Повелитель стали - Виктор Зайцев

Купцы ещё летом привезли в посёлок сотню овчинных полушубков, шапок, шерсти на валенки и ткань, зимних холодов Белов не опасался. Его дом был полностью обложен кирпичом, даже водопровод провели нынче летом, осталось проверить его действие в морозы. Трубы хозяин применил самодельные керамические с глазуровкой, стыки изолировал смолой, бежала вода самотёком из ручья в сотне метров выше дома. Бак для горячей воды летом установили в печь, где ежедневно готовили пищу, одновременно нагревая воду. Обе жены с удовольствием обставляли дополнительные комнаты, получившиеся при обкладывании дома кирпичом. Алина недавно родила девочку и устраивала в одной из новых комнат спальню для себя и дочери. Пользуясь небольшим затишьем, Белов посетил Лея. Привёз ему на практику двух девчушек, обученных врачеванию ещё Ярой (чудин обещал научить их кое-каким приёмам лечения). Кроме девушек, не забыл Белов и продукты с тёплой одеждой. Чудин опять выспрашивал иномирянина о самочувствии, тот, отвечая на вопросы, неожиданно для себя обнаружил очередное изменение в организме. Особенно после проведённых, по просьбе Лея, испытаний.

Оказывается, он без всяких усилий задерживал дыхание до десяти минут, мог поднять до полутонны груза на уровень пояса. Зрение и слух обострились, отставной сыщик уже давно не пользовался биноклем, неплохо видел в темноте, а в мотошлеме слышал всё вокруг нисколько не хуже, чем без него. Мышцы и связки стали необычайно эластичными, по просьбе Лея Белов легко сел на шпагат. В разговоре с чудином у него создалось впечатление, что лекарь недоговаривает что-то, но торопить его он не собирался. При прощании Лей попросил пациента больше общаться с животными, мысленно давать им команды, наблюдать за их исполнением.

Обратная дорога была привычной и быстрой, однако в Выселках, куда заехал Белов, его ждали неприятные новости. Буквально накануне вниз по Каме уплыл Слад, направляясь в Бражинск. С ним были две лодки, полные вооружённых людей с верховьев Камы. В Выселках Слад избил со своими подручными назначенного Беловым старосту и выгнал того из избы отца, пообещав вернуться обратно вместе с головой Белова. Слад звал выселковских жителей с собой, напасть на Бражинск, мужики благоразумно отсиделись дома и сыновей придержали. Зато гонца на лодочке, как обещали, направили в Бражинск – предупредить посёлок о нападении. Со слов выселковских жителей, со Сладом плыли до трёх десятков вооружённых ватажников, причём не меньше пяти человек при себе имели луки. Белов в темпе направился догонять обе лодки, опередившие его почти на сутки. Боясь, что Бражинск уже могут разграбить и сжечь, он не пытался маскироваться и шёл на моторе. Потому и настиг «войско» Слада возле устья Сивы, обе лодки сразу развернулись ему навстречу, издалека заслышав шум мотора.

Белов попытался подплыть ближе, чтобы поговорить со Сладом и его помощниками, отговорить от безрассудной мести, надеясь, что большинство людей Слада не знают об убийствах. Тот предвидел это желание бражинца и явно опасался его разговорчивости, опытный сыщик умел находить подход к людям. Поэтому лучники начали обстреливать отставного подполковника ещё за сотню метров до лодок. Он заглушил мотор и прикрыл его щитом, на скорую руку сколоченным в Выселках. Сам лёг на дно и спокойно подстрелил Слада, а затем всех замеченных лучников из неразлучного карабина. Стрелять приходилось в грудь, до пояса прикрывали высокие лодочные борта. Выстрелы с глушителем были практически не слышны, их результаты заметили только после падения последнего лучника. Моторная лодка медленно сближалась с двумя лодьями, на них начались крики и перебранка. Белов поравнялся с ними и спросил:

– Куда плывёте, болезные? Атаман ваш уже не годен, может, сговоримся, на меня поработаете?

– А ты кто такой шустрый, – удивились мужики спокойствию одинокого мужчины. – Сейчас как тяпнем по башке, будешь сам болезный.

