Бывшие. Соври, что любишь - Даша Черничная

Глава 1

Ульяна

Двенадцать лет назад

— Что происходит, Макс?!

— А ты не понимаешь? — голос безэмоциональный, отрешенный.

— Нет! — упорно продолжаю сопротивляться.

— Между нами все кончено, Уль, — произносит бесцветно.

— Ты обещал вернуться! — кричу в трубку. — Обещал, что все будет, как прежде.

— Врал… — просто отвечает он.

— Ты не можешь так со мной поступить! Я беременна!

В трубке слышится тихий мат.

— Ну ты-то хоть не начинай, Уль!

— Ты мне не веришь?

— Послушай, так бывает, когда люди встречаются, а потом расстаются. Удерживать меня мнимой беременностью, конечно, так себе решение. Я не люблю тебя, понимаешь? — его голос становится грубым и злым. — Это не изменит ничего! Ровным счетом. Невозможно удержать мужика ребенком, так что даже не начинай.

Пока я глотаю слезы, Максим вздыхает:

— У тебя все будет хорошо. С мужчиной, которому ты нужна.

— А… тебе?

— А мне ты не нужна, Ульяна. Будь счастлива.

Наши дни

— Уль, слышала, твой-то подрался!

Поднимаю голову от документов.

— Что?

Нет, ну правда, может, я ослышалась? Но моя подруга и по совместительству учительница математики Ольга продолжает смотреть на меня с тревогой в глазах.

— Да-да. Тебе еще Анна Сергеевна не звонила?

Немного подрагивающими руками беру телефон. Никаких пропущенных звонков или непрочитанных сообщений.

— С кем подрался? — я немного в шоке от услышанного. — Речь точно о моем Лешке?

— Да, точно. Ваша фамилия звучала.

Поднимаюсь со своего места, направляясь к двери, Ольга за мной.

Вообще мой Лешка неконфликтный. Да, он языкастый, но имеет авторитет среди одноклассников. Все знают, что его мать работает в школе, где он учится, однако Лешка никогда не наглеет. Прилежно занимается, своих не сдает, когда те косячат. Конфликты бывают и у него. И с учениками, и с учителями, но все решается быстро, и зачастую конфликты исчерпываются на начальной стадии.

Именно поэтому новость о том, что Лешка подрался, меня шокирует.

Дело еще в том, что вот уже три года как он ходит на вольную борьбу. Тренер очень хороший, и еще с первых тренировок доходчиво объяснил мальчишкам, что применять свои способности в реальной жизни — неправильно.

Точнее, Константин Олегович сказал, что, если узнает о чем-то таком, всем хана…

— С кем он подрался, Оль?

— С новеньким в их классе.

У нас хорошая школа. Лучшая в городе. Отдать сюда детей хотят многие, но места появляются редко, значит, новенький — чей-то сын. Какого-нибудь шишки или бизнесмена.

Родителей новенького мальчика я не видела.

— Ума не приложу, что могло случиться, — бормочу себе под нос, а сама спешу к кабинету директора.

— Да я тоже не понимаю, Уль. Лешка твой добряк. И тут подрался! Охренеть!

— Оля! — шикаю на нее.

— Пошли разбираться, — идет уверенной походкой.

Оля — классный руководитель Лешки, так что я очень надеюсь на ее поддержку.

Она стучится в кабинет Анны Сергеевны и заходит, я следом.

Здесь уже мой Лешка и второй мальчик. Оба взъерошенные, у мальчишки наливается синяк на скуле, у Леши порван воротник, но больше видимых повреждений нет.

— Ульяна Романовна, хорошо, что вы пришли, а то я собиралась вам звонить. У нас тут ЧП! — произносит директор торжественно, а я заливаюсь краской.

Бросаю быстрый взгляд на Лешку, но тот сидит спокойно, разглядывает кабинет. Второй мальчик сидит на стуле с противоположной стороны стола. Сложив руки, смотрит на потолок.

Оба спокойны, усиленно делают вид, что им абсолютно пофиг на происходящее.

В чертах мальчика я примечаю что-то неуловимо знакомое. Будто тень узнавания. Может, он учился у меня когда-то? В другой школе? Как его фамилия?

После первого сентября прошло всего несколько дней, у меня еще не было уроков с классом Лешки, а он вроде как не называл имен и фамилий новеньких.

Подхожу к сыну и сажусь рядом. Он не двигается.

— Кто зачинщик, Анна Сергеевна? — вмешивается Ольга.

Она остается стоять, как бы не принимая ничью сторону.

— Это нам еще предстоит выяснить, Ольга Михална. Вот сейчас дождемся родителей Глеба и приступим к выяснению.

Глеб… Глеб…

Был у меня как-то ученик с таким именем, но я его помню, и это точно не он.

Толкаю Лешку локтем:

— Лех? Ты как? Болит где-то? — шепчу едва слышно.

Сын сразу щетинится, делает морду кирпичом.

— Ну мам! Все классно.

— Я у тебя нормально спрашиваю, Леш, — произношу примирительно.

Леха закатывает глаза:

— Ничего не болит у меня, ма. Нормально все.

Отворачиваюсь и ловлю на себе взгляд Глеба. Колючий, знакомый…

— Здрасте… — говорит тихо.

— Здравствуй, — киваю.

Глеб отводит взгляд, а я не могу найти себе места. Что-то не так.

Но все становится на свои места, когда в кабинет директора входит мужчина.

— Здравствуйте. Меня зовут Никонов Максим Аристархович, я отец Глеба.

Кивает всем присутствующим, не акцентируя ни на ком внимания. Проходит мимо меня, даже не замечая.

Он изменился. Конечно. Черт возьми, двенадцать лет прошло, разумеется, он изменился. Максим по-прежнему статный, но юношеский огонь из глаз ушел, оставив после себя нечто более обжигающее, уничтожающее. Собран. Великолепен. Строг.

Я тоже уже другая, как минимум потому, что перестала быть наивной дурой. Может быть, оттого он и не узнал меня?

А я вот узнала бы его даже спустя восемьдесят лет… секунды бы хватило на узнавание. Только я даже и не думала, что когда-то еще его увижу, ведь, как мне известно, Никонов навсегда осел в Штатах.

Максим расстегивает пуговицу на шикарном пиджаке и садится рядом с сыном, бросает на меня еще один безэмоциональный взгляд, а я едва могу дышать.

Глава 2

Ульяна

— Итак, господа, нам нужно обсудить произошедший инцидент, — начинает Анна Сергеевна, глядя строго на ребят, а я каменею.

По ощущениям, у меня свело судорогой все тело. Руки не слушаются. Голова не варит.

Он тут. Моя первая любовь. Самая яркая, самая ценная. Самая болезненная, конечно же.

Максим меня не узнал.

Да, я изменилась за двенадцать лет.

Теперь мне тридцать три. У меня больше нет копны непослушных, пушащихся как одуванчик, волос. Сейчас все легко решается кератиновым выпрямлением. Теперь я блондинка с идеальными волосами.

От веснушек не осталось и следа. Пилинги, фото- и