Армии монголо-татар X—XIV веков - Михаил Викторович Горелик

Михаил Викторович Горелик

Армии монголо-татар X–XIV веков

На 1-й стр. обложки:

Материальные реконструкции комплексов монгольского вооружения западных улусов 2-й половины XIII и середины XIV кв.

Разработка — ?. В. Горелик: мастера — A. ?. Горелик, П. А. Седиев, ?. А. Антонов

Об авторе

М. В. Горелик родился в 1946 г. Получил среднее художественное образование, окончил исторический факультет МГУ. там же зашитил кандидатскую диссертацию. С 1973 г. — научный сотрудник Института востоковедения РАН. Автор около 100 научных работ по истории оружия, военного дела, костюма, прикладного и изобразительного искусства народов Евразии древности и средневековья. Более 20 сезонов провел в археологических экспедиииях.

Особенно известен Михаил Викторович научными реконструкциями комплексов воинского снаряжения древних и средневековых народов Евразии — графических, а с 1979 г. — и материальных. Реконструкции, выполненные под его руководством, хранятся во многих отечественных и зарубежных музеях. Удостоен премии «Ника» за работу художника по костюмам в многосерийном художественном фильме «Ермак». Член Российской академии коноискусств.

Моим сыновьям

Монгольский феномен

В память человечества надолго запали грандиозные и стремительные монгольские завоевания, так или иначе затронувшие едва ли не большинство стран Азии, а также Европы и даже севера Африки. Монголо-татарское владычество резко изменило ход истории Русского государства и его соседей, во многом повлияло на развитие всех сторон их жизни. Не удивительно, что интерес к «монгольскому феномену», так же как и споры по его поводу, нисколько не утихают с ходом времени.

К сожалению, в результате постановления ЦК КПСС 1944 г. именно в нашей стране научная работа по исследованию истории и культуры империи Чингизидов была свернута, саму эту культуру было велено считать ничтожной, эклектичной и паразитарной, а потому значения не имеющей. Только поистине героические усилия выдающегося исследователя истории и культуры Золотой Орды Г. А. Федорова-Давыдова удерживали планку штудий в этой области на высоком, традиционном для отечественной науки уровне.

Особенно трудно пришлось специалисту, занимающемуся военным делом, вооружением имперских монголов. Общее неодобрение монголотатарской тематики соединялось здесь с установкой «борьбы за мир». Идеологи страны, перенасыщенной самыми современными видами оружия, косо смотрели на изучение средневековых мечей, луков и шлемов, если только эти мечи и шлемы не принадлежали воинству домонгольской Руси или Московии. Поэтому автор до сих пор слышит удивленные вопросы: «Неужели вы один занимаетесь монгольским оружием? Не может быть!». Может. Ибо эти занятия долгое время не сулили ничего, кроме помех и неприятия коллег, занимавшихся «правильной» тематикой. То же касается и единичных специалистов по другим отраслям культуры и искусства монгольских государств.

Но в конце концов, успехи археологов и ориенталистов, оружиеведов и искусствоведов, прежде всего в СССР и КНР, смогли всесторонне прояснить «монгольский феномен», долго казавшийся чем-то мистическим. Были раскрыты впечатляющие достижения империи Чингизидов в прикладном искусстве и архитектуре, в искусстве управления и дипломатии, а главное — глубокая и мощная традиция военного дела Центральной Азии, развитие которого с древности дало столь неожиданные и потрясающие результаты. За последние годы у нас и за рубежом прошли поистине эпохальные выставки и выпущены роскошные каталоги-исследования результатов сенсационных археологических находок и не менее сенсационных новых осмыслений старых музейных коллекций. Теперь ясно, что монгольские ханы, покоряя народы силой оружия, затем и привлекали покоренных, в том числе поразительной красотой, роскошью и обаянием своего парадного быта. Ясно и то, что военная слава монгольских средневековых народов началась отнюдь не с Чингиз-хана, а почти тремя столетиями раньше — с киданей и татар.

Что касается данной книги, то поскольку она популярная, да н объем ее ограничен, пришлось, не снижая научного уровня, значительно облегчить материал и сократить объем специальных сведений. Интересующиеся могут познакомиться с ними в специальных научных публикациях автора — отечественных и зарубежных; там же они найдут и полемику с коллегами, и авторскую аргументацию.

Итак — в воинские станы степных рыцарей…

Время киданей

Источники донесли до нас сведения о военном могуществе протомонголов ухуаней и сяньби - еще в первые века нашей эры. Закованные в железные латы вместе со своими боевыми конями, сяньбийские копейщики, а также легковооруженные конные лучники принесли своим повелителям власть над Центральной Азией и Северным Китаем. С VI в. гегемония в этих регионах надолго перешла к тюркским племенам. Но в X в. на арену истории вышли кидани. Тогда эти кочевые племена населяли Южную и Западную Маньчжурию. Язык их относят к южно-монгольской группе, которую ныне представляют дахуры Приамурья. Кидани были известны китайцам еще в IV в. н. э. В VII–IX вв. они подразделялись на двенадцать племен, два из которых позднее распались. С VII в. племена объединились в конфедерацию во главе с правящей династией из рода Дахэ. Свой правитель имелся и у каждого из племен. Постепенно из этнических групп они превращались в территориальные единицы. Свои войлочные юрты во время перекочевок кидани ставили на повозки. На стоянках жилища располагали по кругу, с юртой главы рода в центре. В свою очередь, этот круг обводился кольцом повозок, надежно защищавшим от внезапного набега соседей. Такое устройство лагеря по-монгольски называется курень. Самыми большими и богатыми были курени правителей племен. Ставка племенного вождя охранялась дружиной, которая со временем превратилась в гвардейский отряд в 500 воинов. А все войско киданьской конфедерации насчитывало около 40 000 бойцов — дружинников-гвардейцев и ополченцев. Несмотря на такую численность, армия киданей до X в. обладала, видимо, невысокой эффективностью. Об этом говорит факт почти постоянной — с VII в. — подчиненности киданей сначала древнетюркскому каганату, потом уйгурам, позже — кыргызам. Причина, видимо, в том, что конфедерация киданьских племен не отличалась стабильностью и сплоченностью. «Заявленная» численность существовала скорее в теории, чем на практике. А если такое войско и собиралось, то вряд ли надолго, да и без централизованного командования. Ситуация резко изменилась в первое десятилетие X в.: хан Амбагянь из знатного рода Елюй сверг правящую династию Дахэ и объединил киданьскне племена в монолитное государство. Себя он провозгласил каганом — императором. За три десятка лет новая империя захватила гигантские пространства от Приамурья и Приморья на северо-востоке до тангутских пустынь на западе. К 940 г. был захвачен север Китая с главным городом Бэйцзином (современный Пекин). Империя получила китайское название Ляо — «железная».

Организация войска

Ляо была действительно железной военной державой.