Горькая истина. Записки и очерки - Леонид Николаевич Кутуков

Леонид Кутуков (Николай Кремнев)

Горькая истина

Записки и очерки

© М. Г. Талалай, составление, научная редакция, публикация, статья, подбор иллюстраций, комментарии, 2022

© А. Г. Власенко, составление, научная редакция, статья, комментарии, 2022

© Издательство «Алетейя» (СПб.), 2022

Дизайн обложки И. Н. Граве

На обложке: Иван Загоруйко, «Чаепитие на Амальфитанском берегу», 1958 г., частная коллекция (Италия).

Все фотографии публикуются впервые (архив М. Г. Талалая).

* * *

О слове и славе[1]

Скончавшийся 21 ноября 1983 г. в Ницце офицер Императорской Гвардии Леонид Николаевич Кутуков (Николай Кремнев), родившийся в Петербурге в 1897 г., был одним из старейших сотрудников «Нашей Страны». Его первая статья — «Навстречу чудо-богатырям» — была помещена в № 7 от 11 декабря 1948 г. С тех пор он всегда принимал живое участие в судьбах газеты. В 1951 г., в связи с ее переходом на еженедельное издание, он писал издателю «Нашей страны» В. К. Левашеву-Дубровскому[2]: «Я искренне обрадовался этой неожиданной для меня новости, ибо еженедельный выпуск газеты ставит ее в ряды наиболее распространенных эмигрантских изданий, свидетельствуя о популярности ее у читателей».

Помимо своего сотрудничества в «Нашей Стране» и других национальных органах печати, Л. Н. Кутуков написал работу под названием «Царские опричники», изданную В. К. Дубровским, в которой разоблачил — по свидетельствам самих революционеров — поклепы на царскую полицию.

Одновременно, прочтя книгу пресловутого маркиза де Кюстина[3], сделал из нее выборки и документально доказал, что этот маркиз «либеральных» убеждений поехал в Россию с определенным «социальным заказом». Злополучного маркиза цитировал всякий, кому не лень, и до появления труда Леонида Николаевича не было отповеди по существу, да никто почти и не знал полного содержания его книги, ни его биографии, убийственной с нашей точки зрения. Это было проворонено и полицией того времени, чем и объясняется милостивый прием, оказанный Императором Николаем Первым этому «прогрессивному» маркизу.

В 1967 г. Л. Н. Кутуков восторженно сообщал издательнице «Нашей страны» Т. В. Дубровской[4]: «У меня здесь в деревне в августе были подсоветские люди, с которыми я оказался полным единомышленником! „Царских опричников“ провезли в СССР, и пишут мне, что книжка имеет там колоссальный успех».

Из неизданных отдельными книгами его работ, следует отметить труд о пребывании Гоголя в Риме с описаниями города и мест, которые любил Николай Васильевич (сотрудник «Нашей Страны» зарабатывал на хлеб насущный, мотаясь по Европе в качестве туристического гида), а также — «Декабристы и мы». Тема: бунт декабристов и оказанное их наследникам сопротивление в 1917 г. в Петрограде в Запасном батальоне Лейб-Гвардии Московского полка (Кутуков сам был участником этого события).

В 1952 г. в США скончался генерал Спиридович[5]. Кутуков его лично знал по Парижу. Точка зрения Спиридовича на февральский переворот совершенно совпадала с версией И. Л. Солоневича[6]. Кутуков давал генералу отрывки своих воспоминаний о 27 феврале 1917 г. в Запасном Батальоне Лейб-Гвардии Московского полка, и он их использовал в своем третьем томе «Великой войны и февральской революции» — книге об его службе по охране Царской Семьи. Подготовка февральского переворота была разработана у Спиридовича со всеми подробностями, а история самого бунта засвидетельствована им буквально минута за минутой. Спиридович сам читал Кутукову отрывки. У генерала также имелась (надеюсь, не пропавшая) история русского революционного движения.

Леонид Николаевич был знаком и с Е. Кусковой[7], знаменитой «трубадурой революции», с которой он спорил о «достижениях» советской власти. Она утверждала: «когда лес рубят — щепки летят». Кремнев же парировал: «Не выберись мы за границу, могли бы и мы попасть в щепки, а потому я и не могу объективно рассуждать об этих достижениях, не считая себя в праве легкомысленно относиться к чужим жизням». Кускова не смогла с ним не согласиться. Интересно еще одно ее признание: в Швейцарии с революционерами сейчас обращаются гораздо строже, чем это было в Императорской России. И еще: Кускова говорила Кутукову, что к НТС надо относиться с большой осторожностью. Ее приглашали на конференцию солидаристов во Франкфурт, но она отказалась к ним ехать.

Впрочем, сам Леонид Николаевич не подходил к этому вопросу со свойственной многим «зубрам» узостью. В письме В. К. Дубровскому от 21 октября 1952 г. он писал: «В Риме виделся с профессором Гротовым[8]. Я его знаю еще по 1942–1944 гг. Он из новых. Пишет под разными псевдонимами в русских и итальянских газетах. Очень правый, но придя в отчаяние от правого бездействия, стал сотрудничать с солидаристами, оставаясь правым по убеждениям. Многие говорят, что если у солидаристов даже на 90 % есть блефа, то всё же 10 % есть настоящей борьбы с большевиками, прокламациями радио и т. д. Это общий лейтмотив».

Следует отметить, что вскоре профессор С. В. Гротов (Алексей Ростов, настоящая фамилия Сигрист) нашел точку применения своих сил в рядах Российского Народно — Монархического Движения.

Убежденный монархист, Леонид Николаевич гордился тем, что его прадед еще до февраля 1861 г. освободил своих крепостных.

Под прямым начальством полковника Павла Николаевича Богдановича[9] покойный служил в Управлении Делами Русской Эмиграции в Париже в 1942–1944 гг. Управляющим делами был Ю. С. Жеребков[10], приговоренный во Франции к смерти и в 1950-х гг. проживавший в Мадриде. Редактором газеты Управления был полковник Николай Владимирович Пятницкий[11], приговоренный к 10 годам каторги и в начале 1952 г. освобожденный досрочно. После этого Пятницкому приходилось воздерживаться от публичных выступлений, а был он хорошим оратором и лектором.

Участник эпопеи антибольшевицкого заговора в Красном Петрограде, Л. Н. Кутуков сражался также в рядах регулярной Белой армии. «В армии Юденича, — писал он, — я был всего лишь 4 месяца, а потому никаких производств не получил, оставшись в чине прапорщика производства января 1917 г., что служило поводом всевозможных насмешек моих дорогих однополчан в парижском объединении; однополчане были в большинстве случаев гвардейскими полковниками».

В 1967 г. об упомянутом выше заговоре советский автор Сапаров[12] написал книгу под названием «Битая карта». После раскрытия заговора, одному из его участников, инженеру Б. А. Богоявленскому, удалось бежать в Финляндию. Кутуков же, по заданию своего начальника Кюрца[13] поступил в Красную Армию, а в июне 1919 г. попал в плен к белым. У Богоявленского, как и у Кутукова, имелись очень интересные материалы об этом заговоре, но Леонид Николаевич признавал, что изложение Сапарова соответствовало фактам, хотя разумеется всё было представлено в свете «добродетель (чекисты) торжествует, а порок (белобандиты) наказан».

Передовицы Николая Кремнева чаще