ТСК: Особый случай/Точка преломления - Константин Владимирович Ежов

ТСК: Особый случай/Точка преломления

Книга первая

Глава 1

ТСК — третья сторона конфликта

Очень легко увидеть, как сражаются двое, принимающие участие в конфликте. Их хорошо видно. Однако, кроме противоборствующих сторон может существовать и ещё одна. Гораздо труднее заметить или хотя бы заподозрить, что существовала также третья сторона, активно разжигавшая ссору. Обычно, это посторонний наблюдатель, находящийся вне подозрений, который отрицает какое-либо участие в ней. И очень часто, как раз именно он и является тем, кто с самого начала провоцировал конфликт. Но даже заподозрить это крайне сложно, ведь скрытая третья сторона, внешне поддерживает лишь одного из противников, или даже публично дистанцируется от происходящего. И даже больше, тем или иным образом может способствовать разрешению конфликта, если в этом есть её выгода. Она частенько старается предложить свои услуги в разрешении конфликта сама, или вмешаться в конфликт по просьбе и без оной, противоборствующих сторон, а может быть привлечена насильно, но всегда при этом скрывает свою истинную роль в ситуации. Но бывает и так, что третья сторона совсем не имеет отношения к конфликту и тогда противникам, можно сказать, повезло. Потому что именно в этот раз она займёт равноудалённую позицию между ними и будет способствовать урегулированию конфликта. Однако идеальный и реальный мир всегда отличаются и у посредника обычно всегда присутствует особый интерес в «чужом» конфликте.

Книга 1

Глава 1

— Стой гад, ноги переломаем! — донеслось с экрана телевизора.

Картинка, передаваемая с дрона, показывала двух девушек, гонящихся за парнем по территории школы. Судя по всему, разведывательный аппарат был весьма продвинутым, раз ещё и звук от наблюдаемых объектов передавал.

— Живым не дамся! — выкрикнул в ответ догоняемый.

— Вы чему их учили, старые коряги⁈ — воскликнула женщина, сидящая перед экраном и наблюдавшая за происходящим.

— Проведению десантно-штурмовых операций, естественно!

На что она только простонала, а потом выдала: «Тогда понятно, почему они так жениха заманивают!»

* * *

— Эй малец, просыпайся, — проговорило расплывчатое тёмное пятно.

Я честно попытался ответить, но, по ощущениям, окоченел уже так, что язык едва ворочался. Даже мысли не особо-то шевелились. Хотя мелькнула одна, что как-то резко сон переменился. Хотя и предыдущий был не особо, но хоть девки были красивые!

— Эк тебя. Да ты уже почти богу душу отдал. Твою же мать, только не в моём дворе!

После этих слов мне какой-то наждачкой стали кожу сдирать на ладонях и лице.

— Уже весь обморозился, поздно тебя снегом растирать, — донеслось до меня.

Что-то этот сон совсем не очень, там хоть шанс убежать был….

* * *

— Да не спеши ты так, захлебнёшься, — сказал мне дворник.

То расплывчатое пятно и было им и зовут его Тимофеич, больше мне он о себе ничего не сказал. Затащил вот к себе в подсобку, дал тёплого сладкого чая, стакан которого едва держу обеими руками, прижавшись спиной к батарее. Стул здесь всего один, и он занят хозяином, так что сам нахожусь на полу. Стоять, похоже, не способен в принципе — ноги просто не держат. Ответить тоже не могу — обессилел настолько; ощущаю себя так, будто меня моя намокшая одежда просто раздавит. Сам же уставился на свои же руки, предположительно, вид-то от первого лица, в том смысле, что из собственных глаз. Проблема…. Не узнаю их, от слова совсем. Мало того, что они прокрыты паутинкой мелких розовых, уже затянувшихся, шрамов. Так ещё и явно более хрупких, на фоне привычных мне рабоче-крестьянских, а-ля полупудовая гиря. Да, подраться мастак, хоть и не такой, как мой бывший однокашник, КМС по боксу, кстати. Но в моём возрасте уже как-то несолидно, пятый десяток уже. Да и два высших образования. А тут прости господи…. Но не это наводило на размышления, а явная их молодость. Не может быть такой кожи у взрослых, да и пропорции окружающего мира намекают, что как-то мелковат для своего возраста. Хотя, может я бессмертный вечно молодой карлик? Тоже вряд ли. Скорее малолетний шкет, но зеркал здесь нет. Самое страшное — похоже, мне это не снится!

— Ну что, согрелся? — обратился ко мне Тимофеич.

Попытался ответить, но только нечленораздельно промычал.

— Понял. Тогда слушай. Я налью тебе ещё один стакан чая и дам булочку…. Одну…. Но ты за это исчезнешь с моего двора раз и навсегда!

На это его заявление лишь недоумённо уставился на него.

— И не зыркай на меня так! Была бы ночь, просто вышвырнул бы тебя на улицу! Лучше там сдохнешь, чем у меня во дворе. Объясняй потом городовому, что никто тебя здесь не привечал! Затаскают потом, как моего дружбана! Мне такое счастья даром не надоть!

М-да, вот тебе бабушка и Юрьев день. Прямо светится от человеколюбия. Ладно, с пропащей кошки хоть шерсти клок. Нужно лишь время маленько потянуть, погреться.

* * *

Солнышко светит, птички не поют — зима всё-таки. Потому только снег под ногами хрустит. Морозец не слабый. Выморозил влагу из воздуха, вот и падает снежная пыль. При этом ни облачка. Приятная сытость и тепло в районе желудка, даже на ногах уже почти твёрдо стою, на краю улицы, дойти до которой помог Тимофеич.

Кстати, где это я⁈ В прямом смысле. Просто не понимаю! Архитектура домов, среди которых оказался, намекает на какой-то хай-тек, а не провинцию, а вот почти полное отсутствие авто, говорит об обратном. Да и они почему-то только покрышками шуршат. У них двигатель-то есть или нет?

— Чтоб я так жил! — высказался вслух, увидев пролетевшие в небе два ховера.

Мало того, что тело не моё, так ещё и мир…. Мои размышления прервал какой-то свист. Странно знакомый….

* * *

Очнулся в наспех организованном госпитале. Похоже, взрыв я уже не услышал. Из-за окон доносились звуки разрывов и выстрелов автоматов. По ощущениям, где-то в отдалении.

— Смотри-кося, оклемался, — сказал колоритный дедок, сидящей на соседней кровати.

Во-первых, щупленький. Во-вторых, седой как лунь, с космами, торчащими в разные стороны и всклоченной жидкой бородёнкой. Довершала образ законченного эксцентрика одежда. В жизни такого сочетания цветов и фасонов не видел. Стильный пиджак, одетый поверх буквально кричащей кислотными цветами рубахи, заправленной в ватные брюки.

— Надо же, сработало. Вот уж не думал, что