Путь империи - К. Д. Уинтворт

— Если мы их не остановим, — возразил Эйлле. — Такое случалось.

— Их остановили корабли джао и оружие джао, а не горстка полуразумных дикарей, вооруженных камнями и палками! — Главнокомандующий снова сник, принимая позу «горечь-и-смирение». — Вы молоды и лишь недавно прибыли сюда. Не думайте, что достаточно принять на службу трех человек, чтобы составить полное представление о людях. Проживи вы здесь подольше — и вам стало бы ясно, что люди не станут нашими союзниками, даже ради собственного спасения. Они предпочтут, чтобы их мир погиб.

Упомянутые люди тоже находились в помещении, и Эйлле заметил, что их позы стали напряженными. Каул не догадывается, что они достаточно понимают язык джао, чтобы следить за беседой.

— Я понимаю, что пробыл здесь недолго, — очень внятно произнес Субкомендант. — Но в некоторых выводах я уверен. Люди изобретательны, сообразительны и решительны. Да, они не джао и не могут рассуждать как джао. Но мы должны убедить их в том, что у нас есть общий противник, и сражаться надо с ним, а не против нас и не между собой. Если это получится, у нас есть шанс победить.

— Пэхх! — Каул повернулся к нему спиной. — Скажите это Экхат! Они достаточно безумны и, возможно, поверят. Мне эта болтовня надоела.

Эйлле подал знак своим подчиненным, и они покинули командный центр Каула кринну ава Дэно. Яут шагал впереди, предоставив Вроту и Тэмт делить почетное второе место.

— Мы полетим на моем корабле, — на ходу бросил Эйлле. В его голове уже выстраивался план действий на ближайшее будущее.

— Значит, кому-то из нас придется остаться, — отозвался Яут, минуя дверной проем. — На борту всем места не хватит. Но я согласен: для наших целей лучшего корабля не найти. Кого ты возьмешь?

— Прежде всего — тебя, — Эйлле прищурился, защищая глаза от неистового сияния заходящего солнца. — А также генерала Кларика, Талли и Кэтлин Стокуэлл.

Лицо Райфа Агилеры стало каменным, на щеках выступили алые пятна.

— А почему не меня, Субкомендант Эйлле?

— Я понимаю вашу обиду. Но ваша работа — проводить реконструкцию боевой техники. Я хочу, чтобы вы вернулись на завод в Паскагулу. Проследите, чтобы подготовка и развертывание шли в соответствии с планом. Вам предоставляются полномочия вносить любые изменения, какие вы сочтете нужным. Поговорите с Нэсс. Она обеспечит вам необходимую поддержку.

Уши Тэмт качнулись, выражая «смущение-и-подавленность».

— Я телохранитель Кэтлин Стокуэлл, — напомнила она. — Во время переговоров с нашими заклятыми врагами она будет в большой опасности. Может быть, вы возьмете меня?

— Если бы нашелся хоть один телохранитель, столь великолепный, что мог бы защитить кого-то от Экхат, нам не понадобились бы ни войска, ни флот. Я хочу, чтобы ты осталась с Агилерой и помогла Нэсс укрепить его положение. Это же касается вас, Врот. Кое-кому может не понравиться, что такие полномочия даны человеку.

Кларик прочистил горло, выпрямился и сцепил руки за спиной.

— Мисс Стокуэлл ранена, сэр.

— Ничего серьезного, — возразил Эйлле. — Я хочу, чтобы Талли и Кэтлин Стокуэлл сами увидели, с чем мы столкнулись. Они связаны со многими, чье мнение для людей очень важно. И если они увидят и поверят тому, что увидят, им будет проще убедить остальных. Большинству людей придется вести бой, не видя противника. Поэтому и надо, чтобы его увидел тот, кому они доверяют.

— Я не понимаю, — вмешался Талли. — Кэтлин — дочь своего отца. Но я… Я никто.

— Вы последний, про кого можно такое сказать. И первый, кого я хотел бы взять с собой. Я не знаю всех деталей, потому что никогда не спрашивал, но вы принадлежите тому, что люди называют «Сопротивлением». Когда вы спорите со мной, вы говорите словами Сопротивления и голосом Сопротивления. Это происходит с тех пор, как мы встретились.

— И разве витрик от вас этого не требует? — добавил Яут, топорща вибрисы и поднимая уши «топориком» — «вызов-чести». — Вы считаете, что джао запугивают вас несуществующей опасностью. Вот вам шанс убедиться в этом.

— Я хочу знать правду, — подтвердил Талли. — Мы все хотим.

Эйлле обернулся к Яуту.

— Позови Кэтлин Стокуэлл. Мы вылетаем, как только будет готов корабль.

Кровь стучала в ушах. Немногим из его соплеменников довелось стоять перед Экхат «на расстоянии выпавшей вибрисы» и уцелеть, чтобы об этом рассказать. Экхат отличаются непредсказуемостью и склонны совершать действия, которые с точки зрения разумных существ лишены всякого смысла.

Впрочем, ему предстоит хорошо поработать и до отлета. Документы, которые надо просмотреть, некоторые правила дипломатического этикета, которые придется освоить… и, наконец, организовать подготовку Земли к возможной атаке.

Спасти целую планету. Но Плутрак готовил его именно для такой работы, а не для того, чтобы выяснять отношения с отпрыском Нарво.

* * *

Талли шел перед Эйлле и Яутом из командного центра к месту, которое люди назвали бы парковкой — просто за отсутствием более подходящего термина. Как и все сооружения джао, она состояла из выпуклых и вогнутых поверхностей, плавно перетекающих друг в друга. Даже дорожка, по которой шел Талли, не была плоской. Глядя себе под ноги, он обнаружил, что покрытие напоминает черное стекло, в глубине которого, точно рыбы в бездне инопланетного океана, блуждают зеленые и голубые огни.

Двое джао, которые сейчас стояли у самого края площадки, склонившись над ком-панелью Яута, поджидали наземный транспорт и не обращали на Талли никакого внимания. Похоже, они были полностью поглощены изучением только что загруженных данных об Экхат — что-то сравнивали, делали пометки и явно намеревались заниматься этим до последней секунды.

Черт, в голове не укладывается. Экхат действительно приближаются. Эти космические чудовища-агрессоры — вовсе не страшилище, которое джао выдумали, чтобы держать людей в повиновении. «Не будешь спать — придет бука и тебя съест»… Получается, бука и в самом деле может прийти и даже слопать тебя, не подавившись. Глядя на парочку, которая продолжала совещаться, Талли чувствовал, как струйки пота текут по вискам и меж лопаток. К вечеру воздух становился раскаленным, но джао жара совершенно не беспокоила. Если все это спектакль, то они чертовски хорошо играют. Все они, эти треклятые «пушистики». Только вот что странно: за все время, пока сам он изображает джинау, ему ни разу не приходилось замечать за ними склонности к лицедейству. У них действительно все на лице написано. И не только на лице. Если ты понимаешь их Язык тела — и не так, как Кэтлин Стоку-элл, а хотя бы чуть-чуть, — то непременно поймешь, что они чувствуют. Сам он стал довольно неплохо читать позы джао. Эйлле, Яут, Врот и Тэмт определенно обеспокоены. Когда Тэмт отправили на квартиру Эйлле за Кэтлин, она выгнула спину — это означает страх. С Тэмт легче всего. Похоже, эта простая душа видит мир без полутонов и реагирует соответственно.

А вот, кстати, и она.