Бой не вечен! - Василий Головачев

Панкрат стиснул зубы, сдерживая проклятие, закрыл глаза, глухо спросил:

– Что такое Проект?

– Неужели это важней всего на свете? – удивился Асламов. – Разве тебя не волнует твоя собственная судьба?

– Моя судьба в руках Бога. Не увиливай, Витязь. Не хочешь отвечать, не отвечай, только не бреши. Терпеть ненавижу ложь!

– Ложь – это всего лишь намеренное искажение информации, причем иногда она – благо. Но я не буду тебя обманывать, нет смысла. Ты либо будешь работать со мной и дальше – на Проект, разумеется, либо…

– Понятно.

– Проект же слишком глобальная вещь, чтобы о нем можно было сказать в двух словах. Попробую, конечно. Во-первых, Проект «новой русской» Революции предполагает планомерное разрушение культуры России. Кстати, один из элементов этого разрушения виден невооруженным глазом – успешная ликвидация отечественного кинопроката в России, замещение его видеопродукцией Запада. Во-вторых, разрушение армии, системы образования и науки и в конце концов захват власти. Могу подсказать, каким образом будет выполняться план. Сначала мы, естественно, нейтрализуем Сопротивление, службы Катарсиса, уничтожим лидеров духовных общин, защитную систему, экстрасенсов и волхвов. Затем изменим состав правительства, ликвидируем криминальные группировки…

– Даже так? – усмехнулся Панкрат.

– Это логично, так как нынешний криминалитет серьезно мешает осуществлению наших планов. Затем мы зомбируем Думу и Совет Федерации, и власть у нас в руках.

– Так просто?

– Конечно, не просто. Но будет именно так, как я сказал.

– Каким же образом вам удастся зомбировать всю Госдуму? Неужели вы продолжаете производство «глушаков»?

– «Глушаки» – вчерашний день психотроники, да и системы типа «лунный свет» – тоже. Кстати, об этих игрушках знает и президент, и премьер, а не только спецслужбы. На их месте я бы запретил исследования в этой области, чреватые непредсказуемыми последствиями. В царской России не зря существовало подчиненное императору отделение охранки по надзору и уничтожению слишком опасных изобретений, почему бы и нам не создать такие же?

– И что же вы придумали вместо «лунного света»?

– Живые управляемые системы. Например, для зомбирования Думы понадобится усилитель пси-излучения, которым станет один из храмов Черного Лотоса. Классная идея! Уже начались эксперименты. Следующий – попытка воздействия на депутатов Госдумы и состоится…

– Валентин Юрьевич! – недовольно напомнил о себе Погребко.

– Да, иду. – Асламов шагнул к лестнице, оглянулся. – Даю тебе три часа на размышления, майор. Вольному воля, как говорится, но лучше бы ты согласился работать с нами добровольно. Все равно ведь будешь работать, но уже зомби, «тающим» роботом, а они долго не живут.

– Я хотел бы поговорить с главным в вашей системе.

– На данный момент я главный. В моем подчинении взвод «тающих».

– Заслуженный вожак стада, – хмыкнул Панкрат. – А повыше тебя есть кто-нибудь?

– Разве что секретарь Совбеза, но он не станет с тобой разговаривать, Панкрат Кондратович, не льсти себе надеждой. Слишком… э-э…

– Мелкая сошка?

– Что-то вроде этого. Время пошло, майор.

Асламов и Погребко вылезли из подвала, люк закрылся.

Панкрат остался сидеть на полу с головной болью и ощущением бессмысленности своей попытки разговорить предателя. Да, он узнал много, но, судя по всему, никому не успеет передать полученные сведения. И все же что-то здесь было не так. Складывалось странное тревожащее впечатление, что Асламов сообщил слишком много секретных данных, о которых не должен был знать даже будущий сотрудник. Тем более он не должен был выбалтывать подробности Проекта приговоренному к смерти. Или у него был какой-то хитрый расчет? Какой? Чего он добивался, рассказывая бывшему телохранителю важнейшие тайны Проекта?..

Панкрат попытался встать, скривился от боли в затекших ногах, посидел немного и снова принялся ворочаться, пытаясь встать и ослабить узлы на руках. Сдаваться и ждать смерти было не в его правилах. Однако связали его умело, так что он не мог ни разогнуться, ни освободить руки, стянутые в локтях, и в конце концов перестал напрягаться и напрасно тратить силы. Оставалась слабая надежда, что, перед тем как зачитать приговор, его развяжут, а уж тогда можно будет показать все, на что он способен… при почти полном отсутствии сил.

Произнося про себя последние слова, Панкрат мрачно усмехнулся, прислонился к штабелю ящиков, пахнущих уксусом, и вдруг почувствовал, как по рукам пробежали маленькие лапки. Дернулся, сбрасывая с руки мохнатое тельце. Раздался писк.

Крысы!

– Брысь! – зашипел он без особого отвращения. – Я еще живой, приходите позже.

Но его окрик не помог. Крыса вернулась и снова начала возиться за спиной, касаясь лапками рук.

– Пошла вон! – заорал Панкрат, падая боком на пол, и внезапно осознал, что крыса… грызет веревку!

Замер, прислушиваясь к возне за спиной. Крыса действительно теребила зубами веревку, стягивающую локти и запястья пленника, изредка тыкаясь мордой в пальцы. Через минуту веревка ослабела, Панкрат пошевелил руками и почувствовал, что они свободны…