Диалоги об Атлантиде - Платон

Здесь разумеется война семи вождей против Фивян и взаимное убийство братьев.

170

Стало быть неразумность и сумасшествие должны быть одним и тем же – прямое указание на один из стоических парадоксов: ὅτι πᾶς ἅφρων μαίνεται. См. Cicer. Parad. 4.

171

Не все подобным образом действуют – οὔτε ὁμοίως διαπράττονται, т. е. ἀπεργάζονται. Это – необыкновенное употребление глагола διαπράττεσθαι, так что другой пример подобного его употребления едва ли может быть отыскан у хороших писателей. Даже и в выражении: различно бывает действие – διαφέρειν τὴν ἀπεργασίαν αὐτῶν, отрешенное значение слова ἀπεργασία можно допустить только в языке испорченном. У Платона оно употребляется не так. См., наприм., Protag. p. 312 D. πρός τὴν ἀπεργασίαν τὴν τῶν εἰκόνων Gorg. p. 462 C. χάριτός τινος καἰ ἡδονῆς ἀπεργασία, et alib.

172

Высокоумными – μεγαλοψύχους. Μεγαλόψυχοι причисляются к неразумным. Но явно, что это слово получило значение высокоумия или надмения уже в позднейшие времена греческой словесности. У писателей древних им означался не вид неразумия, а нравственная добродетель – великодушие.

173

Не так ли – ἦ γὰρ οὔ. Это – еще одно из бесчисленных доказательств, что Алкивиад второй писан не Платоном и даже не важным писателем: зачем здесь к ἦ γὰρ прибавлено еще οὔ? У Платона нигде нет подобного удвоения; да оно и не нужно, потому что только затемняет вопрос.

174

Даваемое принимать легкомысленно. О пословице δέχεσθαι τὸ διδόμενον см. Gorg. p. 498 C. прим.

175

О некоторых недавних событиях – ἔνιά γε χθιζὰ καὶ πρωϊζὰ γεγενημένα: подражание известному месту в Горгиасе (470 D), но весьма неловкое и неверное. Во-первых, вместо Горгиасова τὰ γεγενημένα, сказано ἔνια γεγενημένα, что синтаксически неправильно; потому что ἔνια не имеет силы члена, следовательно, причастью γεγενημένα не дает значения имени существительного. Во-вторых, вместо Горгиасова ἐχθές καὶ πρώην, употреблено выражение поэтическое (омировское) χθιζὰ καὶ πρωϊζά – единственно для блеска фразы. Сверх того, в приводимом здесь рассказе об Архелае македонском допущен самый грубый анахронизм. Именно, в Горгиасе повествуется о том, как незаконно Архелай завладел македонским престолом; а здесь излагается, как он был умерщвлен. Но смерть Архелая случилась 1, XCV олимп. (Didor. XIV, с. 37. Arist. Polit. V, 10), т. е. в одном году со смертью Сократа, о чем, однако ж, Сократ говорит как о событии прошедшем и ему исторически известном. Этот анахронизм покажется еще нелепее, когда представим, что разговаривающий здесь Алкивиад является юношею, еще не вступившим в круг гражданских обязанностей; а это указывает на время предшествовавшее, на 4, LXXXIX олимп., следовательно, долженствовало быть тридцатью годами раньше смерти Архелая. Впрочем об этом месте разговора упоминает и Элиан V, 11, VIII, 9.

176

Навлекают скорби сами на себя дерзостию. Говоря так, писатель имеет в виду стихи из Одиссеи (1, 32 сл.): ὤ πόποι, οἶον δή νυ θεοὺς βροτοὶ αἰτιόωνται. Ἐξ ἡμέων γάρ φασι κακ᾽ ἔμμεναι· οἱ δὲ καὶ αὐτοὶ σφῇσιν ἀτασθαλίῃσιν ὑπὲρμόρον ἄλγε᾽ ἔχοὺσιν.

177

Эти стихи встречаются в Anthol. 1, 31. Adespot. 466. Brunck. К ним писатель прибавил от себя κελεύει, которое здесь вовсе не кстати. В подлинном тексте вместо ἀπαλέξειν читается ἀπερύκοις, а вместо δεινὰ – λυγρά.

178

Сократ здесь намерен доказать, что незнание иногда бывает хорошо и полезно. А это очевидно не гармонирует с тем, что выше сказано было περὶ τῆς τοῦ βελτίστου ἀγνοίας, о чем теперь и речи нет. Итак, писатель, показывая, что незнание иногда избавляет нас от бед, явно потерял нить рассуждения. Притом, пример здесь избран такой, что вовсе не свойствен гуманному духу Сократа и обыкновенной мягкости и деликатности его выражения. Таково ли, например, подобное место в Горгиасе (p. 469 D. E)? «ведь покажись мне, что из видимых тобою здесь людей кто-нибудь сейчас должен умереть, – и тот, на кого пало бы это мнение, умрет… Так велика моя сила в этом городе! А если бы тебе не верилось, – я показал бы кинжал», и т. д. Здесь – то же содержание, но выражение приятно, мягко и не заключает в себе ничего жесткого, отталкивающего.

179

Сумею ли разобрать дело – ἄν δυνηθῶ. Это выражение вовсе не платоновское, но скорее походит на буквальный перевод латинской фразы: num potis fuerim. Сократ хотел сказать: в состоянии ли буду я рассмотреть дело, εἰ ἱκανὸς εἴμι, или, εἰ οἶος τ᾽ εἴμι.

180

А делающего противное этому не назовем. Здесь τὸν δὲ μὴ ποιοῦντα крайне неуместно; ибо состоянию разумности должно противуполагаться состояние, а не действие. Платон сказал бы: τὸν δ᾽ ἐναντίον ἔχοντα.

181

Кто – в этом искусстве бывает лучшим. Здесь в выражении κατὰ ταύτην τὴν τέχνην местоимение ταύτην, по какой-то странной нерадивости писателя, стоит вместо ἑκάστην τούτων.

182

И другое, подобное этому – καὶ τἅλλα ἀνὰ λόγον τούτοις. Платон никогда так не говорил. В этом случае он сказал бы: καὶ τἄλλα δή ὡςαύτως. Дело, конечно, неважное; но оно указывает на оттенок языка, привычный известному писателю, и помогает отличать подложное сочинение от подлинного.

183

Необходимо быть также человеком разумным – ἀναγκαῖον εἶναι – ἄρα καὶ ἄνδρα φρόνιμον, Частица ἄρα здесь не имеет никакого значения. Мне кажется, вместо ἄρα надобно читать ἅμα.

184

Писатель берет эти слова из Еврипидовой Антиопы, по подражанию известному месту в Платоновом Горгиасе (p. 484 E), где те же стихи приводятся гораздо приличнее.

185

Верит мнению без размышления, или без ума, ἄνευ νοῦ. Эта мысль прекрасно раскрыта Платоном в Меноне (p. 99 B. C).

186

Чтобы заранее не овладело душою дыхание ветра – ὥσῳ περ ἄν μὴ πρότερον ἐπουρίσῃ τὸ τῆς ψυχῆς. Это место критики всегда находили почему-то весьма темным и оттого, думая, что оно испорчено, предполагали разные исправления. Но я не вижу никакой нужды исправлять его. Надобно только заметить, что глагол ἐπουρίξειν нередко употребляется отрешенно, а μὴ πρότερον здесь должно управлять подразумевающимися словами: