Ариссьель. Жизнь после смерти - Лиз Бурбо

А папа добавляет:

– Я читал твои мысли. Я знал, что ты чувствуешь по отношению к матери. А еще я знал, какую боль ей причиняют эти твои чувства. Я так сильно злился на тебя, что готов был убить. Я боялся потерять самообладание, и мне было проще молчать. Каким же неблагодарным ты мне казался! К счастью, с тех пор, как мы сюда попали, мы научились состраданию. Наши проводники привели нас к пониманию, что мы любили тебя, как могли, хотя и чувствовали, что не способны тебе нравиться.

Не останавливаясь, он продолжает на одном дыхании (можно подумать, он пытается отыграться за все годы, что молчал и не мог высказать все, что в нем накопилось):

– Вот почему мы наблюдаем за тобой с тех пор, как оказались здесь. Наши проводники посоветовали отпустить ситуацию и заняться своим личным развитием. Но, правду сказать, до сегодняшнего дня это было невозможно. Мы с твоей матерью видели, как сильно ты разочарован жизнью. С тех пор как мы попали сюда, мы многое увидели и познали. Теперь мы знаем, что многие люди ищут счастья не там, где нужно. Таков их удел. Тебе удалось достичь успеха в бизнесе. Мы гордимся твоими достижениями, но здесь нам стало понятно, что побег в работу – это лишь способ не чувствовать происходящее глубоко внутри тебя, там, где страдала и по-прежнему страдает твоя душа.

– Да как вы можете мне такое говорить? Как вы можете утверждать, что я не был счастлив? Откуда вы знаете? Я был успешен в жизни, и кому, как не мне, знать это? Каждый раз, когда мне удавалось заключить крупную сделку, я гордился собой. Когда я смог позволить себе роскошный дом и каждый раз, когда в него возвращался… Когда я позволял себя люксовые путешествия первым классом, я был счастлив. Когда у меня появились деньги, чтобы покупать себе все, что я хотел, я был счастлив. И когда я знакомился с очаровательной девушкой, которая соглашалась провести со мной время, я был счастливейшим из мужчин. Да я везунчик по сравнению с другими!

Эти двое поочередно объясняют мне, что в мире душ физического тела человека не видно. Оно воспринимается сквозь призму других тел, которые называют «тонкими», то есть через то, что человек излучает на эмоциональном и ментальном планах.

– Здесь, – говорят они, – не получится обманывать себя, как на Земле. Здесь все обнажены и открыты. Мы пристально за тобой наблюдали и благодаря этому осознали, что существуют разные реальности. Наши проводники очень хотели перевести нас в другое, еще более благотворное для нас измерение, и они даже показали нам, как там все устроено. Но нам объяснили, что мы не сможем попасть туда, пока так сильно привязаны к тебе. Со временем ты сам убедишься в этом: с этого плана, на котором мы сейчас находимся, можно наблюдать за всем, что происходит на Земле. На других же планах душа в основном учится творить себе лучшую жизнь после очередного возвращения на Землю.

Мать добавляет:

– Ты сейчас говорил, насколько ты был счастлив. Но от тебя скорее исходят грусть и гнев на самого себя. Ты действительно был счастлив, оставаясь в одиночестве в твоем роскошном доме? Возможно, до того как ты принял решение расстаться с женой, у тебя было немало приятных семейных вечеров. Но они случались все реже и реже, правда? Припоминаешь? Гордишься ли ты собой, зная, что на протяжении многих лет твои дети отказывались общаться с тобой? А вспоминая свое отношение к Моне и другим женщинам, встречавшимся на твоем пути, действительно ли ты счастлив?

Ну вот, похоже, они убеждены, что знают меня лучше, чем я сам себя!

Снова в разговор вступает отец:

– Все это богатство и твои деньги, которыми ты так гордился, которые были смыслом твоей жизни и давали тебе ощущение счастья, – для чего они тебе сейчас? Твоя семья ими не пользуется. Помнишь, о чем ты думал и что чувствовал, сидя в одиночестве в ресторане перед тем, как тебя убили? Ты так грустил, в тебе было столько сожаления и раскаяния! А сейчас ты попал в мир душ. Здесь ты сможешь осознать пережитый опыт и научиться вести себя иначе в твоей следующей жизни. Всем нам нужны такие осознания, иначе мы не сможем измениться.

Я возражаю:

– Если вы испытываете чувство вины, это совершенно не значит, что я тоже должен чувствовать себя виноватым, как и вы. Я старался изо всех сил, делал все, что мог. И я не виноват в том, что мои дети и все женщины, которых я встречал на своем пути, оказались такими неблагодарными. Они так и не поняли, чем я жертвовал ради них. Им хотелось, чтобы я принадлежал им полностью.

Отец улыбается:

– Ты по-прежнему ничего не хочешь слышать, ты закрыт и защищаешься, сынок. Если захочешь, мы могли бы друг другу помогать в будущем. Я ведь верил, что мое чувство вины поможет мне думать о себе лучше или вести себя иначе… Почему бы и тебе не признать, что ты тоже иногда чувствуешь себя виноватым?

Мать обращается к отцу:

– Помнишь, дорогой, как часто наши проводники повторяли нам, что чувство вины вредит освобождению и истинной свободе… Мы же ничем не отличаемся от нашего сына: он сопротивляется тому, что говоришь ему ты, а мы сопротивлялись советам наших проводников. Вместо того чтобы учиться чему-то новому, мы предпочли сохранить связь с сыном. К счастью, эти привычки можно изменить в любой момент. Я готова учиться, но хочу делать это вместе с тобой. Как думаешь, мы можем и дальше развиваться вместе?

Вдруг появляется МИШАЭЛЬ. Он сообщает, что, пока у нас есть желание развиваться и совершенствоваться, всегда есть надежда, что на нашем пути появится кто-то, кто захочет протянуть нам руку помощи. Он объясняет моим родителям, что при желании они могут принять решение вернуться на Землю вместе и одновременно со мной. Для каждого из нас троих это будет отличная возможность взаимопомощи для постижения истинной любви.

Он добавляет:

– Вы говорили о чувстве вины. Вот что я могу посоветовать, чтобы вам помочь: как только почувствуешь себя виноватым, постарайся понять, каким было твое намерение. Хотел ли ты причинить кому-то боль или навредить? Или же ты старался поступить как можно лучше согласно твоим знаниям, способностям, а главное – пределам?

И заканчивает на высокой ноте:

– Когда люди