– Я Белов, это меня грабить вас Слад нанял, разговор есть, пусть старшие выйдут на берег, я поговорю с ними… – Смельчак спокойно причалил к правому, крутому берегу и стал ждать переговорщиков. Перезаряженный карабин он держал в руках, поглядывая на разбойников и пересчитывая их. Без лучников и Слада Белов насчитал двадцать три мужика, в основном молодых, плохо вооружённых, практически без доспехов. Несколько кожаных жилетов доспехами считать трудно. На берег с каждой лодьи спрыгнуло по одному человеку, оба направились к нему.

Он первым начал разговор, показывая своим собеседникам, что считает уже решённым их отказ нападать на Бражинск, и принялся обговаривать условия найма разбойников для нападения на Россох. Агрессивно начав переговоры, он повёл разговор методом разъездного торговца, любое молчание собеседников считая согласием. На обоих главарей, привыкших к провинциальной неторопливости, это произвело неизгладимое впечатление, они едва успевали кивать головой на вопросы Белова. Переговоры выглядели примерно так:

– Поскольку Слад ранен и не сможет рассчитаться с вами, я предлагаю другой город для нападения. Слад уже говорил вам, что я очень богатый?

– Ну…

– Значит, я смогу расплатиться с вами независимо от того, сколько вы сможете награбить, так?

– Ну…

– Я даже предлагаю вам никуда не плыть и ни на кого не нападать. Вы становитесь лагерем на берегу неподалёку, через пару дней сюда приплывут нехорошие люди. Вы с берега их обстреливаете и при случае нападаете на лодки. Всё, что возьмёте, ваше. Людей отдадите мне. За драку каждому из вас полугривна, раненым гривна серебром. Согласны?

– Ну…

– Договорились, разбивайте ниже по течению лагерь, ждите меня с авансом. А это лично вам сверх договорённости, – Белов протянул обоим по серебряной гривне, – бражки привезти?

– Ага, – на этот вопрос, почему-то отреагировали главари очень быстро. Больше вопросов не имелось.

По указанию Белова обе лодьи ватажники спрятали в кустах, неподалёку разбили лагерь. Раненого Слада отставной сыщик забрал с собой и уплыл. В посёлке он отдал раненого его матери, лучше неё никто не присмотрит за сыном, но отрядил пару своих помощников присматривать за домом. Наутро он уже вернулся на берег Камы с мешком серебряных полугривен и парой ведёрных туесов самогона, вот и пригодился запас спиртного, простоявший почти год в погребе. Вокруг лагеря ватажников расположились наблюдатели из охранной группы подростков. На этот раз старейшина Бражинска уже подробно разъяснил задачу атаманам разбойников, наибольший срок ожидания определили в неделю. Все пятеро лучников оказались живы, трое были ранены достаточно легко, через пару дней уже могли стрелять. Засаду решили устраивать на реке Сиве, где нападать на лодки было легко с обоих берегов. Белов выдал разбойникам два топора и показал, где подрубить деревья, чтобы закрыть лодкам отступление. Проследив, как разбойники активно дегустируют самогон, он отплыл в Липовку, узнать результаты разведки.

Большинство шпионов ничего конкретного не сообщили, но паре девиц по советам Белова удалось раззадорить сына старейшины рода ельца вопросами. Тот брякнул девушкам, в желании прихвастнуть, что до полнолуния бражинским жителям придёт конец. До полнолуния оставалось пять дней, скорее всего, полнолуние имелось в виду ближайшее. Следовало спешить, информация пришла вовремя, не зря отставной подполковник засылал в Россох своих агентов. Проплывая через устье Сивы, сыщик проведал разбойников, пообещав привезти ещё самогона, главарям второй раз всё объяснил и наказал, чтобы людей зря не губили, за мёртвых ничего не заплатит. Затем проплыл немного вверх по Сиве, где поговорил с наблюдателями из подростков, которые следили за разбойниками круглосуточно, поставил им задачу. Ребята пылали предвкушением настоящего боя, к указаниям своего старейшины отнеслись исключительно внимательно, стремились выполнить всё правильно, не подвести наставника.