Оракул - Яков Барр

слишком часто его так таскаю, как бы не оторвать к чертям. Призвав на помощь ликвор, я одним рывком приволок мерзавца к двери, откинул засов, и выставил урода во двор, да пинком отбросил на пару метров прочь. Тот взвыл, бросился обратно с такой прытью, будто нога его вовсе не тревожила. Но я откинул его обратно, в опасный внешний мир. Гоблин заскулил, пополз ко мне повторяя:

— Пожалуйста! Пожалуйста!

— Поговорим? — спросил я вновь.

— Конечно! — гоблин закивал так энергично, что я начал опасаться, не отвалится ли его тупая башка.

Я отступил вглубь комнаты. Ликвор подсказывал, что очередная стая хищников бродит неподалеку, я не был настроен долго играться на свежем воздухе. Гоблин заскочил следом, захлопнул за собой дверь и легко задвинул тяжеленный засов. Интересно, он тоже инвейдей, у него должен быть свой аналог ликвора. И если он развивается как хищник, то есть как человек силы, почему он настолько слабее меня? Или это я так раскачался за полторы недели?

— Мертвец — великий воин! — затараторил гоблин, сменивший тактику на подхалимство. — Почти как сам Карсогаз!

— Как кто? — удивился я.

Что-то в этом сочетании букв чудилось знакомое.

— Великий Карсогаз! Я служу великому Карсогазу. У тебя проблемы, мертвец, с великим! Но Карсогаз ценит меня!

— Красный Гость! — дошло, наконец, до меня.

— Карсогаз послушает меня! Я помирю вас, и мы будем сражаться бок о бок, как и положено двум великим воинам!

— Да ты шутишь! Ты со своими дружками убил меня и продал торговцам органами. Ты устроил резню на концерте и пытался похитить девушку. Не милую кошечку, но суть не в этом! И ты считаешь, что одно совместное приключение, и мы станем друзьями?

— Не убивал тебя!

— Ты сам признался, ушлепок!

— Не тебя! — ответил гоблин неожиданно спокойно и почти не коверкая слова. — Мальчишка был никчемной овцой. Овец режут на шашлык. Ты — не овца, мертвец, ты — волк в овечьей шкуре. Сражаться с тобой — честь для меня.

— Зачем вы напали на певицу? — попытался я вернуть разговор в продуктивное русло.

— Эй, забудь про нее, мертвец, — отмахнулся гоблин. — Она не стоит твоей заботы.

— Дверь все еще закрыта? — я протянул руку, будто бы хочу схватить его за многострадальный ворот. — Проверить не хочешь? А воздухом подышать?

— Не надо воздуха! — отшатнулся гоблин. — Я расскажу! Мертвая шлюха бросила великого Красногаза. Великий сердится.

— Хочет вернуть?

— Не вернуть! — замотал головой гоблин. — Никто не смеет бросать великого! Он лично накажет шлюху.

— Ага. Три раза!

Я хохотнул, чтобы побесить гоблина, но мысленно поморщился. Любоффф! Вроде серьезные, зловещие твари, а копнешь, Санта Барбара какая-то лезет.

— Не смейся, — пленник укоризенно покачал головой. — Мертвая шлюха пожалеет, что ожила. Красногаз не прощает измены.

— Ты его только что предал, — ухмыльнулся я зловеще. — Мог бы благородно сдохнуть, сберегая его тайны.

— Я открыл тебе дорогу к великому. Склонись перед ним, и он тебя примет. Ты не первый охотник, который ему служит. Сильные держатся вместе.

— И где же мне искать великого Красноглаза?

— Он всех находит сам, — снова отмахнулся гоблин.

Зря он мои вопросы игнорирует. Не понял разве, что я этого не люблю?

— Хотя бы, как он выглядит?

— Как захочет! — пришла очередь гоблина издевательски скалиться. — Сам знаешь, такие, как ты и он, не имеют лица.

— А как он выглядел для тебя? — сделал я еще одну попытку. — Только не говори, что по-разному.

— Маленький, толстый, пародия на человека. Он любит шутить над жертвами. Приходит такой, ничтожный на вид, и убивает, — коротышка посмотрел на меня с интересом. — Ты тоже такой, мертвец? Любишь рядиться в овечью шкуру?

Я вспомнил любимые образы Алексея Петрова: комик Луи де Фюнес, монтипайтон Джон Клиз, безумный и смешной рокер Зед… Да, гоблин, я люблю издеваться над жертвами и рядиться в овечью шкуру. Только вот жертвы у нас с Гостем разные. Он пускает кровь овцам, а я предпочитаю свежевать волков.

— Где мне искать других хобгоблинов-радикалов? Должна же у вас быть штаб-квартира, террористы вы недоделанные.

— Я приведу тебя к нам! — засуетился гоблин. — Будешь гостем, честь по чести!

— Кроваво-красным? Как завещал великий Карсогаз? А если я и есть Гость? Нарядился в очередную овечью шкуру, на этот раз мертвого мальчика, чтобы подшутить над тобой?

— Ты отпустил шлюху. Зачем?

— А может, я люблю ее? Что ты, мелкая тварь, знаешь о любви?

— Ты — не он! — в третий раз отмахнулся от меня гоблин. — Глаза могут обмануть, но не запах! Я узнаю его в любом обличье! Ты воняешь мертвецом, но другим, совсем другим.

Ну что ж, мой лимит терпения исчерпан. Пора показать пакостному коротышке, как шутят мертвецы. Я ведь еще не испытывал в полевых условиях навыки маскировки. Самое время их проверить.

— А ты не думал, что такой великий инвейдей, как Красный Гость, может пахнуть так. как захочет? Или вовсе не пахнуть никак?

Я вспомнил свои эксперименты и, посовещавшись с ликвором, скрыл голубой свет — горящий каркас. Уверен, что для гоблина это означало, что я вдруг перестал вонять охотником, или кем угодно! Нет меня, и искать бесполезно!

Ужас, отразившийся в глазах коротышки, стоил потраченного на маскарад ликвора.

— Как ты смог? — выдавил он из себя.

— Я проверял тебя, гоблин! И ты не выдержал испытания! Как, говоришь, я наказываю предателей?

Я ждал уговоров, мольб и заверений в вечной преданности, но вместо этого гоблин прыгнул на меня, сбив с ног. Проблем он мне, конечно, не доставил. Я пнул его в больную ногу, заставив взвыть от боли, а потом свернул шею. Жаль только, что не узнал, где их штаб-квартира. Но я их найду, не проблема.

В дверь часто и хаотично застучали. В оконную решетку ухнулся и отскочил зубастый мячик. Очередная стая мячиков-пираний нашла меня.

Глава 5

Я распахнул дверь, выскочил, намереваясь прорубить себе дорогу, истребляя новую стаю зубастиков. Двор был заполнен ими, как шевелящимся ковром, что меня не смутило, я прорубался сквозь их полчища, будто пророк сквозь Красное море, и даже пробился к воротам.

Ковер не кончался