Агентурная разведка. Часть 4. ПГУ.ru. Взаимодействие - Виктор Державин

Шёл очень тихо и осторожно.

Увидел Вильте присевшей у небольшой трансформаторной, рядом пакет, Вильте маленьким совочком, в перчатках ковыряет землю.

Вильте вздрогнула и опрокинулась на локоть, резко обернувшись, почувствовав мои шаги.

Вскрикнула:

— А-а-а-а-а!

В глазах Вильте ужас, паника.

— Спокойно. Что ты тут делаешь?

— Витя! — едва слышно прошептала Вильте, с явным облегчением. — Витя.

— Вильте!

— Витя тихо! Тихо!

— Что ты тут делаешь?

— Витя, я всё тебе объясню. Пожалуйста! Витя!

— Что это?

Вильте молча убрала землю, вытащила оттуда пластиковый бокс, потом какой-то свёрток, засунула другой и маленький, вернула коробку на место и начала нагребать землю.

— Это деньги. Потом объясню. Витя, не стой! Быстро помоги мне. Быстро я тебя сказала! Не понял, что ли! Что стоишь? Быстро бл… я тебя сказала! Потом охать будешь.

Чтобы моя жена ругалась матом? Нет. Такого даже не припомню.

Я принялся ей помогать.

Всё сделали. Все замели и поправили. Вильте всё убрала в пакет.

— Ты один здесь?

— Да.

— Осмотрись, не заметил ли кого-нибудь нас.

— Никого нет.

— Точно?

— Точно.

— Где твоя машина?

— Здесь, рядом.

— Расходимся. Едешь за мной! Я остановлюсь в каком-то месте. Там пьём кофе и объяснимся. До этого не сметь делать выводы! Ты меня понял?

— Прекрати мной командовать! Я бл… к такому ни хера не привык. Ещё ты мной не командовала!

— Не пререкайся! Просто прошу делать, что я тебе говорю! Быстро!

Вышли к дороге.

— Витя, просто наберись терпения. Я тебе всё объясню.

Глава 4

Немного поездили. Думал, думал, думал. Была мысль одна…, но я её отогнал как дурь и бред полный. Нормального объяснения увиденному не находил.

Бл…, вот сволочь! Надо же было мне найти такую конченую дрань! Столько девушек было вокруг, а я погнался дурак за красотой! Дурак! Но как она сводила меня с ума своей стройной, идеальной фигурой, умопомрачительными ногами, своей спортивностью, невероятной чистоплотностью и … интеллектом, образованностью, умом, интеллигентностью в конце концов. Такое сочетание вообще отключило мой мозг полностью и бесповоротно. А как по-другому? Что надо было жениться на дуре кривой? По правде сказать, я и сейчас от неё без ума. Красивая и умная. Дьявольское сочетание. И я в этих крепких руках — дьявола.

Я знал и понимал откуда у меня вкус на таких женщин.

Вспомнил «Трёх мушкетеров» Александра Дюма. Обожал эти книги. Честный и благородный Атос, всегда отличался твёрдостью принципов. Он выделялся тонкостью характера среди других мушкетёров. Граф де Ла Фер. Благородно повесил женщину (Миледи) за её преступления против него и его друзей, за преступления против короны, за нарушения государственной безопасности. Школьником я был влюблён в эту дрянь — Миледи.

Потом, вспомнил жену-красавицу командира нашего танкового полка в Венгрии, где я с августа 1986 по конец января 1987 года служил командиром мотострелкового взвода. Попал туда служить сразу после выпуска из своего училища. У нас вообще почти весь выпуск уехал за границу, такие были времена. Большинство убыло служить в Группу советских войск в Германии, кто-то в Чехословакию, кто-то в Венгрию, кто-то в Польшу, кто-то в Монголию. А в конце января я уже был в офицерском резерве для Афганистана, в Термезе. В конце февраля был в Афганистане.

Дурак! Тогда я слегка влюбился в мадьярку, красивую и такую приветливую. Мне она казалась лёгкой, но не быстрой добычей. Мозг совсем не работал при виде таких, как тогда казалось — доступных. Она курила! И тогда я считал, что это уже показатель определённый, верный признак. Правда, не один я так считал, знаю точно.

Она неплохо знала русский язык. Мы познакомились на какой-то совместной комсомольской конференции, организованной нашими замполитами и венгерским партийным начальством, видимо для галочки. Позже несколько раз встретились. Ничего вообще не было. Ничего! Ну встретились несколько раз: кофе, мороженное, пирожное, один раз поужинали с двумя бокалами токайского, погуляли, поговорили. До того что я тогда задумал ещё было очень и очень далеко. Во всяком случае она ещё даже поцеловать себя не давала.

Потом, неожиданно вызывает замполит полка, подполковник. Всё очень официально. Этот диалог остался у меня в памяти на всю мою жизнь, слишком большое влияние он окажет на мою судьбу.

— А ну-ка, расскажите мне товарищ гвардии лейтенант чем вы в свободное время занимаетесь?

— Как и все. Постираться, погладиться. Бывает с остальными несемейными офицерами в футбол или волейбол сгоняем. Бывает читаю что-то. Но времени свободного нет вообще, товарищ гвардии подполковник. Всё свободное время съедает техника и любимый личный состав, план-конспекты занятий согласно расписанию занятий боевой подготовки роты, подготовка к проверке.

— А что вы сейчас читаете товарищ гвардии лейтенант?

— «Белая гвардия» Михаила Булгакова, товарищ гвардии подполковник.

— А до этого что прочитали?

— «Мастер и Маргарита».

— Тьфу! Дрянь! А до этого что читали?

— «Блокадная книга» Адамовича и Гранина.

— Я смотрю у вас есть время на чтение и много.

— Никак нет, товарищ гвардии подполковник. Я медленно читаю и книги по долгу держу у себя. Библиотекари даже ругаются.

— Где вы брали эту вашу «Маргариту» с эти долбанным «Мастером»?

— В библиотеке Ленинградского высшего общевойскового командного училища, товарищ гвардии подполковник. На неё была огромная очередь, все записывались. Так что моя очередь подошла только к середине последнего курса и то была негласная договорённость больше одной ночи книгу в руках не держать.

— Вы что её по ночам читали?

— В основном. Днём времени совсем не было. Я не в том училище учился чтобы чтением увлекаться, это не «можайка», у нас занятия и днём, и ночью, ну вы сами это знаете.

— И всё равно справился.

— Так точно.

— Удивительная у молодых советских офицеров тяга к чтению. Просто фантастическая. Похвально. А партийно-политическую работу вы в своём училище так же усердно изучали?

— В дипломе оценка «хорошо» товарищ гвардии подполковник.

— Дайте определение партийно-политической работы в Советской армии и Военно-морском флоте.

— Это теория и практика воспитания советских военнослужащих. Организуется и проводится командирами и политорганами, партийными и комсомольскими организациями как система мероприятий по реализации политики коммунистической партии в армии и на флоте.

— Не плохо.

Еще бы! Это определение мог дать любой курсант любого советского военного училища, так как знание этого определения уже не плохая заявка на получение оценки «удовлетворительно» или как говорили, мы, курсанты — «госоценки». Это почти что как знание допроса военнопленного на