Школа для дурака - Ак-патр Алибабаевич Чугашвили

– Ты чего мою фамилию забыл?

– Я её и не знал никогда, тебя всегда Пиписоном звали, не знаю за что…

– Ты урод, я…

– Забулькал, хватит брызгать слюнями, до меня через трубку долетает, значит, этот рыжий дебил из 6 «а» – твой сынуля? Давно не видел такого тупорылого идиота, мальчонка весь в папу, в приёмного…

– Да нет, это не мой, у моего фамилия биологического отца

–Это какая же?

–Ты не поверишь, фамилия у него – Рыбоконь.

– Рыбо – кто? Ты серьёзно? Не шутишь? Слушай у меня к тебе просьба, поговори с женой, пусть она…

8.

Понедельник. Школа. Коридор. У своего кабинета я встретил «цаплю», уныло повесив длинный, багровый нос, потряхивая обесцвеченными паклями, кокетливо обрамляющими лицо, она шла каким – то странным шагом – выставленная вперёд левая нога, затем к ней подтягивается (с характерным шарканьем) правая, интересный звук – топ, хшшш, левая – топ, правая – хшшш, топ, хшшш. Похоже на британских каторжан 19 века, тех, которым к ноге приковывали ядро, вырабатывая неповторимую походку.

– Доброе утро, Лия Анатольевна, как тут идут дела, я пропустил что – то интересное?

– Мы вас вспоминали, Роман Викторович, как ваше здоровье?

– Уже лучше, спасибо. Как идёт загнивание нашей родной школы?

– Вот, вы – молодец, загнивание – лучше и не скажешь, я тут двадцать лет работаю, с каждым годом всё хуже и хуже, пора на пенсию уходить.

– А как же борьба? Вы сдадитесь без боя? Не верю?

– А что я могу сделать?

– Вы же работали бухгалтером?

– Пятнадцать лет, у меня всё было как в аптеке…

– Нам зарплату правильно начисляют?

– Там всё зависит от человеко-часа, они сначала объявили один коэффициент, а затем поменяли его…

– А допсоглашения, датированные сентябрём, а подписываем мы их в декабре, это законно?

– Нет, это нарушение, это незаконно…

– А на меня оформили классное руководство, завуч деньги требует каждый месяц, точную сумму мне так и не назвали – это как, где гарантия, что она меня не обманывает?

– Гарантий нет.

– Может в КРУ обратиться?

– Бесполезно, они откупятся, прецеденты уже были.

– Так что же нам – покорно терпеть?

– А что ещё нам остаётся? Столько лет терпели, потерпим ещё чуть – чуть, до пенсии рукой подать.

– Нам нужен лидер, человек, который может повести за собой остальных, бесстрашный, волевой, обладающий ораторским талантом, такой, который не побоится высказать этим сволочам в лицо, всё, что мы о них думаем.

– Где взять такого?

– Скромность – отличное качество, но не в подобной ситуации.

– О чём вы говорите?

– О вас, Лия Анатольевна, о вас голубушка!

– Я не совсем понимаю…

– Бывают руководители – люди, назначенные на должность, но не обладающие авторитетом, а бывают люди, не занимающие постов, но пользующиеся непререкаемым авторитетом среди коллег, таких называют неформальными лидерами. Я работаю здесь недавно, но уже заметил, с каким вниманием прислушиваются к вашим словам коллеги, как умно и грамотно вы излагаете свои мысли, как аргументированно вы отстаиваете свою точку зрения. Директора практически никто не слушает, все читают, вяжут, спят на совещаниях – разве так относятся к лидеру? Совершенно по – другому все воспринимают ваши слова, у вас есть эта искра, которая зажигает сердца людей. Лия Анатольевна, не дайте пропасть нашим коллегам, людям робким и беззащитным, выступите на ближайшем совещании по поводу зарплат, нам с вами нечего терять, особенно вам – полгода до пенсии, что они вам сделают?

– Я никогда даже не думала о таком.…Какой из меня лидер…

– Замечательный, вы просто не видите себя со стороны. Кому как не вам, с вашей компетентностью в бухгалтерском деле, поставить заслон на пути крохоборов, которые нас грабят?

– Это да, я разбираюсь в бухгалтерии, пятнадцать лет работала, ни одна проверка не выявила у меня нарушений, а ведь это был ОБХСС, не чета нынешним, я им всем могу фору дать…

– Ну, вот и славно, значит, договорились, вы выступите, а мы поддержим, не смогут они нам всем рты позатыкать!

– Я даже не знаю…

– Фортуна благоволит храбрым! Надо показать этим наглецам, что мы – не какие – нибудь бараны, которые позволят себя безнаказанно стричь! Наши коллеги изнывают под железной пятой деспотического Рюрика, вы поведёте нас «оковы рухнут, и свобода нас встретит радостно у входа!».

– Как красиво…

– Да, это из моих последних стихов, ну – вы согласны?

– Мне надо подумать, я…

– «Так гибнут замыслы, с размахом, нам предвещавшие успех», решайтесь Лия Анатольевна, несчастные учителя вопиют о справедливости (последние слова, я произношу горячим шёпотом на ухо бабке, вежливо и твёрдо взяв её за синюшную, куриную лапу, многозначительно пожимая её, и глядя прямо в густо подведённые, выцветшие глаза). Медленно, словно нехотя, морщинистые щёки покрывает слабый, застенчивый румянец.

– Вы – очень настойчивый молодой человек, перед вашим напором невозможно устоять, со мной такого не было лет тридцать, аж в жар бросило… Я согласна, ради несчастных коллег я готова рискнуть, но вы должны поддержать моё выступление, иначе оно не будет иметь эффекта…

– Конечно, поддержим, вы не останетесь одна, дорогая Лия Анатольевна!

Оставив нежно розовеющую девчонку у двери её кабинета, стремительно захожу в свой. Трель внутреннего телефона будоражит слух – Алло?

– Это секретарь, зайдите, пожалуйста, к Милене Власьевне.

– По поводу?

– Она просила вас зайти, она вам всё скажет сама.

– Хорошо.

Быстро преодолеваю расстояние, отделяющее меня от кабинета директора.

– Здравствуйте Роман Викторович, рада, что вы вновь с нами.

– А уж как я рад, вы себе представить не можете!

– Среди ваших учеников есть мальчик по фамилии Рыбоконь?

– Я ещё не всех запомнил, возможно, есть.

– Он учится в 6 «а».

– Не помню, а что с ним? Какие – то проблемы?

– Нет, наоборот, на сайт департамента образования пришла благодарность от имени его мамы Ирины Сергеевны, она пишет, что ваши уроки «пробудили у моего сына интерес к истории», благодарит администрацию школы за то, что в школу «пришло новое поколение учителей, молодых, талантливых, чья работа способствует патриотическому воспитанию» и прочее. Мне, как руководителю образовательного учреждения такие вещи читать приятно, ещё более приятно мне то, что я не ошиблась, остановившись на вашей кандидатуре.

– Это всё? Я могу идти?

– Да.

Ты еще не знаешь главного, милочка, в ближайшие дни весь сайт будет забит такими благодарностями, у Рыбоконской мамы много подружек, скучающие домохозяйки любят посидеть за компьютером, а уж флэшмобы они просто обожают (защитим симпатичного мальчика от посягательств злобных старух). Через два дня я был представлен к грамоте Департамента Образования СВАО за «вклад в воспитание подрастающего