Инкуб - Rugiens_Ursus

Rugiens_Ursus

Инкуб

Глава 1

Глава Первая. Инкуб.

Сладострастные стоны безумного разврата в семье царской семьи прервались внезапно и жутко. Монаршая особа замерла в беспамятстве прямо над телом наложницы, десятой за пять часов оргии.

Субъективный мир растянулся в вечность боли и наслаждения для души разумного, и постепенно море боли и удовольствия растопило всё, до чего дотянулись. Личность поплыла самой первой, эго сжалось от давления, и через сотню лет в кругу удовольствий был полноценно рожден новый демон. Демонёнок на вид мелкий гуманоид открыл огромные фиалковые глаза, непостоянное обличие, плывущее по разным образам отражающих слабость от дохлого юноши в самом расцвете сил до старика в столь же непостоянной реальности отражало не возраст, а личную силу нерождённого.

Когтистые ручонки ощупали плывущее тельце, прикрытое тонкой черно-белой вуалью. Странный демонёнок обнаружил у себя ещё и хвостик, но лишь в тот момент, когда наступил на него своей хлипкой ножкой, вдавив в склизкие странный корни.

— ??? — "мальчишка" с интересом рассмотрел дикую рощу.

— ! — Лес посмотрел в ответ и медленно потянул гибкие ветви фиолетового древа в его сторону.

— М-м-м! — от чувства омерзения глазки мелочи сверкнули, и ветки отпрянули назад.

— А?! — демонёнок остановился посреди тропинки и задумался.

Мысли текли неохотно, концепции из чудного кошмара не помнились, единственное, что он помнил:

— Азм есьм Lult'tradavelapin… Ммм… — нахмурился демонёнок. — Люпин! — просиял улыбкой слабый.

Странный манящий запах раздался со светлого конца чащи. Приятный запах был настолько хорош, что мелкий демон не смог противиться желанию и в нервном возбуждении направился по следу.

Пробежав неумолимо много и лишь пару шагов одновременно, Люпин почувствовал боль от сомкнувшихся пут на его теле. Тонкие нити сковали его тело и потянули куда-то в бездну.

— Хи! Дочери! Госпожа поистине благоволит нам! Молодой инкуб! Мы можем его приручить и сделать верным слугой нашего клана!

— Да, мать.(Х3)

Бедный скованный демонёнок не замечал даже, куда угодил. Белые нити жгли сомкнутые конечности, а сам он лежал на утомлённом теле существа, что было так близко и так далеко к его призывательнице.

Белоснежная кожа его «подушки», золотистые волосы и тот самый пьянящий аромат, что почувствовал мальчишка. Аромат крови, аромат жизни, что откликалось где-то внутри мелочи страшной жгучей жаждой и голодом вперемешку с желанием завладеть.

— Гррр!… — демонёнок вгрызся в путы из-за какого-то жестокого наваждения.

— Н-нет! — глаза «подушки» налились слезами после мучительного осознания, с кем она находилась в пугающей близости.

— Да! Прими эту непорочную мерзость в дар и служи мне и дочерям моим! — сверкнула красными глазами призывательница.

Капая слюной изо рта и кровью от мест соприкосновения пут, демон навис над скованной блондинистой красоткой.

— Т-с-с… — шёпот в голове мальчонки будто был роднее всего, что он когда-либо чувствовал. — сожрать успеешь, сначала опорочь, присвой, сделай своим…

В следующий момент знания, что были скрыты, будто бы расплылись в молодом сознании и стали будто бы холодным душем.

Животный оскал перетёк в хитрую ухмылку, осанка в миг стала как у породистого аристократа, а глаза сверкнули фиолетовым блеском.

— Раз… Ты моя, то станешь собственностью!

Никто не понял слов молодого демона, но на лице призывательницы возникло нечитаемое выражение, а глаза «подушки» стали ещё более паникующими.

В один рывок демон припал к телу и начал атаковать рот жертвы. Секунда, и поцелуй был разорван, а на шее девушки появился ажурный символ сердечка, будто бы очень диковинный шрам, что давно зажил и почти растянулся.

— Ха-ха-ха-ха… Я принимаю эту плату, и буду служить тебе 6 лет, 6 месяцев и 6 дней с сего дня как инкуб, но не как воин. И если я сочту наше сотрудничество столь же благоприятным, как я думаю, то ты принесёшь ещё одну жертву.

— Тц… — цокнула языком женщина. — Ты, ты же совсем молод, тебе же едва-едва сотня лет! Откуда ты знаешь нюансы контрактов?! Как ты смог устоять перед соблазном?

— Не знаю. Мать сказала так сделать, я послушался.

Демонёнок нагло сел на свою «подушку» и принялся осматривать комнату призыва.

Портальный круг мягким светом окружил его и его добычу, тонкая грань реальности была продавлена с двух сторон, но потихоньку восстанавливалась обратно, фрески демонов и длинноухих опоясывали крайне замысловатой формы залу.

— Мать говоришь… — вышла из задумчивости призывательница. — Что же, милость твоего родителя будет крайне кстати для нашего клана.

— Хы! — сформировавший слабое, но достаточно плотное низкое тельце, демон улыбнулся нечеловеческой улыбкой, на что собравшиеся не особенно-то отреагировали.

— Маэвис! — жестом указала призывательница на самую низкую из присутствующих темных эльфиек. — Отведи нашего нового гостя в его покои на втором этаже, сели его ближе к нам, нежели к мужчинам.

— Кхм… — кашлянул Люпин. — Как мне к тебе обращаться, призыватель?

— Тц… — щека женщины дёрнулась в явном неудовольствии. — Обращайся ко мне Матриарх Консэтис. И не смей говорить никак иначе в присутствии кого-то помимо моих дочерей. Ты ценное приобретение, но рабы и мужчины не должны слышать ничего столь фамильярного с твоей стороны, а значит я прикажу им наказать тебя за такие вольности.

— Я молодой нерождённый, а ваш вид вижу и вовсе в первый раз, так что не сочтите за грубость, если буду выбиваться из ваших представлений о правильном, но думаю, самое правильное — это занять бесценное время кого-нибудь из ваших дочерей для объяснения тонкостей поведения при вашем дворе. — молодой инкуб будто бы играючи менял маски от беззаботного мальчишки до знающего тонкости этикета аристократа на вид, но с чем это связано, он сам не до конца понимал.

— Позже. Ритуал и так затянулся, и я и мои дочери утомились. До завтра никто тебя трогать не будет, твоя, кхи-хи… добыча будет жить с тобой в комнате, и лучше бы тебе держать её у себя и в ежовых рукавицах. Если я увижу её свободно гуляющей по поместью, то мгновенно прикончу.

— Нет. Если ты убьёшь мою собственность, во-первых, ты перечеркнёшь наш контракт, во-вторых, ничего не будет меня держать на материальном плане, и твоя реальность меня выдавит туда, откуда я явился. Но не тревожься, я постараюсь не давать спуску своей добыче, и лицезрение её лица будет доставлять лишь удовлетворение.

— Хм… — жестокое выражение от твердого отказа потихоньку перетекло в улыбку. — Что же, в таком случае с этим смириться можно.

На этом разговор был завершён, Матриарх Консэтис развернулась и ушла с двумя дочерьми, а