Артефактор. Книга 6. Роза ветров - Маркус Кас

Я нашел укромный уголок, где не было прохожих, сел на скамейку и потянулся силой во все стороны, исследуя.

Линии сходились в Летнем дворце, что было логично. Только царь имел доступ к управлению сетью артефактов. А теперь его потомок.

Но мне было не нужен центр плетения, я изучал их общую работу.

Уравновешивание места происходило довольно интересно. По всему саду были установлены амулеты-датчики. Их задача была простой — присылать данные об изменениях в той или иной части. Самые обычные считывающие устройства, какие были у метеорологов.

Далее вступали артефакты, все они работали одинаково, а количество лишь равномерно распределяло нагрузку. Как только, например, менялась температура, хоть на полградуса, а других местах оставалась неизменной, тут же воздух нагревался в конкретной точке.

Вместе с этим вся ограда Летнего сада тоже была своеобразным датчиком, но считывал он внешние условия. По ним проводилось сравнения. Если за пределами острова теплее, значит и внутри тоже должно.

Магии было много и подробно разобраться с ней было сложно. Можно просидеть тут до зимы и всё равно что-то упустить.

Вот к схемам этого места нужно в первую очередь обратиться.

Я ещё прошелся по саду, внутренне прощупывая все линии и отслеживая реакции. Резких перепадов не возникало, но система чутко отрабатывала малейшие изменения.

Ноги уже гудели, когда я вдруг перехватил необычный поток.

Никак не мог разобраться, что за источник подпитывает артефакты, поэтому упорно и ходил по дорожкам, делая вид, что любуюсь статуями и цветниками.

Сеть получала подпитку от людей!

Я встал, как вкопанный, из-за чего чуть не столкнулся со стражниками. Они внимательно оглядели меня, но не сочли подозрительным и отправились дальше.

Капля их эмоций утекла в землю, где её подхватила питающая сеть.

А вот это очень интересно…

Как создать систему, которая будет почти автономна и не будет нуждаться в сотнях накопителей? Ответ был тут. Использовать крупицы магии, которую постоянно отдают одаренные. Всплеск силы обычно растворяется в эфире, считай что уходит в никуда.

Здесь же всё использовалось на пользу.

Конечно такое могло сработать только в публичном месте. Таком, как самый популярный сад для прогулок. Ботанический сад тоже подходил как нельзя лучше, количество посетителей его было меньше, но работников и ученых там всегда было в избытке.

— Потрясающе! — высказался я какой-то нескромной девичьей статуе, едва прикрытой условными виноградными листьями.

За что получил осуждающий взгляд проходящей мимо женщины.

Я прижал руку к сердцу и поклонился, изображая искреннее раскаяние. И, не дожидаясь прощения, быстрым шагом направился к выходу.

Нет, ну какая же отличная идея и исполнение! Если над ней чуть поработать, то возможно существенно снизить нагрузку на поддержку моего артефакта. Не неисчерпаемый источник, конечно, но это и не нужно.

Будут посетители, будет магия. А уж если сделать Ботанический сад приятным для прогулок и вечно солнечным, то отбоя от желающих погулять там не будет.

Вопрос ресурсов волновал меня довольно сильно, но я откладывал его на потом. Сначала нужно было разобраться с общей схемой. И теперь испытал облегчение и удовлетворение — ещё одна проблема решена. Не придется упрощать ради экономии подпитки.

Можно сказать, я получил полный карт-бланш.

Обрадованный этим открытием, я прошелся пешком по мосту, отделяющим Петербургский остров от центра. Ветер вовсю трепал прическу, тут Нева была широкой и стихия беспрепятственно гуляла над водой.

Опоры гудели от проезжающих машин, над рекой носились чайки, а мимо проплывали прогулочные кораблики.

Я невольно замедлился, наслаждаясь открывающимся видом. Ну до чего же славный город!

Машину я вызвал уже на той стороне. Стоило поторопиться, потому что от Прохора пришло важное сообщение: «УЖИН ГОТОВ ТЧК ЖДЕМ ТОЛЬКО ВАС ТЧК». Морить голодом близких уж точно не дело.

Но перед возвращением я всё же заскочил в пекарню и взял целый пирог с черникой, припорошенный сверкающей сахарной пудрой. Захотелось заварить ароматного чая и провести после ужина теплый вечер в саду. На свежем воздухе, как говорил один мой знакомый, всё гораздо лучше усваивается и вредной еды не бывает.

Глава 5

Императорские приемы, рестораны… Разве что-то может быть лучше домашнего ужина? Тем более когда готовит Прохор.

Фантазии этого удивительного человека мог бы позавидовать самый лучший повар в мире. И уж тем более его интуитивным заменам ингредиентов.

Вот и сегодня он нас решил порадовать заморским блюдом, то есть французским луковым супом. Лук там и правда был. А ещё картошка, морковь и много мяса «шоб сытнее». Сыр Прохор решил не добавлять, потому что тот, по его мнению, совершенно не подходил к молодому картофелю.

Вкуснее лукового супа никто не ел, в чем все и заверили слугу, ничуть не слукавив. Но хитрую улыбку Тимофея я заметил — всё же и в этот раз явно помог в кулинарии.

Потом, конечно же, было долгое вечернее чаепитие в саду и беседы обо всём и ни о чём.

Котята, Гордей и призраки носились по саду. Причем непонятно, кто за кем. Патриарх делился планами на оздоровительную поездку с графиней к морю. Я догадывался что там, под сенью кипарисов, он сделает ей официальное предложение. Рыжий жаловался, что подбор мне второго помощника продвигается плохо. Кандидаты все странные, либо без опыта, но зато с большим самомнением, либо с опытом, но с такими запросами, что сам правитель немного удивился бы.

К ночи львы спугнули кого-то любопытного от ограды. Визг был похож на женский, но точно опознать не удалось, непрошеный гость слишком быстро убежал.

Разошлись мы в ту пору, когда наступает умиротворенная ночная тишина, нарушаемая лишь стрекотанием кузнечиков в траве.

* * *

Утро началось с приятных новостей. По-первых, ярко светило солнце.

Во-вторых, мне доставили академический пропуск вместе с чеканным жетоном, знаком почетного преподавателя. Уж не знаю, все ли в академии носили такой. Скорее всего ректор решил, что мне пригодится — выглядел я немногим старше студентов.

Как-то выделяться я, напротив, не хотел. Наоборот, было бы интересно увидеть и послушать будущих подопечных, так сказать, в естественной обстановке. Так что знак я отложил, но на почетное видное место в своем будущем кабинете.

Тут пока был лишь рабочий дубовый стол, который я заказал в одной из мастерских, найденных Тимофеем. Первое же их изделие произвело на меня впечатление — добротная работа и видно, что выполнена с любовью к делу.

Собственно, кроме стола в комнате был только цветок,