Хранительница - Иса Белль

Мы с Томасом были просто знакомыми, поэтому меня несильно волновало, как он ко мне относится, но…

Существовала ещё одна причина, по которой стоило так делать – если ты боишься. Парень не походил на того, кто мог причинить мне боль, однако он был мужчиной, а это априори небезопасно.

Поэтому я улыбнулась, пропустив смешок.

Томас терпеливо дожидался моего согласия, когда приятный аромат, долетевший до меня, заставил живот заурчать от голода.

Последние полтора года я всегда была сыта.

Сегодня и несколько дней до этого были исключениями, потому что я много думала о том, что случилось той ночью, куда исчез мужчина, на которого я напала, и кем всё-таки были те двое.

Круговорот пугающих мыслей отбивал аппетит.

Но я много пила, как и обычно. Водный баланс был недооценен. Или моя привычка заменять еду жидкостью, чтобы не чувствовать пустоту в желудке, не собиралась покидать меня. Не знаю.

Я всегда была готова вернуться к старой жизни, несмотря на то, что боялась и всеми способами избегала этого.

Казалось, была готова оставаться в этом ресторане до конца своих дней, лишь бы больше никогда не выходить на улицу.

– Эбигейл?

Я вздрогнула, вспомнив, что нахожусь не одна.

Парень кивнул на железный стол позади себя, приглашая меня. Он не собирался уходить, а я забыла поужинать, так что…

– Хорошо, но это не свидание, – подойдя ближе, предупредила я. – Ты просто составляешь мне компанию.

Было опасно выдвигать свои условия, тем не менее я всё же сделала это. Хотела, чтобы он изначально понимал, что моё согласие на ужин распространяется исключительно на ужин. Никакого продолжения не будет. Ни сейчас, ни когда-либо.

– Как скажешь.

Хм, возможно, стоило пересмотреть свои взгляды?

Может, не все мужчины были такими плохими, как я думала?

Запрыгнув на стол и незаметно закинув нож во внутреннюю полку на уровне своих коленей, приняла тарелку и вилку из рук Томаса. Мои штаны были свободными и длинными, поэтому я не волновалась, сидя так. Хотя, если…

Перестань думать об этом, Эбигейл.

Парень тут же устроился рядом, уперевшись спиной в край стола, и стал есть одновременно со мной. Я наматывала длинные макаронины на вилку и с удовольствием засовывала их в рот. Они были немного пересолены, но не критично. Томас был неплохим поваром.

Он устроился сюда чуть больше шести месяцев назад, когда я жила здесь уже целый год. Мы здоровались друг с другом и иногда перекидывались парой фраз. На этом всё. Поэтому происходящее прямо сейчас казалось странным.

Молчание длилось не так долго, как я бы того хотела, когда он решил заговорить:

– Давно хотел спросить… – Кусок застрял у меня в горле, подсказывая неладное. – Это ведь просто совпадение, да?

– О чём ты? – спросила я, повернув голову в его сторону.

– Твоя фамилия, – объяснил Томас. – Ты никак не связана с Асторе, иначе бы не жила в ресторане.

Умный мальчик.

Я была уверена, что многие думали об этом, но никто до него не пытался задать вопрос – потому что, кто знает, вдруг Асторе решит убить тебя за излишнее любопытство.

Так работала власть. Люди боялись даже представить, что с ними будет, если они засунут свой нос туда, куда не надо. Не то чтобы решиться сделать это.

Глупый мальчик, Томас.

Однако по-настоящему ему ничего не угрожало, потому что я не была Асторе. Даже не знала, кто он и не захочет ли убить меня, когда узнает, что я прикрываюсь его фамилией, чтобы оставаться в безопасности.

Но Мэй… Она бы не поставила меня в такое уязвимое положение.

Я ничего не понимала.

И не знала, как увильнуть с этой темы, чтобы не раздразнить интерес Томаса ещё больше.

– Не хочешь рассказывать?

Стоило ли напугать его?

– Ты знаешь, как обычно поступают со свидетелями?

Парень приподнял брови, когда я почти воткнула вилку себе в шею, наглядно показывая ему. И он стал посмеиваться себе под нос. Смейся, смейся.

– Любопытство убило кошку, Томас, разве ты не знал?

Мои губы растянулись в вынужденной улыбке, поддерживая образ, который я создавала для него на ходу.

– Ты забавная.

Пронесло?

Напряжение, которое я испытывала, никуда не исчезло, но у меня получилось немного расслабиться, когда парень вернул своё внимание к макаронам, перестав допытывать меня.

– Обычно девушки отказываются идти на свидание со мной, – пожаловался он. – После того как я расстался со своей первой, Маргарет, всё пошло чередом.

Обсуждать своих бывших даже на якобы свидании – полный отстой. Какой реакции он ожидал?

– Почему?

– У неё длинный язык. – Его тон на мгновение изменился, будто маска, которой Томас придерживался всё это время, слетела.

Не зная, что она говорила о нём, я почему-то уже верила ей.

И будто бы не зря. Предчувствие, что что-то вот-вот начнётся, не отпускало меня, поэтому я стала есть быстрее: закончив, смогу преподнести ему причину, по которой наше времяпровождение подойдёт к концу и придёт пора расстаться.

Могла ли я попросить кого-нибудь поставить замок на дверь в кладовую? После всего, что происходило в последнее время, это начинало казаться мне верным решением.

– Со мной что-то не так? – спросил Томас, ковыряясь в своей порции.

Кроме того, что ты любишь лезть не в своё дело? Ничего. Наверное.

– С каждым из нас что-то не так, – вместо этого ответила я.

Идея поужинать с ним всё больше и больше начинала казаться мне ошибкой. Стоило ли закончить до того, как он окончательно свернёт не туда? Тем более паста в моей тарелке уже заканчивалась.

Заметив это, Томас приподнял голову, которую уныло опустил до этого.

– Тебе понравилось?

– Неплохо.

Его левый глаз едва заметно дёрнулся, и я поняла, что дала ему не тот ответ, на который он рассчитывал.

Красная лампочка загорелась в моём подсознании, подсказывая, что сейчас самое время прекратить то, что даже не следовало начинать.

– Ладно, спасибо за ужин. Мне рано вставать, поэтому лучше лечь пораньше. Надеюсь, ты не против?

Я уже собралась поставить тарелку и спрыгнуть со стола, чтобы убраться прочь, но Томас вытянул руку и положил её с другой стороны от меня, почти обняв меня в такой позе. Я двинулась обратно, чтобы не соприкасаться с ним. Дыхание спёрло.

– Это что-то изменит?

– Что?

– Моё желание.

Это был риторический вопрос, и любой, чей мозг больше горошины, понял это, идиот.

– А моё? – встречно спросила я.

– Не думаю.

Слухи, которые его бывшая девушка распускала о нём, по всему видимому, вовсе не были слухами. Вероятно, всё,