Владыка Зазеркалья - Илья Романов

По истечении этого срока каждый посчитал нужным меня проведать, поделиться новостями и просто поговорить. Особенно была примечательна реакция Габриэля, когда он зашёл в мою комнату и хотел было уже в своей манере что-то сказать, но замер почти на пороге. Его глаза вспыхнули энергией Порядка, лицо вытянулось в изумлении и он ошарашенно произнёс:

— Кгхм… Командир, а это как?

— Ты о чём, Габ? — я в тот момент пил горячий травяной отвар с мёдом и мускатным орехом, который мне принесла Лиса.

— Почему от тебя прёт мощью Порядка и аурой… Архонта.

Я вздёрнул бровь в недоумении, а затем поймал догадку и спросил:

— Помимо моего энергетического каркаса есть ещё один? — его кивок был мне ответом. — И он состоит из энергии Порядка? — ещё один кивок и изумлённый взгляд. — Прекрасно…

Вот тогда-то я и понял, что за симбиоз у нас с кристаллом получился. Не понимаю как, даже моих знаний не хватает, но кристалл Древних встроил в мою ауру ещё одну. Такую, которую из себя источали лишь Архонты, а это значило очень многое. C его подачи — он опять передал мысленный образ, находясь в моей сокровищнице и питая барьер — я вытянул руку и на ней появилось маленькое белоснежное пламя.

— Это… Это как это? — ещё больше изумлялся Габриэль, ведь энергией Порядка владели лишь ангелы. Никому другому она была недоступна.

— Хотел бы я и сам знать, — поддавшись наитию и радости кристалла, песнь которого на периферии сознания играла внутри разума, изменил пламя на ладони. — Хм… интересно.

Габ огромными, размером с блюдца глазами смотрел на то, как огонь превратился в миниатюрного пони и гарцевал у меня на ладони. Здесь стоит отметить, что у меня не было знаний, как управлять энергией Порядка, но они были у кристалла, а тот постепенно делился ими, загружая прямо по нашей связи в память. М-да уж, не хотел я, значит, прикасаться к знаниям Древних, но они сами догнали меня.

После той встречи с Габриэлем мне потребовалось ещё порядка четырёх дней, чтобы постепенно уложить хотя бы малый пласт этих знаний. В бой мне в тот период вступать было нежелательно, но спарринги и тренировки — это пожалуйста, чем я и занялся, оккупировав арену. Архангел составил мне компанию, не только, чтобы помочь, но и самому поучиться. По его словам — такой контроль энергии Порядка он не видел даже у Михаэля, а тот считался практически сильнейшим в своём народе.

В общем, да, неделя. Целая неделя пролетела незаметно, в течение которой я тренировался и регулировал работу. Доклады от Агилара поступали, но не особо часто. Он смог договориться с Проклятыми и нашёл ветеранов легионов, которые согласились участвовать в битве со Скверной под моим знаменем. Туда же добавилась пятёрка мелких Домов аристократов, которых Сумрачный Князь практически не уговаривал. Слухи о том, что Альтиор собирается сражаться со Скверной разрастались подобно пожару. В Тимеран прибывало всё больше разумных, как одиночек, так и целые отряды. Наёмники, авантюристы, рыцарские ордена… их было много, а город превратился в натуральный плацдарм.

Впрочем, всё это отошло на второй план, когда ко мне заявился Балем и поделился новостями от своих рыцарей, стерегущих вход в мой Домен.

И вот теперь я стоял на том месте, где ранее находился храм трёх богов, ныне разрушенный. Всё же я сделал правильно, что не стал закрывать Домен и оставил его открытым. Иначе последствия могли быть самые ужасные, а коварство Скверны вновь показало мне, что ни одна защита не идеальна.

Весь клочок земли, где ранее цвела жизнь и куда вторглась Скверна, был заражён. Нам с Балемом, Габом и Маленией потребовалось больше шести часов, чтобы купировать разрывы реальности, откуда стремилась эта зараза. Если бы мы не успели… если бы это место так и осталось заражено… даже гадать не хочу, что могло бы случиться. И я очень желал найти того, кто решил осквернить не только мой Домен, но и оставил страшный шрам на теле моего мира.

Проблема была в том, что закрыть эти разрывы окончательно можно было только одним способом — убить того, кто их создал. Иначе оставалось только поддерживать «заплатки», а это временная мера. Поэтому, я почувствовал предвкушение будущей расплаты, когда ко мне подошёл Балем и поделился столь приятной новостью:

— Здесь был всего один разумный, Альтиор. Сильный маг Скверны.

— И?

Принц Ифритов широко улыбнулся, показав свои истинные эмоции, а глаза его полыхнули пламенем.

— Я собрал его эфирный след, теперь осталось только найти этого выродка.

Глава 39

Срединный мир.

Город Мертвых.

Мрачные своды лаборатории освещались тёмно-зелёным пламенем факелов. Блики потустороннего огня падали на металлические столы, на которых лежали самые разнообразные инструменты. В них мастер своего дела признал бы подручные средства химеролога или некроманта. На располагающейся в углу стойке, собранной из черепов, возлежал открытый чёрный фолиант. Буквы на его страницах исчезали, перемешивались и вновь появлялись, словно живые.

В спёртом, сухом воздухе витал запах благовоний из цветов восточной империи Мантар, в которой владелец этого места родился. Вспоминая в моменты отдыха о тех временах, когда был ещё живым человеком. Нежить не может слышать запахи, так обычно считалось, но это мнение ошибочно. Обычным мертвякам, и правда, не подвластны подобные мелочи жизни, но не когда речь заходила о Высшем Личе.

Как раз подобное создание и восседало сейчас за массивным столом из чернодрева. Полы его тёмно-зелёной мантии разметались по мраморным плитам пола, по идеально гладкому черепу пробегали вереницы тёмно-зелёных линий, пульсирующих, словно вены. Одной из своих костлявых рук, каждую из которых украшали драгоценные браслеты и перстни, он держал бокал с редчайшим, недоступным даже императорам, вином. В другой же находилось перо, которым владелец лаборатории делал свои записи.

Замерев, он недовольно повёл челюстью и, оторвав полыхающие пламенем глаза от пергамента, отдал приказ:

— Ещё, Мортимер, — его скрежещущий голос нёс в себе нотки власти и саму силу смерти.

От стены отделился незаметный дымчатый силуэт Рыцаря Праха. Закованный в глухие чёрные латы мертвец, бывший некогда одним из величайших мечников прошлой эпохи, очень тихо для своих габаритов подошёл к лампадам и зажёг очередную палочку благовоний. Господин не