Везунчики - Рустам Максимов

Отдав автомат и пистолет лейтенанту Григорьеву, я вышел из-за корпуса «амтрэка» с поднятыми руками, и медленно пошагал к «уазику». Память сразу же словно перебросила меня на пару лет назад, когда возникла ситуация с заложниками, и я вот точно также шёл под прицелом, чтобы начать переговоры с бандитами. Впрочем… Странный мужик и не думал целиться в переговорщика, он опустил оружие и с любопытством рассматривал мою скромную персону.

– Майор Иванников, Владимир Иванович, начальник криминальной полиции энского УВД из Санкт-Петербурга, – представился я, также с интересом разглядывая неожиданного гостя: лет пятьдесят навскидку, и со спортом он, скорее всего, не особо дружит. – Ну, как, говорить будем или в гляделки играть?

– Далеко же занесло тебя, майор, – покачал головой собеседник. – Сухонин, Эрик Робертович, госслужащий, из Курска… Разрешение на оружие будешь проверять, а, майор?

– Ага, типа, делать мне больше нечего, – засмеялся я. – Кстати, если у тебя с оружием или с паторонами туговато, то могу и подкинуть по доброте душевной… «Калаш» устроит? Или американский автомат подогнать?

– Так у тебя и американские имеются? – улыбнулся водитель «уазика». – А «тачку» свою, ты, майор, часом, не у пиндосов ли отжал?

– Не поверишь – нашёл, – ответил я. – Честное слово – нашёл… Слушай, я опущу руки, а то надоело уже…

– Да опускай, – кивнул товарищ госслужащий. – А теперь объясни-ка мне про свои кластеры, а то я ничего не понял про них.

– Ты, наверное, уже догадался, что произошло НЕЧТО такое, в результате чего мы и оказались здесь, – я махнул рукой в сторону чужого леса. – Перемещение произошло целыми территориями, которые мы назвали кластерами, или анклавами… Ну, это если коротко.

– Понятно. А если не коротко, а с подробностями? – усмехнулся Сухонин. – Я, собственно, никуда не спешу…

– А я вот спешу, Эрик Робертович, у меня работа стоит, пока мы тут на берегу лясы точим, – я глянул на часы, нахмурился. – Короче, есть предложение – езжай с нами, точнее, за нами. Здесь, за лесочком есть деревенька, где мы базируемся… А если покатишь прежним курсом, то через полкилометра пересечёшься с нашими союзниками, которые по-русски ни в зуб ногой. Ну, может, матом научились ругаться.

– Есть встречное предложение, майор – садись в мою машину, переговорим по дороге, – произнёс Эрик Робертович, поднимаясь с колена. – Сам говоришь: работа стоит, вот и сэкономим твоё и моё время… Кстати, видел я парочку кораблей, идут навскидку километрах в пяти от берега, вон они, уже маячат у горизонта.

– Это «батька Жерар» удачно сходил в викинг, и сейчас возвращается с богатой добычей, – не удержался я от невольного каламбура. – Лады, поеду с тобой, перетрём за жизнь, но сначала я заберу у парней собственное «железо». Как-то стрёмно в этом мире без автомата в руках.

– Хорошо, майор, я жду тебя, – Сухонин демонстративно закинул карабин на плечо. – Хочется послушать про «батьку Жерара» и прочих тутошних атаманов.

Забрав у лейтенанта Григорьева своё оружие, я помахал рукой наёмникам, стопроцентно разглядывавшим нас в оптику, после чего подсел в «уазик» к нашему новому гостю. Учитывая, что ехать нам было недалеко, я сжато и коротко поведал Эрику Робертовичу о наших и даниловских приключениях, особо не заостряясь на деталях и подробностях. После того, как мы проехали через «аэродром» и мимо позиции «вулкана», Сухонин, поначалу слушавший мой рассказ с некоторой долей скепсиса, выразил свои впечаления с помощью великого и могучего русского языка.

