Борраска - С. К. Уокер

— Сможешь заскочить за мной после работы?

— А если ее мама опять тебя из дому выкинет?

Кайл закатил глаза.

— Да это было-то всего один раз.

— Давай подброшу до дому, возьмешь свою колымагу?

— Мне надо шины новые покупать.

Новые шины, ага. На самом деле Кайл имел в виду, что у него истекла страховка и нет денег на бензин. Он купил машину прошлым летом, после того как полгода пахал в две смены в круглосуточном магазине. Это была неплохая машина, свежая, но я знал, что нужна она только для того, чтоб произвести впечатление на Кимбер, что сам Кайл горячо отрицал. Сработало ли это? Я так не думаю.

Они начали встречаться осенью, и Кайл бросил работу, чтоб проводить с ней больше времени. Кимбер была не из тех девушек, на которых может произвести впечатление «понтиак бонневиль», но Кайл свято верил, что завоевал ее сердце именно этим. Я был уверен — единственное, что сделал автомобиль, так это придал Кайлу уверенности, чтоб признаться в своих чувствах. И после того, как эта часть их отношений была позади, машина стояла в гараже у дома Лэнди и вместо памятных моментов коллекционировала пыль.

Я не нашел то, что искал ни в магазине игр «Геймстоп», ни в «Играх и развлечениях». Так как мне было нечем заняться, я решил приехать на работу пораньше в надежде, что и домой меня Мира тоже отпустит раньше срока.

Я припарковался перед магазином, вошел и не особенно удивился, когда никого не нашел внутри. В магазине работали только трое, и, к сожалению, мне так и не удалось встретиться с девушкой, которая работала в другую смену, Эмелин. Я был сильно разочарован этим, потому что в немалой степени из-за нее и устроился сюда.

Я пошел в подсобку поздороваться с Мирой и обнаружил ее там сгорбившейся над столом с кучами квитанций и документов. Это было не ново, но сегодня что-то было не так. Я тут же почувствовал возмущение в силе, но прежде чем я успел свалить, Мира обернулась, и стало понятно, что сваливать стоило: Мира плакала.

— Вы, ээ… Вы…

— Прости, прости, — быстро заговорила она, вытирая глаза. — Уже четыре?

— Нет, сейчас четверть третьего. Я просто подумал, если я приду пораньше…

— А, точно, у тебя же День прогулов. — Мира вытерла глаза, но они опять наполнились слезами. — Я не понимаю, Сэм, с тех пор как меня наняли управляющей, магазин работает в минус, что я делаю не так?

— Я не… знаю, — неловко отозвался я.

Мне как никогда хотелось сбежать.

— Сюда никто не заходит, никогда, а мистер Прескотт не разрешает развесить рекламные объявления! Говорит, что это портит вид, но как еще мне поднимать продажи? Мне нужна эта работа, Сэм, боже, я просто…

Я, наверное, выглядел как испуганный олененок, потому что Мира, бросив взгляд на меня, немного собралась.

— Давай, иди в зал. Я отмечу тебя в табеле.

Ей не пришлось повторять дважды. Мира мне действительно нравилась, и было очень тяжело видеть ее в таком состоянии.

Стоять в зале оказалось не намного лучше. Даже сквозь звуки потрепанного музыкального автомата я слышал, как всхлипывает в подсобке Мира. Всхлипы, от которых сжималось сердце, постепенно перешли в приглушенное поскуливание. Спустя полчаса я решил, что нужно что-то делать. Приняв во внимание то, что я был совершенно не готов справляться с эмоциями взрослой женщины, я решил позвонить мужу Миры, Оуэну. К счастью, он оказался дома и взял трубку на втором гудке.

— Сейчас буду.

Когда я услышал шум подъезжающего автомобиля, а затем увидел, как из него выбирается высокий полноватый Оуэн, я облегченно выдохнул. Он вошел в зал в тот момент, когда в подсобке наступило некоторое затишье.

— Простите, что позвонил вам домой, мистер Дэйли, я просто не знал, что делать…

— Все нормально, Сэм, ты все сделал правильно, — он выглядел усталым; судя по всему, ситуация не была для него в новинку.

— Она в порядке? В смысле, с ней все будет нормально?

— О… да, — кивнул он. — У нас просто кое-какие трудности.

— Эм. Мира говорила, что магазин скоро обанкротится, — я поморщился, когда произнес это вслух.

— Да, — Оуэн взъерошил волосы. — Отчасти дело в этом, хоть я и не думаю, что Джим позволит этому случиться. Мира больше расстроена тем… — он вздохнул. — Она тебе не говорила о своих… обследованиях?

— Э… нет.

— Ну, много лет мы пытаемся завести ребенка. Долгие, нелегкие годы. Для нее чертовски важно иметь ребенка. Ты знаешь, что она винит меня в наших проблемах?

Он прогуливался по залу, смотрел фото на стене, вроде и не со мной уже разговаривал.

— Знаешь, я понимаю, что это важно для нее, я просто не могу понять этой одержимости. Из-за того, что она последний ребенок в семье? Из-за того, что она последняя Маккаски на планете? Ребенок бы все равно был Дэйли! Мой тебе совет, Сэм, никогда не женись на девушке, у которой чокнутый папаша и четыре мертвых дядюшки. Одержимость продолжением рода передается по наследству, и…

— Четыре мертвых дяди?

— Что? А, да. Известные личности. Ты знаешь про четырех братьев, которые погибли в шахтах Дрискинга? Ну вот, ее папа — пятый брат. И ее родители смогли произвести на свет только ее. Что делает ее последней Маккаски и последней надеждой на продолжение рода. Вот так и выходит, что виноват во всем я.

Я непонимающе смотрел на него, и он вздохнул.

— Прости, парень, это не твои проблемы, тебе вообще не за это платят. Я просто на нервах в последнее время. Наши проблемы с зачатием и полное неприятие Мирой единственного оставшегося варианта…

— Но как они погибли? — мне отчаянно хотелось сменить тему, и история с дядюшек Миры меня заинтересовала.

— Ребята Маккаски? Я точно не знаю. Они погибли где-то на горе.

— Оу. Ну, эм, вы не слышали про Бескожих?

— Бескожих?

— Ага.

— Нет, не думаю.

— О Борраске?

Оуэн Дэйли зажмурился и потер пальцами виски.

— Что? При чем тут эта борраска вообще?

— Оуэн? — тонкий голос Миры донеся от дверей в подсобку.

— О, детка, ты в порядке? Сэм позвонил мне домой…

— Я хочу сделать это.

— Хочешь? — с сомнением спросил Оуэн.

— Я позвонила ему.

Его глаза метнулись ко мне, а я быстро посмотрел в сторону. Еще один разговор, в котором я не хочу принимать участие.

— Сэм, почему бы тебе не отдохнуть сегодня? Мы с Мирой тут справимся.

— Окей, — пробормотал я и рванул к выходу.

Как только я оказался в своей машине и включил заднюю, я позвонил Кайлу.

— Чувак,