Вик Разрушитель - Валерий Гуминский

Надо признать, Егор оказался опытным бойцом. Он умудрился сконцентрироваться, мгновенно перекувыркнуться через голову и вскочить на ноги. Видеть, как благородный белый рыцарь колобком катается по земле, было очень смешно. И я засмеялся, прогоняя последние страхи.

– Не расслабляйся, – остудил меня голос Ольги. – Сейчас начнет бить техникой.

Лица Дубровского я за тонированным щитком не видел. Но представляю, как он сейчас ругается и скрежещет зубами. Белый УПД неожиданно взлетел вверх на несколько метров. Воздух перед ним сгустился до неприятно дрожащего марева и ринулся волной, пытаясь накалить мою броню огненной магоформой. Делаю прыжок навстречу, вызвав, наверное, шок у Дубровского. Движки мягко подталкивают меня и гасят жесткий удар о землю. Я же в это время чуть приседаю и выставляю перед собой руки, произведя парочку странных для постороннего взора пассов. «Рыбак, ловящий срывающуюся с крючка рыбу», – перефразируя китайские названия магических техник, подумал я, и мне стало снова смешно.

Моя антимагия сработал на все сто процентов. Магоформа Дубровского, набравшая силу, неожиданно вспыхнула ярким пламенем между нами и рассыпалась мириадами эффектным радужных искр.

* * *

– Что это было? – Георгий Яковлевич, напряженно следящий за неуклюжим УПД явно ручной сборки, даже привстал со своего кресла. Его сын – а Глава «Золотого клана» уже был уверен, что в этой броне под фамилией Волховского выступает младший сын Андрей Мамонов – только что провел изящную защитную комбинацию непонятного свойства, напрочь разметав нешуточную магоформу «лава». – Есть у меня люди, которые разбираются в этих чертовых экзоскелетах?

По трибунам пронесся удивленный гул. Чтобы не напрягать голос, Антон наклонился к уху отца и сказал:

– Только что механическая коробка посадила на задницу магическую машину. Ты знаешь, что Волховский выступает без амулетов и артефактов?

– Почему? – нахмурился Мамонов. – Кто позволил? Кто допускает на магические соревнования механические УПД? И откуда он вообще его взял?

– Он сам захотел, – пожал плечами Антон, уставившись на поле, чтобы не пропустить разворачивающиеся события. – Надо сказать, дебют за пацаном.

– Но я сейчас видел, что мальчишка применил магическую защитную технику! – воскликнул Мамонов, ничего не понимая. – Как такое может быть, если Андрей потерял свою искру! Значит, есть?

– Я не знаю, отец, – поежился Антон. – Про Волховского мало что известно. Непонятен мотив, почему он выбрал «механику».

– Узнайте, в конце концов! – раздосадовано хлопнул по коленям Глава и посмотрел в сторону Козулина. Упрек предназначался эмиссару.

Между тем Дубровский отошел от шока. Он не ожидал какой-то упорной обороны от меня, поэтому растерянность быстро сменилась холодной контролируемой яростью. Белая броня мелькнула справа и резко сместилась в сторону. Мощный боковой удар потряс меня. Сервоприводы взвыли, пытаясь сбалансировать мою устойчивость, но тяжелый каркас сыграл злую шутку. Я прилично грохнулся на землю, но успел лягнуть ногой. Троекратно усиленный движком удар пришелся в живот подскочившего ко мне Егора. Противник пошатнулся и тоже хлопнулся на задницу.

Вскочили мы одновременно. Дубровский как заправский боксер стал лупить меня, вминая в пластины бронированный кулак, да еще усиливая удары энергией амулетов. Естественно, что моему организму это не понравилось. Горячая волна взбунтовалась и разогрела мое тело так, что я едва не завопил. Но и Егору досталось. Магоформы ломались как сосульки, выжигая защитные артефакты Белого Рыцаря. А я стоял на месте, удачно связав противника ближним боем, истощая его ресурсы. Правда, от законов физики никуда не уйдешь. Магию-то я выключил, а вот обычные удары иногда прилетали в мой корпус.

В броне изящными пируэтами публику не порадуешь. И тем не менее, мы с Егором выдали неплохой бой, считаю. Я не дал ему уйти на высоту, безжалостно приземлив, и использовал свои козыри, полностью выключив интеграторы «скелета».

– Остановись! – голос Ольги ворвался в мои уши. – Желтый флажок выкинули! Бой окончен!

Мы замерли в трех шагах друг от друга. Дубровский стянул с себя шлем и с изумлением стал его рассматривать, словно хотел найти в нем вопросы, почему бой пошел не по сценарию. Я тоже снял свою сферу и улыбнулся бушующим от удивления, восторга и злости трибунам. Кажется, я победил?

* * *

– Смотри, папа! Это мой сын, – сдерживаясь, чтобы не заплакать от радости, произнесла Аксинья Федоровна. – И твой внук!

Федор Гусаров, приникнув к биноклю, предусмотрительно захваченному из дома, очень долго смотрел на середину арены, где высокий темноволосый паренек в нескладном бронированном костюме улыбался, держа на сгибе руки сферический шлем. Да, в нем проглядывались черты Гусаровых. Мальчишка даже больше походил на прадеда Федора. Фотоснимки предков бережно хранились в семейном архиве. Лукьян Захарович отличался нескладной фигурой и странной, но идущей ему полнотой, которая не мешала охмурять молодых девиц. Ловелас был еще тот!

– На прадеда похож, – кивнул Гусаров и сжал руку дочери, которая успевала вытирать платочком слезы. – Это точно он?

– Да, папа. Викентий Волховский по всем документам, но по крови Гусаров… И Мамонов.

– А вот хрен ему! – неожиданно взъярился Федор и пристукнул кулаком по креслу. И даже не оглянулся по сторонам. Гостевая ложа была открытой, и шум трибун доносился сюда грозными волнами морского прибоя. Так что мало кто услышал возглас мужчины.

Успокоившись и отбросив эмоции, он заинтересованно спросил Аксинью:

– А ты говорила, что у него нет искры. Видела, как он грамотно гасил магоформы? Может, ошиблась ты, дочь? Андрейка-то одаренный! Теперь-то понятно, почему Булгаковы вцепились в пацана! Обошли на повороте не только нас, но и Мамоновых! Знали они, все знали!

– Не могла я ошибиться, – мотнула головой княгиня. – Не было у него никаких способностей. Здесь что-то другое. Возможно, ему дали какие-то амулеты. Ведь обычный человек тоже умеет пользоваться магическими наполнителями, только в меньшей степени. Почему бы Булгаковым не защитить Андрея таким же способом?

– Не знаю, не знаю, – пробормотал Гусаров, снова приникая к биноклю. – С этим мальчишкой вообще все непонятно. Странный экзоскелет без защиты, внезапно зажегшаяся искра…

Судья отточенным жестом показал, что победа присуждена Волховскому, и бойцам нужно покинуть ристалище.

Меня окружили девчонки из акробатической группы и так завизжали от восторга, что у меня уши заложило. В техническом тоннеле шла подготовительная суета ко второму туру. Мимо меня и висящих на шее танцовщиц прошагал Пустынный Барс в шлеме; он с интересом взглянул на меня, задержался на секунду и приветливо махнул железной рукой, а потом показал большой палец, выражая тем самым одобрение от прошедшего боя. Хм, интересно, если в костюме одна из Великих княжон, почему так тщательно прячет свое лицо? Боится или выполняет указание императора не афишировать свое участие в конкурсе?