Скайгард - Дмитрий Воронин

Ей показалось, или Леван в самом деле вздрогнул? Нет, не показалось — лицо было все еще доброжелательным но вот глаза капитана выдали. Пусть и на мгновение, но взгляд его стал холодным и жестким.

— Как пожелаете, капитан Шелест.

Голос Чихладзе звучал равнодушно, с легкой ленцой. Мол, если вам, патрульным, охота тратить мое и свое время — ради бога. Мы перед законом чисты, аки полярные шапки Талеры. Только вот равнодушие это было показным. Осмотр грузового отсека — это еще минимум час, если только поверхностно… А если внимательно, с чувством (то есть со вскрытием контейнеров) — то и три часа провозиться можно.

Словно в ответ на эти мысли, Леван с капелькой иронии добавил:

— Я так и думал, что вы, капитан, не станете всецело полагаться на этот прибор. Во всем надо убедиться своими глазами, верно? Но я бы хотел обратить ваше внимание, что все отсеки запечатаны владельцем груза. Вы готовы подписать документ, освобождающий меня от ответственности?

Хитрый ход. Если предположить, что ничего предосудительного в отсеке нет, Катя, подмахнув подобную бумажку, развязывала Чихладзе руки. Пока сохраняется целостность опечатывания (а также стен, хотя это и подразумевается), всю ответственность за сохранность груза в равной мере несут капитан и его наниматель. А вот когда патрульные производят вскрытие… вполне вероятно, пары ящиков товара в пункте назначения недосчитаются, и оплачивать убытки придется «Скайгард». Одновременно это предложение давало Кате повод уйти с гордо поднятой головой. Достаточно сказать, что не в ее компетенции принимать подобные решения, а потом побыстрее закруглить с проверкой и покинуть «Таррагону» несолоно хлебавши.

Но Шелест уже закусила удила.

— Я готова подписать необходимые бумаги.

— Что ж, надеюсь, что офицеры «Скайгард» обладают достаточными полномочиями, — Леван заметно скис.

— Какой отсек прикажете вскрывать?

— Ну… скажем, D-16.

Вот тут растерянность капитана стала совершенно очевидной. Как и тот факт, что кое-кто из его спутников также начал проявлять признаки нервозности. А ведь Бес определенно прав — не все так чисто с этими лекарствами. Катя торопливо попыталась вспомнить все, что она знала о поливакцине «Панацея-17», — выходило до обидного мало. Какой продукт можно спрятать среди ампул с препаратом так, чтобы ошибся сканер? Единственное, что приходило в голову, так это та же самая поливакцина, только разбавленная до полной потери эффективности, — то есть имеет место попытка загнать упаковку по цене качественного препарата. Возможно, хотя и сомнительно — информация о подобном мошенничестве разойдется быстро, и потеря доброго имени компании «Астротранзит» обойдется в кругленькую сумму. И если Левана не возьмут за жабры федералы, то уж служба безопасности самой компании в стороне явно не останется.

— Может, рассмотрим другие варианты? — Чихладзе изобразил на лице самое искреннее беспокойство, на которое только был способен. — Поливакцина нуждается в точно выдержанном температурном и световом режиме. Если его нарушить… Боюсь, капитан Шелест, ваши начальники, узнав сумму штрафа, будут недовольны.

Насчет температурного режима Катя знала, — только вот не собиралась выслушивать сказки о транспортировке капризного препарата без надлежащих мер по его защите.

— Я настаиваю.

— Как хотите, — процедил Чихладзе.

По его команде один из «квадратных» модификантов, явно действуя без особой сноровки, вскрыл защитную ленту и простучал пальцами по кодонаборному блоку. Дверь отсека плавно скользнула в сторону, открывая темный проем.

— Включите свет, — сухо потребовала Катя.

— Гру-уз! — выдохнул Леван.

Выдержав трагичную десятисекундную паузу, он все-таки подчинился. Только Катя заметила, что перед этим он поймал взгляд и чуть заметный кивок той самой, с милым модельным личиком.

«А похоже, ты прав, — девушка попыталась мысленно передать ощущение признательности. — Они явно что-то скрывают».

Большой отсек был плотно заставлен стандартными контейнерами, уложенными в аккуратные штабели.

— Вот видите, капитан, опасаться нечего, — Катя с наигранным дружелюбием посмотрела на Чихладзе. На лбу последнего выступили крошечные бисеринки пота.

«Аномалия находится… — Бес на мгновение задумался и добавил неуверенно: — Слева, с краю. Нужные контейнеры расположены во втором ряду. Или в третьем… мне все еще сложно сказать точнее. Но твое предположение об изменении концентрации препарата неверно, у этого вещества другой химический состав».

— Ну, не будем сильно затягивать… — Шелест все еще была само обаяние. — Посмотрим пару контейнеров… вон из того штабеля. Думаю, со второго и с третьего ряда. Ваши помощники, капитан, окажут содействие?

Она даже не положила руку на бластер, понимая, что перестрелка с четверкой модификантов бесперспективна по определению. Но и волноваться было не о чем — пусть там и в самом деле что-то припрятано… Ну что ж, не первый раз и не последний. Штраф, конфискация… На самом деле, ничего серьезного капитану, как и «Астротранзиту», не угрожает. Все можно свалить на владельца груза, а пойди найди его на Голубой Дали.

— Пора заканчивать этот балаган, — внезапно влезла в разговор «моделька».

— Что вы имеете в виду? — Катя сделала шаг назад и уперлась во что-то жесткое. Вероятно — в грудь одного из модификантов.

Красотка с ледяными глазами не удостоила девушку ответом. Вместо этого она продолжала говорить, уставившись в стену:

— Эф-два, уничтожить цель. Стрелкам — патрульный корабль сбить. Штурманская, расчет курса, мы уходим.

Как ни странно, Леночка, до сего момента молчавшая, среагировала первой. Включив связь, она успела сказать пару слов, точнее, полтора: «Монк, боев…» — после чего здоровенный, как дыня, кулак модификанта врезался девушке в скулу Леночка отлетела к стене, врезалась в нее спиной и медленно сползла на пол, потеряв сознание. Катя попыталась выхватить оружие, но кобура оказалась пуста. Блондинка несколько секунд разглядывала Катю, затем повернулась к Левану:

— Эту — в камеру. Переш будет рад такому подарку. А ту соплю, — кивок в сторону бесчувственной Леночки, — можете отдать вашим парням.

Блондинистый помощник капитана бросил взгляд на Ленку и улыбнулся. Только теперь в его улыбке от былого обаяния ничего не осталось. И Катя поняла, что лучше попытаться драться и сдохнуть, чем попасть в руки этой компании живьем. Особенно в руки Переша (фамилия одного из самых наглых пиратских капитанов среди патрульных была известна), который почему-то должен обрадоваться подарку. Только вот не дадут ей геройски умереть в бою по сравнению с отменно выдрессированным геномодификантом все ее способности к рукопашному бою — пустой звук.

«Угроза твоей жизни?» — Голос Беса, слышимый одной ей, явно был наполнен испугом.

«Да!»