Пять лепестков шиповника - Пиня Копман

Пиня Копман

Пять лепестков шиповника

Предистишие

Афродита, богиня красоты и любви, родилась из морской пены. На совести Гесиода оставим предположение, что появлению этой пены способствовали причиндалы Неба-Урана, отрезанные его сыном Хроносом-Временем, и оброненные в море.

Тем не менее, Афродита вошла в силу и в фольклор древних греков.

А позднее эта богиня оказалась управительницей любви под римским именем Венера у всего тогдашнего цивилизованного мира.

Афродите (Венере) были посвящены многие растения,

но, безусловно, главным из них была роза. Нет, не та прекрасная, многолепестковая, тысяч цветов и их оттенков. Роза Афродиты, цветок любви, это колючий шиповник с пятью похожими на сердечки лепестками.

Не зря древнегреческий философ Ямвлих называет Афродитой «пятерицу»

По одному из мифов лепестки у розы Афродиты имели, соответственно, пять цветов.

Хотя об этом нет упоминаний, но я полагаю, что пять лепестков цветка Афродиты-Венеры символизируют пять возрастов, пять видов любви:

— Юношескую. Горячую, бездумную, налетающую внезапно волной прибоя, и, нередко, так же неожиданно откатывающую.

— Сознательную и сильную любовь взросления, принимающую ответственность, высокую доверием и взаимными обязанностями.

— Скептическую любовь зрелости, прощающую недостатки.

Добрую и нетребовательную любовь на склоне лет.

— Светлую любовь, согревающую последние годы.

Об этом и написаны стихи, которые ты, мой дорогой читатель, прочтешь в этом сборнике.

Пусть и тебе привидятся эти лики любви, как увидел их я.

Лепесток первый. Любовь порывистая

Ветер майский

Ветер, — сводник. Походкой матросской

он шатался и вкривь, и вкось.

Он игрался твоей прической

и кружилась метель волос.

А еще, озорной и звонкий,

сразу делал десяток дел,

задирал юбчонки девчонкам,

и тебя случайно задел.

Заблудилось на миг сознание,

мысли брызнули вразнобой,

и случайное губ касание

вдруг пригрезилось мне судьбой.

Ветру что? — Он сегодня гуляет.

Он всегда беспокойный такой!

Вот он шляпы с прохожих срывает,

пенит волны легкой рукой.

Растворяет оконные рамы

и играет портьер бахромой…

А меня, из-за ветра, мама

не дождется сегодня домой.

Игра

Цепи легкости пера,

страсть и разум бьются разом,

задыхаясь и скользя,

как по лунному лучу.

Эта тонкая игра

меж согласьем и отказом,

это нежное "нельзя"

на границе у "хочу".

Лентой финиша рассвет,

снежной нежности лобзанье.

Тает горняя звезда,

бьется жилка у виска.

Ты с запинкой шепчешь "нет",

а в глазах горит желанье.

Может, скоро будет "да"…

Кто бы знал наверняка?

Теплая осень

Осенний воздух был как совесть чист,

с березы облетал последний лист,

изысканный сень-шей* китайских гор.

День музыки* тек светел и нескор,

над парком грустно веял дух муската,

а лабух бацал фугу ре-минор.

На горизонте солнца помидор

порезался о лезвие заката.

Был вечер одинок и пьян слегка.

Картинно застывали облака

и прели в цвете калий дихромата*.

А парк притих, готовясь к холодам.

Но возгласы гусар и милых дам…

Да! Тени звуков умерших веков

и звона шпор и напускной бравады

кружились над скамьями и эстрадой,

где несколько изящных стариков

внимали с умным видом знатоков

гудению замерзших музыкантов.

И дребезжащий как трамвай рояль,

роняя звуки, щепки и эмаль,

просил уйти и не искать талантов*.

А мы с тобой сидели в уголке,

и пальчики твои в моей руке

лежали очень трепетно и нежно,

и счастье стало близким неизбежно.

Был сладок поцелуй, как пахлава,

кружилась голова едва-едва.

Горели щеки и, наверно, уши,

ведь столько счастья мир на нас обрушил.

Болели… впрочем, это ерунда

Лишь по семнадцать было нам тогда.

***

Сень-шей — вид китайской традиционной живописи, буквально "горы и воды"

День музыки — 1 октября

Калий дихромат — K2Cr2O7 порошок ярко оранжевого цвета

Телепередача «Алло, мы ищем таланты» 1969 г.

Горячая зима

Мы метали друг в друга снежки

Мы гоняли по льду взапуски.

Как ты пахла морозом в холодном подъезде!

Были губы мягки и сладки.

Мы утратили сон и покой,

Мы к щеке приникали щекой,

и сплетались в объятьях и руки и ноги.

Вот к любви прикоснулись какой!

Как азартно горели глаза!

Отказали совсем тормоза.

И сердца барабанили в ритмах хардкора.

Мир кружился и выл как фреза.

Это был сумасшедший февраль

и любви раскрутилась спираль.

Расставались и вновь возвращались друг в друга,

забывая про стыд и мораль.

Были ветер холодный и снег.

Был мороз, вызывающий смех.

Ведь бывают, бывают горячие зимы?

Та была горячайшей из всех.

Потому!

Песенка

Если день над чертой горизонта воздвиг

солнца пламень в дали голубой

значит ближе тот час, значит ближе тот миг

когда встретимся снова с тобой.

Вслед мне птицы с восторгом кричат вразнобой,

в сердце стук нетерпенья уйму.

Я лечу на свиданье с тобой и судьбой

чтобы снова спросить: "Почему?"

По-то-му

что тебя в свое сердце приму

обниму, не отдам никому

По-то-му

я прорвусь через бури и тьму

и найду хоть в огне, хоть в дыму.

По-то-му!

Ветер свежий при вздохе пьянит как вино,

шевелит облаков бахрому.

Может каждому счастье такое дано,

может в тысячу лет никому.

И, как в полдень блистает реки чешуя,

взгляд искриться твой мне одному,

и ласкают глаза и улыбка твоя

словно манят спросить: "Почему?"

По-то-му

что такое бывает лишь раз

хоть до тысячи лет проживи

и на этой Земле для любого из нас

ничего нет важнее любви

По-то-му.

Я уже не хочу жить надеждой одной

Посмотри мне в глаза и скажи:

Ты готова навечно встать рядом со мной

и идти до последней межи?

Я не прихотью, искренним чувством ведом.

Твой отказ я покорно приму

и исчезну, туманной уйду пеленой.

Только прежде ответь: "Почему?"

По-че-му

сам себе буду строгим судом

только чтоб ты была мне верна.

По-че-му

без тебя покрываюсь я льдом

а с тобой наступает весна?

Потому!

Может я слишком строг и к тебе, и к себе.

Ты должна все понять и сама.

Мир поплыл, подчиняясь всевластной волшбе,

или просто сошел я с ума.

Я и чувства и сердце тебе отдаю

ты доверься чутью своему

Не гнети без сочувствия душу мою.

Не "за что?", не "зачем?". Потому!

По-то-му,