Завод войны - Нил Эшер

Экран «Черной розы» плавно переключился на показ реальности – корабль вышел из У-пространства. Звезды замедлили свой доплеровский бег, мерцавшие впереди предметы увеличились: люди увидели железный шар, под которым дугой, словно ресницы под глазом, выстроились другие сферы. И еще какой-то объект, побольше.

– Левен, – сказал Блайт.

Не успел он продолжить, как экран сам приблизил изображение, а в нижнем углу побежала информационная строка.

Прадорская станция снабжения висела в открытом космосе во многих световых годах от ближайшей звезды. Она представляла собой слегка приплюснутую сферу, которую окольцовывали выступы квадратного сечения. Возле нее застыли три корабля, похожие на рыбок, подплывших к большой буханке, чтобы отщипнуть кусочек хлеба, и Блайт сразу узнал удлиненные золотистые капли звездолетов Королевского Конвоя. Они все были здесь – остальные двадцать семь образовали дугу внизу, выстроившись в аккуратный ряд, словно строка косых черт. Чуть дальше от них располагался цилиндр, у которого толпились корабли поменьше и сборочные механизмы – от них к секциям цилиндра тянулись строительные мостки. Впрочем, Блайт едва взглянул на них – все его внимание было сосредоточено на судах Королевского Конвоя. Но вот он мельком прочитал бегущую строку, недоверчиво моргнул – и всмотрелся в странный цилиндр.

– Что это, к черту, такое?

Сооружение выглядело небольшим в перспективе, но это потому, что находилось вдали от других объектов. Проклятая штуковина оказалась огромной: восемьдесят километров в длину и, наверное, с пятнадцать в ширину.

– Королевский корабль, – провозгласил Пенни Роял над самым ухом Блайта.

Капитан огляделся, почти ожидая увидеть стоявший рядом с ним древний скафандр, но ИИ не счел нужным материализоваться ни в каком облике.

– Королевский корабль? – повторил Блайт.

– Шестьсот лет, – сказал Пенни Роял, – или меньше.

– Что?

На экране опять распахнулось окно, и в нем вновь возник бронированный прадор. Блайт – уже привычно – разозлился, понимая, что станет свидетелем очередного сбивающего с толку разговора между Гостом, который, очевидно, являлся королем прадоров, и Пенни Роялом. И тут же обрадовался, поскольку злость эта была несомненно его собственной.

– Снова ты, – буркнул Гост.

– Да, – ответил Пенни Роял.

– Что теперь?

– Если поведешь свой Конвой к Цеху Сто один, то умрешь, – заявил ИИ.

– Свёрлу нельзя позволить существовать, – сказал Гост. – Его могут использовать диверсанты, чтобы пошатнуть мое Королевство. Это приведет к опустошительной гражданской войне, а если я подавлю бунт диверсантов, они нападут на Государство, надеясь на ответ, который сплотит всех прадоров вокруг них.

– Этого не случится.

– Я считаю, что без моего вмешательства – случится.

– А я знаю, что нет.

Бронированный прадор на экране затопал ногами – видно, от разочарования и ярости. Это чувство было знакомо Блайту.

– Мне нужно больше, – произнес наконец прадор.

– Тебе пора на корабль, – ответил Пенни Роял. – Ты уже достиг той стадии, на которой понадобится новая броня, побольше, чтобы прятать твое развитие. Тебе требуется пространство для роста, и физического, и ментального. Можешь назваться Обероном.

– Отлично, – сказал Гост. – Тогда ты – дельфийский оракул.

– Ты понимаешь человеческие мысли.

– Мне все равно нужно больше.

– Я покажу тебе будущее, – предложил Пенни Роял.

Бронированный прадор на экране вдруг резко развернулся. В его святилище появился один из черных бриллиантов – и тут же во всех стенах распахнулись отверстия, обнажая зеркальные жерла гранулярных пушек. Под их прицелом бриллиант разделился на шесть частей – с чем-то черным-черным посередине, почти невидимым с позиции Блайта. Король издал булькающий вскрик и отступил, скрывшись из виду. А потом и вся сцена исчезла в грохоте и вспышке синего пламени: это выстрелили гранулярные пушки. Раскаленные добела куски покореженного металла и клубившийся дым заполнили окно на экране – а потом изображение отключилось.

– Какого дьявола там произошло? – спросил Бронд.

– Терпение, – сказал Пенни Роял.

Блайт смотрел на главный экран, картинка на котором опять увеличилась. Корабли Конвоя ломали строй, запуская рулевые и термоядерные двигатели, озаряя черноту рвавшимся из дюз пламенем. Корабли, пристыкованные к станции, тоже отделились, антиорудийные лазеры, хорошо видимые в клубах окутавшего станцию пара, ощупывали пространство.

Грохот медленно стихал, а потом из черноты раздался голос Госта:

– Я не верю тебе и все равно поведу Конвой к Цеху Сто один.

Интересно, что же показал королю черный ИИ…

– Ты мне поверишь, – ответил Пенни Роял, – а пока я даю тебе время подумать.

Волна чего-то омыла «Черную розу». Блайту показалось, что он падает – и чувство это смешалось со странным ощущением дежавю. Затем прошла еще одна волна – включившая на полную мощь рулевые движки и запустившая термоядерный двигатель. Блайт вцепился в ручки своего кресла, ожидая битвы, но взгляд от экрана не оторвал – и увидел, как станция и звездолеты Конвоя будто умерли. Двигатели отключились, лазеры, моргнув, исчезли, погасли огни в иллюминаторах, стих шум. Все потемнело; корабли больше не разгонялись, роботы-монтажники у королевского судна дрейфовали, не отклоняясь от курса, заложенного раньше. Даже звезды вдалеке, казалось, померкли.