Манускрипт - Геннадий Борисович Марченко

А это ещё что за хрен с горы? Невысокому мистеру в старомодном котелке и с тросточкой, которую он за ручку-крючок повесил на сгиб локтя, чтобы не мешала аплодировать, на вид было за пятьдесят.

— Браво, это было сногсшибательное зрелище! В буквальном смысле сногсшибательное. Бедняги всё ещё не могут подняться. Надеюсь, вы им не повредили жизненно важных органов?

— Скоро оклемаются и на своих двоих пойдут дальше искать приключения на свою задницу. А вам бы я посоветовал держаться более людных мест, а лучше вообще не бродить по Нью-Йорку на ночь глядя. Тросточкой вы вряд ли отобьётесь и от одного такого здоровяка, не говоря уже о троих.

— О, на этот случай у меня кое-что имеется. — Он с улыбкой достал из кармана пиджака браунинг и спрятал обратно. — Как видите, я вооружён и без сомнения пущу оружие в ход, если того потребует ситуация. Но за совет спасибо.

— Что ж, рад был знакомству, однако мне нужно идти.

— Постойте… Мы ведь с вами и не знакомились ещё, но я вас узнал. Вы, если я не ошибаюсь, не кто иной, как Фил Бёрд?

— Ну, предположим…

Шифроваться я не считал нужным, не думаю, что этот немолодой гражданин кинется ко мне с объятиями и просьбой сделать селфи (было бы на что) или поставить автограф.

— Ага, я угадал! — довольно ухмыльнулся незнакомец. — Странно, что такая шишка ходит без охраны. Меня зовут Дай Вернон. А? Не слышали обо мне?

— Увы, — развёл я руками.

— Наверное, вы просто не интересуетесь развлекательными шоу, частым гостем которых я являюсь. Хотя у вас в Вегасе, насколько я знаю, постоянно гостят всякие знаменитости и мои коллеги в том числе, меня почему-то туда пока не приглашали. Моя профессия — иллюзионист. И скажу вам честно, я не самый плохой иллюзионист. Когда-то я показывал карточный фокус самому Гудини, который так и не смог разгадать его секрет. — Вернон довольно рассмеялся, и я, глядя на него, не мог не улыбнуться. Позитивный товарищ, умеет вызывать симпатию. — Давайте немного прогуляемся, не будем мешать этим джентльменам приходить в себя, — кивнул он на ворочавшихся на асфальте хулиганов. — Вы не очень торопитесь?

— В общем-то, нет…

— Прекрасно! Я знаю неподалёку отсюда одно местечко под названием «Тихая Лагуна», может, зайдём? Выпивка с меня.

— Ладно, была не была… Делать всё равно нечего. Но с вас ещё и фокус!

— Договорились, — снова рассмеялся этот «мистер позитив».

«Тихая Лагуна» оказалась вполне укромным местечком с барной стойкой и двумя бильярдными столами, за одним из которых неторопливо гоняли шары двое парней. Мы же расположились за маленьким столиком в уголке зала.

— У вас необычное имя, — заметил я, потягивая свой виски со льдом.

— На самом деле меня зовут Дэвид, но, когда моё имя вписывали в паспорт, допустили ошибку, и я стал Даем. Родом я из Канады, но в Штатах давно стал своим. А первому трюку меня научил отец, он был фокусником-любителем. К тринадцати годам я выучил все фокусы из книги Эрднайзе «Эксперт за карточным столом»… А хотите знать, как я одурачил Гудини?

— И как же?

— Смотрите. Трюк называется «Амбициозная карта».

Он достал из внутреннего карман пиджака запечатанную колоду карт, сорвал обёртку и предложил мне выбрать одну из карт.

— Вот эта, — показал я на трефового короля.

Вернон достал химический карандаш и попросил меня написать на карте свои инициалы, что я и сделал. Затем он положил мою карту рубашкой наружу сверху колоды, потом перевернул картинкой ко мне. Логично, трефовый король. После чего карта отправилась в середину колоды, а фокусник снял верхнюю, перевернул… Это был трефовый король с моими инициалами.

— Ну вы даёте!

Я понимал, что это всего лишь ловкость рук, но чувство какой-то детской, уже давно забытой веры в чудо настойчиво постучалось в моё искушённое сознание.

— Фокус простой, — сказал Вернон. — Тут используется либо двойной, либо тройной съём. То есть ваш король на самом деле не верхняя карта, а вторая или третья. А в колоду я прячу верхнюю карту, под которой лежит ваша. Вы же не видите, какую именно карту я прячу, потому что она рубашкой вверх. Повторяю трюк в замедленном варианте…

— И вам не жалко раскрывать свой фокус? — спросил я, когда мне всё доходчиво объяснили. — А вдруг я разболтаю вашим конкурентам?

— А они и так уже знают. Двадцать лет назад это была тайна, а теперь — секрет Полишинеля. С тех пор мой багаж значительно пополнился. А вы, кстати, попробуйте сами провернуть этот фокус, когда-нибудь знакомых развлечёте.

Через десять минут я если и не в совершенстве, то близко к идеалу владел техникой обмана. Оказалось, что моторика моих пальцев вполне подходит для карточных номеров.

— Держите, эта колода ваша, попрактикуйтесь на досуге… О-о-о, время-то уже половина первого ночи. Чувствую, глаза начинают слипаться. Что ж, я — спать, желаю вам успеха.

— Погодите… Вот моя визитная карточка, здесь мой телефон. У нас в отеле ежедневно проходят какие-то мероприятия для постояльцев и специально приглашённых гостей, думаю, на одном из них вы могли бы с успехом выступить.

— А почему бы и нет?! У меня в Нью-Йорке по контракту ещё неделя выступлений в клубе «Копакабана», а затем я свободен. Так что ждите звонка.

— Только если решите сыграть в моём казино, то, предупреждаю сразу, допущу только к рулетке, иначе вы меня обчистите до нитки.

— О, спасибо за комплимент, но вообще я не большой любитель казино. Тем более иллюзиями я достаточно зарабатываю, чтобы подвергать своё честное имя риску быть обвинённым в карточном шулерстве.

Распрощавшись с иллюзионистом, я отправился высыпаться в свою берлогу, то есть в свой номер в «Мэри-Хилл». На завтра у меня были запланированы ещё дела, и к восьми утра нужно быть в норме.

Когда я проснулся, сразу — комплекс силовой дыхательной гимнастики по системе Стрельниковой, упражнения на растяжку, пятиминутная медитация и холодный душ. Взбодрившись, я заказал в номер завтрак и уселся писать письмо Варе. Ещё до вылета из Вегаса я созвонился с представителем Фитина, и мы договорились о встрече, во время которой я передам письмо для своей невесты.

Но сначала я отправился в издательство вернуть рукопись. И так как до встречи с агентом ещё было почти три часа, то решил навестить старого Лейбовица. Тогда надо бы какой-нибудь подарок купить, а то нехорошо в гости с пустыми руками. Помнится, Абрам Моисеевич уважал качественный бурбон, надеюсь, его предпочтения не изменились.

Бурбон я приобрёл в не самом дешёвом магазине на Манхэттене. Пара