Карма. Том 2 - Ольга Громыко

Патрульный выкрутил настройки щек и бровей на максимум и потребовал:

– В таком случае предлагаю всем немедленно разойтись, иначе я буду вынужден вас арестовать!

Хулиганы напряженно вперились в лидары, не сомневаясь, что вслед за корветом вот-вот подтянется дивизион его коллег-полицейских, эскадра ГБР и флотилия Федерации.

Но корвет остался в гордом одиночестве.

Айзек для верности выждал еще пару минут и вежливо осведомился:

– Ви это прилетели нас пошутить или таки дурак?

Патрульный и сам уже склонялся ко второму варианту, но отступать было некуда. За убегающим котом собаки погонятся и разорвут его в клочья вернее, чем нагло прущего навстречу.

– Вы нарушаете законы Федерации! Если у вас имеются претензии к данным субъектам, то вы обязаны обратиться в правоохранительные органы, подать заявление, предъявить документы, подтверждающие изложенные в нем сведения, по факту чего мы проведем расследование и передадим дело в суд.

Похоже, «Акиту» спасало только то, что все стороны конфликта были уверены: кто-нибудь в нее и так сейчас пальнет.

– Как бизнесмен бизнесмену, – обратился Айзек к змеелюду, – шо ви думаете за небольшой совместный проект? А дальше будем смотреть на ситуацию на бирже!

– Они же сейчас все передерутся! – трагически прошептала Иветта.

Кай быстренько обсчитал несколько вариантов боя.

– По самому оптимистичному сценарию – если авшуры объединятся со змеелюдами – уцелеет не больше тридцати шести процентов вступивших в бой кораблей. Если же все сцепятся со всеми, то прогноз еще хуже.

– Так, может, просто подождем, пока они друг друга замочат? – с надеждой предположила Молли.

Лиза решительно отключила микрофон и повернулась спиной к терминалу. Прочие участники видеоконференции продолжали упоенно «дискутировать» друг с другом, не обращая внимания на затягивающееся молчание базы. Да и вообще, кого интересует мнение медведя о дележе его шкуры?

– Или сделаем так, чтобы им стало незачем драться. Нет артефакта – нет проблем!

– А если он все-таки рванет?! – пискнула Молли.

– Не рванет, – уверенно сказала Лиза. – Кай с папой сто раз все проверили! Таймер был только для подстраховки, мы же рассчитывали, что база уцелеет и мы на нее вернемся.

Кай с Хрущаком тоскливо переглянулись. Так красиво их крайними еще не делали!

– Ну что, покажем им, на что способны? – Лиза тут же подняла руку, голосуя «за».

Хэл сделал глубокий вдох, выдох, кивнул и первым к ней присоединился – а за ним Майкл, Лиса, Иветта, Натан и Хрущак.

– Кай? – Лиза непонимающе уставилась на друга, задумчиво треплющего по голове подбежавшего к нему Пса.

Морда у добермана была какая-то грустная, он с тревогой заглядывал хозяину в глаза.

– Конечно. – Киборг выпрямился и замкнул частокол рук. – Просто отвлекся на кое-какие расчеты.

– Ты точно ничего не хочешь добавить? – подозрительно уточнила подруга.

«Я тебя люблю».

– Нет. – Кай посмотрел на Хрущака, понял, что тот понял, и твердо сказал: – Врубайте.

* * *

Энергосканнер «Акиты» светился все ярче, как плавно разгорающаяся гирлянда на рождественской елке – участники «аукциона» готовились к торгам, раскочегаривая реакторы и направляя энергию на щиты и орудия.

Младший сержант галаполиции Алекс Моррисон, уже попрощавшийся с надеждой стать старшим и старше, малодушно протянул руку выключить прибор, но тут экран вспыхнул целиком, залив тесную рубку чистым белым светом.

Алекс не сразу понял, что это не только от экрана.

* * *

Кай заранее закрыл все свои программы и деактивировал имплантаты. Вряд ли это поможет, процессор-то продолжает работать, но ведь и люди искренне верят, что если лечь за кочкой ногами к ядерному взрыву, то радиация пройдет мимо. Даже если шарахнуло в пяти метрах от тебя.

Из тех же соображений отважные экспериментаторы загерметизировали шлемы и отошли в дальний конец отсека. Молли даже на корточки присела, крепко зажмурилась и залепила лицевой щиток ладонями.

Кристаллы сгорели мгновенно – без звука, дыма и запаха. Зрители поняли это только по артефакту – из щелей в установке начало пробиваться странное свечение, одновременно и ослепительно яркое, и невыносимо черное.

– Три… два… один… ноль… – чуть слышно шептал Хрущак, просто чтобы не молчать.

Пауза, всеобщее предынфарктное состояние, и Лизино:

– Уф-ф-ф! Девять… восемь… семь…

Лиза тоже не угадала.

Все источники света, включая диоды приборов, разом погасли, и одновременно сквозь тела прошла упругая и словно живая волна, за секунду разобрав их на атомы, изучив и собрав обратно.

Натан охнул от неожиданности, Молли тихонько заскулила, Хэл уперся рукой в стену, чтобы не упасть.

– Что это, мать его, было?! – пробормотал Майкл, но его никто не услышал – все оборудование скафандра, включая рацию, одномоментно отказало.

Иветта вручную отковыряла запотевший изнутри шлем, сделала несколько жадных вдохов и, пока не в силах говорить, ткнула пальцем в иллюминатор – единственное светлое пятно во тьме.

Планета формировалась на глазах у завороженных зрителей. Сперва раздулась до огромного и еще более раскаленного пузыря, а когда показалось, что он вот-вот лопнет, – в мгновение ока сжалась в шар меньше исходного и одновременно перескочила на другую орбиту. Белое свечение сменилось желтым, потом красным, и планету окутал плотный белый пар, словно болванку окунули в воду для закаливания.

Пар начал рассеиваться – один просвет, другой, третий, в котором уже отчетливо мелькнуло нечто обнадеживающее. Не прошло и пяти минут, как от него осталась лишь патина облаков на бирюзовой жемчужине перерожденной планеты, на восемьдесят процентов покрытой океаном, с серыми континентами и белыми шапками льда на полюсах.

Создавать жизнь артефакт, увы, не умел. Но подготовил все для ее возникновения – или возвращения.

«Теперь можно и помереть, все равно ничего столь же грандиозного мы больше никогда не увидим и не сотворим!» – отстраненно подумал Хэл, и тут свет вернулся. Редкий и тусклый, от аварийного генератора.

Хрущак подбежал к установке, заглянул внутрь и восхищенно выругался.

– Что?! – Натан последовал его примеру и убедился, что к характеристике ситуации можно добавить только: «Вот же ж екарный бабай!»

– Да че там такое-то?! – возмутилась Молли. – Говори уже, не томи!

– Ничего!!!

– Издеваешься?!

– Нет, тут и правда пусто! Один корпус остался, а внутри – горсть пыли, как в утилизаторе!

Похоже, та же напасть постигла и остальные корабли. Они словно исчезли, без бортовых огней не видимые глазу, а лидар не работал. Как и видеофон Иветты, на который она попыталась сголографировать вид из иллюминатора, а терминал хоть и включился, но показывал только состояние системы жизнеобеспечения, про остальное – «нет сигнала».