Кот в сапогах и три котёнка - Матвей Верёвкин

Матвей Верёвкин

Кот в сапогах и три котёнка

Вечерело. Кот придвинул большое обитое бархатом кресло поближе к окну. Устроился поудобней, закинул ноги на пуфик, и развернул газету. Из газеты на пол выпал конверт. Кот нехотя встал с кресла и поднял конверт. На конверте было начертано явно в спешке.

"Котик мой, тебе наверняка это будет интересно. Твоя М. "

Конверт был запечатан такой печатью, за случайную поломку которой любой законопослушный кот может стать клиентом королевского палача. Кот с замиранием сердца надломил печать. Внутри лежал черновик письма выкраденный, ни больше ни меньше, чем из королевского кабинета, и судя по состоянию сего документа, его достали из мусорной корзины.

"Дорогой друг, надеюсь, ты не забыл, что у тебя есть некоторые обязанности, — как же, забудешь тут. — За время твоего отсутствия наша семья немного увеличилась. Я ещё раз стал отцом, теперь у меня появился сын-наследник. Выполняя последнюю волю своего отца, я унаследую трон и корону, поэтому хочу напомнить тебе о твоём обещании, быть наставником для юного принца. — Да, помню, а ещё помню, что там было одно условие, и я приложил все усилия, чтобы не стать отцом раньше тебя, мой дорогой друг. — Моя жена считает, что ты ничему хорошему не можешь научить будущего наследника, и я с ней, может быть, даже согласился бы, что бывает не часто, но нам объявили войну. Дворец опустел, те, кто не может сам уехать, отправляют жен и детей подальше от столицы. Из всех рассмотренных вариантов ты оказался самым подходящим. — Мать моя — кошка! — Ты сейчас сказал: " Мать моя — кошка!", но поверь — это действительно так. Все самые надёжные места у нас в тылу неожиданно оказались на линии фронта. Беда пришла, откуда не ждали. Этот … (тут в письме замазаны несколько слов, видимо цезура не пропустила)

Поводом для конфликта послужило нежелание единственной наследной принцессы Мурмурляндии возвращаться домой. Мурка Пышная по окончании конкурса красоты, на котором она провалилась с треском, попросила у нас политического убежища. — Об этом мог и не писать. Даже я здесь, так далеко от места событий, слышал треск трибуны, не выдержавшей вес принцессы. — Пушистик XIV Свирепый потребовал выдать ему дочь или он вернёт её силой. Мы бы с радостью проводили принцессу домой, но она пропала! — А вот это — новость. — Как отец, я его понимаю и даже сочувствую, но не могу вернуть ему сбежавшую дочь. В то время как наш сосед думает, что его чадо нашло приют в нашем дворце, по столице ходят слухи, что принцесса не сама сбежала, а её похитили. Тут бы нам, конечно, пригодились твои таланты, — нет уж, сами разбирайтесь, — но, надеюсь, начальник тайного сыска справиться с этой задачкой. — Вот на начальника я как раз не рассчитывал бы.

А теперь о главном. Мы с женой посовещались и решили, — ага, жена решила, а ты вроде как не против, даже сам хотел предложить, — что до разрешения возникшего конфликта …

(заканчивалось письмо большой кляксой, которая расположилась так удачно, что прочесть можно было только последнюю строчку)

P.S. Забыл сказать о самом главном — ты трижды стал крёстным отцом!" [1]

— Тьфу ты, сам не крещённый, а стал крёстным, — кот вскочил с кресла, — без меня меня женили, то есть крестили, заочно, так сказать, без моего согласия и физического присутствия, — кот в спешке стал собирать вещи в дорогу, — зайти в храм что ли, поговорить со священником.

Хоть письмо и заканчивалось большой кляксой, но тут и дураку понятно, что решила королевская чета. Дураком кот не был, поэтому дожидаться официального письма не стал. Кот не хотел быть нянькой для наследников. Он запрыгнул в сапоги, надел шляпу с пером, закинул на спину дорожный мешок, шпага нашлась в подставке для зонтов возле двери. И только он хотел попрощаться с домом, как раздался звон дверного колокольчика. Шпага снова заняла своё место среди зонтов, шляпа и дорожный мешок вернулись на крючки, сапоги слетели с лап. Спина ссутулилась, уши и усы обмякли, хвост безвольно повис, лапы опустились, едва не коснувшись пола, настроение упало ниже плинтуса. Мысленно попрощавшись со спокойной жизнью, кот открыл дверь. На пороге стояли три котёнка, одетые в такое тряпьё, которым порядочная мама — — кошка даже полы мыть не станет.

— Здравствуйте, это Мясной переулок, дом 13?

— Да, но я не подаю милостыню сиротам.

— Наши родители пока ещё живы, — в один голос сказали три котёнка.

— А чего же вы шляетесь тут одни?

— Мы ищем кое-кого, — выступил вперёд один из котят, — здесь проживает Жульен-Гастон Франциск Леруа — де — Шанталь VIII[2]?

— Нет.

— Вы уверены? — спросил один котёнок. — Нам этот адрес дал папа, — сказал второй котёнок.

— Уверен, здесь живу только я. А вы что, котятки, даже не знаете, как он выглядит?

— Мы его только на картине видели, что висит в тронном зале, — с сожалением сказал третий котёнок. — А вы нам не поможете его найти?

— Нет, — сказал кот и захлопнул дверь.

Мать моя — кошка, меня так уже сто лет никто не называл. Я уж и забыл, как звучит моё полное имя. Как удачно получилось, что на той картине я сам на себя не похож. Проходя мимо зеркала, кот выпрямил спину, положил лапу на эфес воображаемой шпаги, затем раскланялся отражению в зеркале. Тяжело вздохнул, сменил дорожный костюм на домашний халат и вернулся к двери. Прислушался — тишина, открыл дверь, на пороге по-прежнему стояли три котёнка.

— Ну, заходите уже, раз пришли.

— А где дядя Жульен?

— Да вот он я, стою перед вами!

— Вы совсем не похожи …

— … на картину, которая висит в тронном зале, — закончил кот.

— Он знает про картину, — шепнул котёнок.

— Если честно, то папа тоже на себя не похож, — поддержал его другой.

— А папа у нас кто? — спросил кот.

— Король Филипп IV.

— Ну спасибо тебе, Садовник[3]. Неужели у вас с Шанталь действительно получилось сделать хоть раз что-то правильное, кроме этого вашего цветника.

— Вы знаете