, чем твои сверхспособности, когда надо было спасти Пуха. Уже забыла?

Я не хочу включаться в эту токсичную перепалку.

– Нет, не забыла. И никогда не забуду. И я благодарна твоим родителям за то, что они рискнули его укрыть. Но все мои дальнейшие действия будут подвергать тебя опасности. Я не хочу потерять тебя. Но и защищать тебя тоже не хочу. Времени в обрез. Я одна в этой битве. И никто не может мне помочь. Так что поднимайся к себе. Пожалуйста.

Нильс молчит, мрачно глядя на меня. Я забиваю последний гвоздь.

– Они пытались тебя убить. Ты должен отдохнуть. И постарайся вести себя незаметно.

Нильс с каменным лицом смотрит вдаль. Словно стараясь переварить тяжесть моих слов. Я пытаюсь немного смягчить впечатление.

– Ты не можешь пойти со мной туда, куда я собираюсь. Если я буду знать, что ты здесь, в безопасности, рядом с моим братом, это поможет мне больше, чем всё, что ты мог бы сделать, находясь рядом.

– Мила, есть кое-что более сильное, чем мускулы, более могущественное, чем все Спириты вместе взятые. То, что там, внутри. – Он стучит себя кулаком в грудь.

– О нет, Нильс, не надо. Любовь мне сейчас точно не нужна, – раздражённо перебиваю я.

– Тебе не нужна моя любовь. Я уже понял. Хватит мне повторять. Я вообще не про то.

Нильс отступает на несколько шагов, не сводя с меня глаз.

– Но эта штука, видимо, тоже не имеет для тебя никакого значения. Я имею в виду дружбу. Настоящую дружбу. Когда чувствуешь себя сильнее, если друг рядом. Против кого угодно.

И он уходит, тяжёлым нетвёрдым шагом. Я провожаю его взглядом до тех пор, пока он не исчезает в доме. А я остаюсь стоять одна. Под мелким дождём, который начал накрапывать. Мне холодно от слов Нильса. И от того, во что я превратилась.

70

– Армия отбила два министерства. Но в целом ситуация остаётся очень сложной, – завершает свою речь премьер-министр.

Леди А. слушает вполуха, с презрением разглядывая лица людей, собравшихся за большим столом. Министр обороны, высшие армейские чины, министр внутренних дел и ближайшие советники президента, в число которых входит и она сама. Леди А. помнит их молодыми и полными сил, готовыми служить родине и с рвением браться за стоящие перед ними задачи. Теперь все постарели и заплыли жиром. Вот они сидят, самодовольно растекаясь в креслах, упиваясь собой, своими высокими постами и погонами. И на их насупленных физиономиях читается единственная забота: минимально вложиться в урегулирование ситуации, но при этом сохранить нагретое местечко, поставленное под угрозу. Леди А. задерживается взглядом на президенте, в чьём бункере происходит совещание. Глава государства кажется очень уставшим. Лицо осунулось, кожа отливает восковой бледностью в мертвенном свете ламп зала заседаний. Он нервничает и дёргается от каждого слова, которое слышит, от каждого шёпота. Сидящие рядом люди периодически наклоняются к его уху, чтобы влить туда яд своих речей. Президент поворачивается к леди А., словно почувствовав, что та его рассматривает.

– Каким образом горстка подростков может держать в страхе армию и полицию? – спрашивает он, не сводя с неё глаз.

Леди А. не новичок в политике. Она прекрасно знает, что во время кризисов каждый пытается переложить ответственность на других. А сейчас она лучше кого-либо подходит на роль козла отпущения. Возглавляемый ею Департамент исследований искусственного интеллекта стоит у истоков бунта. В глазах всех, в том числе президента, которому активно нашёптывают об этом другие советники, именно леди А. отвечает за хаос, в который с утра погрузился Центр. Первая атака не заставляет себя долго ждать.

– Мы не можем с ними справиться, потому что они не просто банда молодёжи, – спокойно отвечает министр обороны, продолжая что-то строчить в своём блокноте. – Среди них есть Спириты.

Леди А. знает, что ответить.

– Нанесите удар по их базам в тылу, на Периферии. Я вам уже говорила.

– Мы так и сделали, – сухо возражает начальник Генштаба. – Но я повторяю, если вы до сих не поняли: они заполонили весь Центр и захватили стратегические точки – министерства, СМИ. Нам пришлось сражаться, чтобы отбить у них сервера с базами данных.

– Я уже давно поняла многое из того, о чём вы даже не задумывались, – отвечает леди А. ледяным тоном. – Пораскиньте мозгами. Только Спириты заводят толпу. Без них она тут же превратится в то, чем изначально является, – орду подростков, чьи боевые способности и стратегическое мышление не идут ни в какое сравнение с вашей армией. По крайней мере, я на это надеюсь.

– Я могу вооружить моих солдат всем оружием мира, но они всё равно будут бессильны против сверхспособностей ваших пришельцев. Вы открыли ящик Пандоры, леди А. Вам его и закрывать.

Начальник Генштаба поворачивается к президенту, ища поддержки. В комнате воцаряется тяжёлое молчание. Наконец его прерывает неприятно резкий голос президента:

– Спириты – краеугольный камень восстания. Что вы предлагаете, чтобы их нейтрализовать, леди А.?

– Я предлагаю министру обороны и начальнику Генштаба прислушаться к моим словам и сконцентрироваться на нескольких точках на Периферии. Тех, что имеют отношение к Спиритам. Разрушить их дома, арестовать их родных, шантажировать друзей. Вот наш единственный козырь. И единственный способ сломить этих… существ.

– Существ, обладающих поистине безграничной властью… Может, стоило несколько сдерживать рвение вашего гениального доктора С.?

Того, кто сейчас говорит, леди А. знает лучше остальных. И презирает сильнее, чем кого бы то ни было. Арвен Мор, серый кардинал, не имеющий никакого поста в правительстве, но зато обладающий доступом к уху президента. И огромными амбициями. Он будет, несомненно, очень рад увидеть падение леди А.

– Не будем обсуждать то, что уже сделано. Причём сделано, позвольте напомнить, с вашего разрешения, – спокойно отвечает леди А. – Вы все об этом мечтали. – Она повышает голос, обводя взглядом присутствующих. – Мы, слабые, были во власти более могущественных государств. Проект доктора С. нёс надежду и казался всем нам наилучшим выходом.

– Да, но мы рассчитывали, что проект будет хорошо управляться, – хладнокровно возражает Арвен Мор, тогда как остальные опускают глаза. – И что Спириты послужат на благо родины.