Водоворот - Питер Уоттс

Она какое-то время молчала. Затем спросила:

— А каким он был? На самом деле?

— Насколько мне известно, — сказал Кен, — совершенно типичным отцом.

— Тебе известно, где он? Где они?

— Умерли двенадцать лет назад. От туляремии.

— Ну конечно. — Приглушенный смешок. — Полагаю, именно поэтому меня и отобрали? Чтобы не было ненужных связей.

Он обошел ее кругом, посмотрел в лицо.

Оно было мокрым. Лабин в изумлении замер. Раньше он никогда не видел, чтобы Лени плакала.

Белые глаза встретились с его собственными; уголок рта дернулся в подобии горестной усмешки.

— Если вы правы насчет Бетагемота, то истинные виновники торжества сейчас в одной лодке со всеми остальными. Хоть это утешает. — Она покачала головой. — И все-таки ничего бредовей я в жизни не слы­шала. Я — астероид-убийца, я уже над Землей, но динозавры искренне мне радуются.

— Только маленькие.

Кларк взглянула на него:

— Кен... кажется, я уничтожила мир.

— Это была не ты.

— Ну да. Актиния. А я всего лишь вьючный мул для... ты назвал бы его «Искусственным Неразумием». — Она вновь тряхнула головой. — Если верить тому парню в гостиной.

— Старая история, — задумчиво проговорил Лабин. — Похитители тел. Они проникают в тебя и заставляют делать то, чего бы ты никогда не сделал, если б...

Он осекся. Кларк как-то странно на него посмотрела и тихо произнесла:

— Прямо как твой условный рефлекс. Эти твои... утечки в системе...

Он сглотнул.

— Они тебя не преследуют, Кен? Все те люди, ко­торых ты убил?

— Есть... антидот, — признался он. — Им как бы запивают Трип Вины. С ним легче жить после такого.

— Отпущение грехов, — прошептала она.

— Ты слышала о нем? — Лабин никогда не считал его необходимым.

— Видела граффити в Пыльном Поясе, — ответила Кларк. — Их пытались смыть, но художники, наверное, что-то добавили в краску...

Она вышла в коридор. Лабин двинулся следом. Снаружи доносились негромкие звуки работающих машин и легкое шипение распылителей.

— Что там происходит, Кен?

— Дезинфекция. Мы эвакуировали район перед тво­им появлением.

-- Опять сожжете всю округу? — Еще один шаг. Кларк была уже в дверном проеме.

— Нет. Нам известен твой маршрут. Здесь у Бетагемота нет никаких шансов, ему не распространиться, даже если ты и оставила что-то после себя.

— А это маловероятно, надо думать.

— У тебя не идет кровь. С момента выхода на берег ты нигде не испражнялась и не мочилась.

Она была уже на верхней лестничной площадке. Лабин шел рядом.

— Ты просто сверхосторожен, — заметила Кларк.

— Это правда.

— Хотя смысла все равно нет.

— Что?

Лени повернулась к нему:

— Я пересекла континент, Кен. Несколько недель жила на Полосе. Зависала в Поясе. Я несколько дней плыла по озеру, откуда качают питьевую воду для полумиллиарда человек. У меня шла кровь, я трахалась, испражнялась, мочилась в океане, в туалетах, в канавах по дороге больше раз, чем ты сможешь сосчитать. Да и ты тоже, хотя тебя, наверное, давно уже вычистили. Ну и где же тут смысл?

Он пожал плечами.

— Это все, что мы можем делать. Следим за мелкими пожарами и надеемся погасить их до того, как они разгорятся.

— И не даете мне разжигать новые.

Он кивнул.

— Но вы не сумеете стерилизовать океан, — возразила она. — Не сумеете стерилизовать целый континент.

«Может, и сумеем», — подумал он.

С лестницы шум дезинфекции казался громче, но ненамного. Люди даже говорили вполголоса. Как будто район все еще кишел местными жителями, как будто бригады не хотели будить спящих граждан, которые в любой момент могли проснуться и застать их с поличным...

— Ты так мне и не ответил, Кен. — Лени Кларк сошла на следующую ступеньку. — Насчет того, убьешь меня или нет.

«Она не убежит, — сказал он про себя. — Ты ее знаешь. Она уже все сделала, она не... Тебе не обязательно...»

— Что ж. Полагаю, мы это выясним, — закончила Кларк. И начала спокойно спускаться по лестнице.

— Лени.

Даже не оглянулась. Лабин следовал за ней. Она же не возомнила, что может обойти его... не думает же она...

— Ты знаешь, что я не могу позволить тебе уйти.

«Конечно, знает. И ты понимаешь, что она делает».

Кларк стояла у подножия лестницы. Открытая дверь

зияла в пяти метрах от нее.

Что-то внезапно сжалось в кишках Лабина. Как будто начал действовать Трип Вины, но...

Она была почти у выхода. Нечто с галогенными глазами опрыскивало тротуар на улице.

Лабин сорвался с места не раздумывая. В мгновение ока он преградил Лени путь и тут же закрыл и запер дверь, погрузив дом в кромешную даже по рифтерским стандартам тьму

— Эй, — жалобно протянул из гостиной Дежарден.

В щели проникали лишь считаные фотоны. В таком

слабом свете Лени казалась не более чем размытым силуэтом. Лабин чувствовал, как у него сжимаются и разжимаются кулаки: как он ни старался, но прекратить это не мог.

— Послушай, — удалось ему выдавить из себя. — У меня правда нет другого выбора.

— Я знаю, Кен, — мягко ответила она. — Все в порядке.

— У меня нет... — повторил он вновь, чуть ли не всхлипывая.

— Разумеется, есть, — проревел у него в ухе незнакомый голос.

«Что за...»

— Элис? — раздался из-за угла голос Дежардена.

— Ты сам себе хозяин, малыш Кенни, — сказал голос. — Ты не обязан делать то, чего сам не хочешь. Поверь мне на слово.

Лабин прикоснулся к наушнику.

— Назовитесь.

— Элис Джовелланос, старший правонарушитель, филиал Садбери. К вашим услугам.

— Ни хрена себе! — донеслось из гостиной.

Лабин вновь дотронулся до наушника.

— У нас взлом каналов связи, некая персона, называющая себя Элис Джовелланос...

— Да они в курсе, громила. Они меня сюда и направили. Я отпустила их на ночь, пусть поспят.

Лени отошла от Лабина и вгляделась во мрак гостиной.

— Что за...

— Это закрытый канал, — сказал Лабин. — Сбрызни.

— Еще чего. Я старше тебя по рангу.