Дикие земли - Сергей Александрович Арьков

они отправились втроем - Стасик, Злюка и Велта. Эларию оставили под присмотром Андиса и Матрены. Точнее, одного Андиса, поскольку Матрена наотрез отказалась просыпаться до полудня, аргументируя это тем, что устала, да и вообще она не нанималась быть надзирательницей при пленной волшебнице.

Злюка десять минут интенсивно вбивала в голову питомцу, как и что тот должен делать, приглядывая за Эларией. Вроде бы Андис все понял. Да и в его исполнительности сомневаться не приходилось. Но у Стасика все равно было неспокойно на черной душе. При всей своей исполнительности бывший паладин оставался стопроцентным дураком. А доверять безумцу, это же... да, это полное безумие. Но и тащить волшебницу с собой тоже было опасно. Кто знает, что она могла выкинуть на публике. К примеру, воспользоваться случаем, и сбежать. Этого никак нельзя было допустить. Стоит Эларии избавиться от своих кандалов, как темному властелину и его ближайшим единомышленникам тотчас же не поздоровится. Как и всему этому городу.

- О чем задумался, владыка? - спросила Злюка. - За ведьму волнуешься? Напрасно. Мой питомец не подведет.

- Он же не в своем уме.

- И хорошо, что так. Будь иначе, ведьма могла бы его уговорить, или подкупить, или совратить. Человек разумный слаб. Но безумец, если вбить ему что-то в голову, скорее умрет, чем осмелится усомниться в своем безумии.

Велта была угрюма и подавлена, видя, во что люди превратили древний эльфийский город. Она с тоской взирала на прекрасные белые башни, возносящиеся над этой кишащей людьми помойкой, и с горечью думала о том, что однажды чужаки доберутся и до них, разрушив последнее напоминание о былых временах. Они все разрушали. А из обломков понастроят себе уродливых хибар и примутся плодиться в них, как сорвавшиеся с цепи кролики.

Впрочем, в этом оскверненном городе было и кое-что хорошее. А именно - мясные кушанья. Тем буквально не было числа. В каждой лавке, в каждом трактире подавали мясо, приготовленное десятками разных способов. Кое-где мясо жарили прямо на улицах, нанизывали его ломти на палочки, поливали горчицей и продавали прохожим. И кто угодно мог свободно купить мясо. Это не считалось здесь ни притуплением, ни святотатством. Все-таки в чем-то люди превзошли эльфов. Они первыми открыли мясной рай, в то время как эльфы до сих пор пребывали в угрюмой тьме вегетарианства.

Население Гильторна носило колоритный характер, состоя из представителей самых разных племен и культур. Единого образчика моды не было, одевались каждый кто во что горазд. Благодаря чему Свиностас и его свита привлекали к себе не слишком много внимания, мало выделяясь на общем пестром фоне. Разве что на Велту то и дело подозрительно косились, а до слуха Стасика долетали слова - уж не эльфийка ли это? Однажды обвинение прозвучало открыто. Несколько суровых мужиков разбойничьего вида заступили темному властелину дорогу, и строго вопросили, кто это разрешил эльфийке войти в Гильторн и не шпионка ли она часом? Пока Стасик думал, что бы ему соврать, а Злюка подбирала ругательства, чтобы хорошенько нагрубить, Велта метнулась к ближайшему лотку, схватила с него крупный мясной шарик на палочке, щедро политый горчицей и посыпанный специями, и умяла его на глазах почтенной публики. Затем взяла добавку, и поступила с ней аналогичным образом.

- Ба, да мы обознались! - выпалил один из обвинителей. - Никакая она не эльфийка. Глянь, как мясо трескает. А эльфы, дело известное, скорее кишки себе выпустят, чем к мясу притронутся.

Подозрения были развеяны, но Велта, с целью укрепления своего алиби, все равно схватила и съела третий мясной шарик. Так сказать, чтобы уж наверняка. Мужики, извинившись, пошли своей дорогой. Велта проводила их тоскливым взглядом. По ее мнению, люди могли бы и настоять на своем обвинении. Поспорить. Потребовать новых доказательств. И тогда ей пришлось бы их предъявить. На окрестных лотках было столько всего мясного и вкусного, что глаза разбегались. Она бы с радостью съела все эти лакомства в свою защиту.

- Извини, что тебе приходится это делать, - сказал Стасик, пока Злюка расплачивалась с торговцем за мясные шарики. - Ты, наверное, очень страдаешь, заставляя себя давиться мясом.

- Эта мука невыносима, - посетовала Велта, с вожделением глядя на ломти жареного мяса в остром соусе.

- Я постараюсь сделать все возможное, чтобы впредь навсегда оградить тебя от мясных блюд, - пообещал ей Стасик.

- Нет, не нужно! - испугалась Велта. - Не волнуйтесь за меня. Я все стерплю. Я сильная.

- И прожорливая, как не в себя, - посетовала Злюка, завязывая кошель. - Три мясных шарика умяла, и не моргнула. И ведь самое дорогое схватила.

- Я ведь не разбираюсь в мясе, - виновато пробормотала Велта. - Брала первое, что под руку подвернулось.

Она сказала правду, но лишь отчасти. Действительно, в мясных деликатесах она не разбиралась. Но хватала не в слепую, а то, что показалось наиболее вкусным. И эльфийское чутье ее не подвело.

Торговый квартал Гильторна был насыщен лавками и магазинами. Продавали тут все, что душе угодно, от гвоздей и дров, до реликвий из разграбленных эльфийских усыпальниц. Пока Стасик собирался с духом, чтобы побороть свою робость и заговорить с незнакомыми людьми, Злюка уже взялась за дело. Она быстро навела справки, и выяснила нужный адрес. Оказалось, что Виргал до сих пор жил в Гильторне и вел свой мутный бизнес. Им подробно объяснили дорогу к его пристанищу.

Обиталище Виргала обнаружилось в неприметном простеньком доме, тесно зажатом между двумя лавками. На фасаде не было никаких вывесок или надписей. Вынимание к себе приковывали узкие окна, завешенные изнутри плотными шторами. Стасик вежливо постучался, но, так и не дождавшись ответа, решил зайти позже. Но у Злюки были иные планы.

- Входим без спроса! – скомандовала она.

- А вдруг никого нет дома? – заволновался темный властелин.

- Тем лучше. Сможем украдкой пошарить по сундукам.

Злюка чуть ли не силой втолкнула Стасика внутрь. Велта вошла следом за ними.

Внутри оказалось не просто мрачно, а прямо-таки хоть глаз коли. Немного света просачивалось снаружи сквозь плотную ткань штор, но дальше, уже в двух шагах от входа, стеной вставала густая непроницаемая темнота.

Отряд властелина в нерешительности остановился в дверях.

- А тут точно открыто? - с сомнением произнес Стасик. – Может, у них обеденный перерыв?

И вдруг из темноты донесся тягучий мужской голос:

- Нет, не перерыв. Я уже пообедал.

Посетители вздрогнули. Стасик, так тот вообще едва не бросился наружу.