Подземный флот маркшейдера Вольфа - Сергей Анатольевич Смирнов

Глава 1

Маленький, но грозный Пролог с эскадрой геоскафов и океаном подземной магмы

Они были похожи на китов с необыкновенно скользкой, ртутного отлива, кожей...

Они были похожи на ослепительные в своем совершенстве дирижабли. Опытный взор строителя всяких плавающих и летающих судов мог бы различить на поверхности их огромных тел узкие полоски таинственного, текучего материала, простроченного крохотными пузырьками, - головками клёпок.

Каждый геоскаф был в десять раз больше самого большого кашалота. Их было девять, и они величаво плыли... нет, не в океанском просторе и не среди белых облаков, а в выжженных вулканической лавой пустынях. Они чудесным образом раздвигали своими телами земную твердь, словно тяжелую воду. И земная твердь сонно колебалась кругом, раскатываясь ленивыми волнами.

У геоскафов торчали вперед странные носовые выросты - будто раскрытые и опущенные тараном прозрачные зонтики размером с целый шатер цирка-шапито. "Зонтики" вращались с быстротой авиа-пропеллеров и светились голубоватым холодным огнем. Порой по ним пробегали электрические разряды-молнии. Эти "зонтики" делали земную твердь почти бесплотной - подобной даже не воде, а вечернему туману.

Геоскафы плыли по пустыне неторопливым клином...

Они были одноглазыми китами, собратьями древних монстров-циклопов. И черным, хищно-вертикальным зрачком в глазу первого геоскафа, флагмана эскадры, был... человек в старинном костюме и черном галстуке-бабочке в белый горошек. Пенсне, бородка и слегка взлохмаченные темные волосы - всё это придавало ему сходство с писателем Чеховым. Но этот человек был отнюдь не писателем.

Сейчас он представлял себе, как эскадра по его команде пойдет на погружение. Огромные геоскафы нырнут в земные глубины так же легко, как уходят в океанскую глубину киты. И вскоре они достигнут иного океана - огненного. Они поднимут тяжелые волны раскалённой магмы, и закрутят в ней адские магмовороты, уходя все глубже и глубже. Наконец, они достигнут тонкой оболочки, покрывающей земное ядро, - слоя загадочной плазмы, в которой останавливается время...

Те картины не были игрой больного воображения. Человек в пенсне и галстуке-бабочке уже не раз проделывал этот маршрут. И теперь он был во всеоружии. Монстры его эскадры должны были всплыть в разных эпохах и нанести удары по разным местам, очень популярным у любителей Истории и у туристов. Сам он нацелился на Москву, и у него были на это веские причины...

Глава Первая,

С "двойкой" по истории,

причина которой не в лени Никиты Демидова,

а в ночном нападении на него призраков-аристократов

Жизнь этой ночью у Никиты Демидова совсем не задалась... А уж утром, на уроках, и подавно!

А вы смогли бы не клевать носом на первом уроке и ответить хотя бы на твердый "трояк" про какие-то там паровозы и паровые двигатели, которые делали двести лет назад, если бы вам перед этим всю ночь не давали спать. Сначала - музыка за стеной, извергаемая огромным железным плеером - можно сказать, родным братом тех же древних паровых движков!.. А потом - призраки! Да-да, вот если бы прямо у вашей кровати посреди ночи стали беситься настоящие призраки, как бы вы себя утром чувствовали?! Хорошо, что Никита еще нашел в себе силы до школы дотащиться...

И между прочим, одно из этих привидений еще и девчонкой было... или была... да к тому же в старинном лётном шлеме и огромных, страшных, черных перчатках-крагах...

А если эти призраки еще и обзывались такими словами, что без Википедии не поймешь, кем тебя обозвали! Никита - герой уж тем, что заикой не остался на всю жизнь с той ночи. А уж за то, что в школу пошел утром - вообще, дважды герой. А ему вместо двух геройских звезд - просто "пару" вкатили, эх!

Никита Демидов - Кит, как его кличут в классе, - хотя и худенький сам, но по натуре совсем не врун и даже не фантазер. И раньше с ним ничего подобного никогда не случалось. Не только в жизни, но даже во сне!

А было вот что. Сначала папаня часа в два часа ночи, и правда, врубил свой могучий железный плеер доисторической сборки и поставил свой любимый виниловый диск - ну, типа, с любовными песнями римских гладиаторов... Записанный примерно в те же времена.

Хотя, если уж совсем честно признаться, в это же самое время Кит новую ролевую игру про Ведьмака осваивал.

Полвторого ночи в дверь заглянула маманя.

- Если через пять минут...

Теперь про папанин плеер. Этот такой тяжеленный ящик, что если на ногу упадет, то на уроки можно не ходить неделю, а если со шкафа на голову, то - все, отдыхай дурачком до конца жизни. "Старт" у него - это такая ручка, которую надо вертеть-напрягаться, а динамик - такая прикольная труба во все стороны на полкомнаты... Догадались, что это? Правильно, грам-мо-фон. Древний, потому крупный такой гаджет. И такой же доисторический, окаменевший винил он пилит так, что слышно, будто искры летят. И громкость у него не регулируется. Кит так сначала и спросил папаню, когда первый раз услышал, как трещит бедный оперный тенор, словно его там на электрическом стуле записывали:

- Па, а ты можешь его в наушниках слушать?

Кит, хоть и знал, конечно, про граммофоны и паровозы, но, когда увидел этот плеерище, не сразу врубился. Он даже представил себе, какие наушники должны к нему прилагаться: все в блестящих латунных клепках и ободках, почти как шлем водолаза. Тяжелые, наверно, заразы!

А папаня как заржет. А чего смешного-то?

- Да представил себе, как маленький Вовочка Ленин с ним в гимназию топает. Прикрутил к ранцу, согнулся весь и поперся в наушниках - во-от таких...

И папаня сразу стал рисовать картинку - мальчишку в жеванной кепке, с ящиком на горбу, и наушники у него на голове, как двойной звонок на старинном будильнике, только очень большой. А сам все хохочет...

- И что он там слушал? - слегка опешив, поинтересовался Кит.

- Наверно, запрещенные песни какие-нибудь... - выдумал папаня. -