Фоллер - Уилл Макинтош

– Ты выпустил его? Здесь?

Фоллеру показалось, что его затылок куда-то исчез, сменившись кромешной чернотой. Он поднял руку и коснулся его пальцами, чтобы убедиться, что он на месте.

Он никуда не исчез.

– Я сделаю сто пятьдесят твоих копий, чтобы ускорить астрофизику, – сказал Уго. – Со временем, через года два они будут знать столько же… чего-то… как и ты. А затем они объединят умы и…

Фоллер понял, что мысль Уго улетучилась, пока тот прижимал ладонь ко лбу, пытаясь сосредоточиться.

– Черт побери, ты маленький засранец.

Здоровяк занес лом над лицом Фоллера. Тот поднял руки, чтобы отразить удар, и железка врезалась в пальцы. Следующий удар пришелся на коленную чашечку. Затем в бедро. В бок. Еще раз по ребрам. Боль была просто ослепляющей.

Он обхватил голову руками и приготовился к следующему удару. От мучительной боли рябило в глазах. Когда удара не последовало, он посмотрел вверх.

Здоровяк с ломом в руке стоял над ним, на его лице застыло очень странное выражение.

– Где я был? – спросил здоровяк. – Я…

Он облизнул губы и посмотрел на лом.

– Я тебя избивал?

– Нет. – Это был самый безопасный ответ. – Зачем тебе меня избивать?

– Да, вы его избивали, – сказала женщина в форме, указывая пальцем на Фоллера. – Он…

– Потому что ты… – здоровяк провел рукой по жидким волосам. – Что-то случилось. Ты что-то сделал со мной. Ты что-то у меня забрал.

Боль была ужасной. Невыносимой.

Что с ним случилось? Он вдруг вспомнил: вирус затмения. Его память стерта. Скоро не останется ничего. Но хоть что-то еще оставалось? Он закрыл глаза и попытался что-то вспомнить. Хоть что-нибудь.

– Я падал. Я помню это.

Он падал в небе, бесконечном небе, приближаясь к стройной женщине с черными волосами. Он любил ее.

Лом с глухим стуком упал на землю. Здоровяк прижал ладони к ушам.

Что-то пошло не так. С ними произошел несчастный случай? Они больны?

54

Его разбудило какое-то стрекотание. Ошеломляющая, жгучая, пульсирующая боль пронзила тело в стольких местах, что он не мог понять, где она сильнее. С ним произошел какой-то несчастный случай. Может, он упал.

Он приоткрыл один глаз, ожидая найти себя на больничной койке. Но он лежал в траве, в окружении других людей.

Он ждал, что сейчас вспомнит о том, почему он так сильно пострадал, о том, кто эти люди, но ничего не произошло.

Стрекотание исходило из тонкого металлического прямоугольника, лежащего в траве рядом с ним.

– Вы меня знаете? – спросил чей-то голос.

Медленно и осторожно он встал на четвереньки и попытался подняться. Колено пронзила острая, мучительная боль, и он упал обратно в траву.

– Вы меня знаете? – повторил человек.

– Нет.

Стрекотание прекратилось.

Рядом был еще один мужчина, который выглядел точно так же, как и первый: рыжеватые волосы, округлое лицо. На рукаве его рубашки была буква А. У другого мужчины – буква C.

– Вы знаете кого-то из нас? – спросил Фоллер.

– Нет, – сказал мужчина.

Стоявший мужчина С нахмурился.

– Как вы можете не знать друг друга? Вы ведь братья или что-то в этом роде. Вы похожи друг на друга как две капли воды.

Медленно и с опаской он указал на себя. Боль в ребрах стала в два раза сильнее.

– Я похож на него? И ты тоже.

Он огляделся. Рядом стояло здание – сплошное стекло и сталь. Еще несколько зданий. Ничего не было знакомо. Он жаждал чего-то знакомого, чтобы предотвратить ужасное чувство потери.

Вокруг бродили другие люди, взволнованно разговаривающие друг с другом. Все выглядели ужасно растерянными и напуганными.

Щелчок за спиной заставил его вздрогнуть. Он повернулся. Его близнец с буквой С держал и разглядывал винтовку.

– Она заряжена, – сказал С.

– Мы, должно быть, с кем-то дрались. Возможно, они сделали это с нами, – сказал здоровяк. У него был синяк на щеке и слегка опухший левый глаз.

Возможно, в его карманах есть что-то, что могло бы помочь ему понять, кто он такой. Он проверил их и нашел три фотографии. На них были запечатлены дети разного возраста со смуглой кожей и черными волосами.

Стоявший над ним здоровяк сказал:

– Возможно, это ваша семья.

Увидев, что он делает, другие люди стали проверять свои карманы. У близнеца А была полупустая упаковка жевательной резинки и два ключа на кольце. Близнец C нашел идентичное кольцо для ключей и ручку.

– Это ваши дети? – спросил у него здоровяк.

Он покачал головой.

– Я не знаю.

– Амнезия. Вот слово для этого, – сказал человек А.

Слово звучало странно, он как будто впервые его услышал, но этот мужчина был прав. Это было правильное слово.

Тонкий прямоугольник снова начал стрекотать. Он поднял его и положил на ладонь.

– Телефон? – Слово вспыхнуло в голове, словно он давал ему жизнь.

Все трое мужчин кивнули.

– По нему можно разговаривать с людьми, – сказал С.

– Как? – Он перевернул его, ища кнопки, но их не было. Аппарат перестал стрекотать.

– Мы должны найти еду и воду, – сказал здоровяк.

55

Ему очень хотелось пить. Глядя опухшим глазом, ему казалось, что между койкой и раковиной тысячи километров.

Боль. Это был весь его мир.

На улице раздавался приглушенный крик женщины. Звук становился громче. Он хотел пойти к двери, чтобы посмотреть, что там происходит, но это, как и поход за стаканом воды, принесет новый приступ боли.

Конечно, рано или поздно ему придется идти за водой. Возможно, ему следует собраться с силами и пойти посмотреть, кто кричал, что они кричали, пока он был наверху.

Он откинул ногу и, приняв сидячее положение, сморщился от острой боли в ребрах и колене. Ухватившись за ручку метлы, на которую опирался при ходьбе, он вскочил на ноги и захромал к двери.

– Фоллер! – кричала какая-то женщина.

Она металась туда-сюда вместе с женщиной, похожей на нее как две капли воды, обе они оглядывались по сторонам. Они были тощими, зеленоглазыми и веснушчатыми. Он не замечал их раньше, что было странно, поскольку он думал, что за последние несколько дней видел в этом мире почти всех. Один из его двойников, держа дистанцию в несколько шагов, следовал за ними.

Одна из женщин заметила его из окна и остановилась.