Уже возле здания школы, где после сражения с исламистами базировалось местное руководство, я сообщил товарищу госслужащему, что у нас здесь натуральный интернационал, узаконенное рабовладение, и вообще – полное отсутствие какой-либо толерантности. К моему удивлению, Эрик Робертович с ходу одобрил и нашу нетолерантность, и рабовладение, да ещё и предложил возродить НКВД со всеми традициями этой организации. К счастью, в этот момент появились Вышинский с Доценко, и я не стал разрушать мечты нашего гостя о воссоздании структуры, одно упоминание о которой пугало всякую нечисть покруче второго пришествия Христа.

Познакомив Сухонина с главой администрации, я отозвал Доценко в сторонку и поинтересовался, как обстоят дела с ремонтом выменянных БТРов, и когда, наконец, на окраине села будет оборудован опорный пункт. Нельзя же, чёрт, возьми, постоянно рассчитывать на военную помощь со стороны «диких гусей». Вон, сегодня основные силы союзников и америкосы укатили в мадьярский анклав, оставив в Данилово с дюжину бойцов, МТЛБ, «вулкан», плюс «туарег» впридачу. Зенитная «металлорезка», конечно, весомый аргумент, но в одиночку столь малый контингент наёмников продержится максимум часик, не более.

В ответ Александр, мать его, Матвеич, понёс какую-то околесицу про нехватку рабочих рук, временное отсутствие лучших механиков и необходимость капитального ремонта двигателей у приобретённых бронетранспортёров. Слушая эту ахинею в исполении Доценко, я пожалел, что вообще завёл с ним разговор на тему укрепления обороноспособности посёлка. Надо было либо сразу идти с главой администрации к раненому Никитину, беспокоя того, либо ждать возвращения Георгия и решать все вопросы с бывшим десантником.

– Обратите внимание, дорогой товарищ, что солдаты ван Клейста за несколько часов натянули маскировочную сетку над самолётами, оборудовали три огневых позиции и почти закончили строительство капонира для «маталыги», – я не спеша перечислил всё то, что наёмники сделали за неполные сутки. – А ты со своми лоботрясами даже не начал строительство блокпостов вон на тех буграх, чтобы контролировать подступы к деревне со стороны моря.

Я не стал слушать, что Доценко скажет в своё оправдание, повернулся и пошёл искать Вышинского, который вместе с гостем скрылись в здании школы. Внутри меня медленно поднималась волна негодования, и, как говорится, зачесались руки, захотелось съездить по морде и тупорылому Матвеичу, и отлупить его безмозглых подчинённых.

Всё-таки в чём-то прав Сухонин – под присмотром НКВД работа спорилась бы куда лучше, и люди не тратили бы время на мартышкин труд. А так, стоит авторитетам на время отойти от дел, сразу же начинается какой-то бардак. Спору нет, Юрий Александрович, конечно, уважаемый человек, но уж слишком интеллегентен, что ли, и чисто физически не способен влезть во все тонкости и нюансы. Не знаю почему, но зам главы администрации всё больше и больше ассоциировался с товарищем Дзержинским в белых перчатках, который без колебаний поставит к стенке любого, но не станет пачкать свои руки банальным мордобоем. Вышинский исправно тянул лямку гражданского руководителя, хозяйственника, а вот с военными проблемами у него что-то плохо клеилось. Особенно хорошо это замечалось на фоне шустривших рядом с нами «солдат удачи», которые знали своё дело туго, да ещё и успевали пускаться во всяческие авантюры, вроде захвата «Сириус Стара».

Часиков в шесть вечера, когда мы в поте лица возводили из подручных материалов нечто вроде блокпоста на месте разрушенного караульного помещения, на связь вышел капитан Руденко. Первым делом Руслан искренне возмутился тем, что его и других героев абордажа не встречают хлебом-солью-коньяком, а на пляже не выстлана ковровая дорожка. Получив в ответ ехидную рекомендацию пройтись по тропинке, усыпанной янтарём и закусить какими-нибудь плодами из чужого леса, Руденко деланно обиделся и передал рацию бельгийцу. Жерар обошёлся без вступлений, сразу же объявил, что ему требуется наша профессиональная помощь, попросил меня собрать парней и прокатиться до берега.