Мои сексуальные приключения с богиней смерти - Александр Пасацкий

Люцик задумался.

- Ну, допустим, раунд. Сделал меня. Давай-давай, развивай мысль. Я Лисару знаю давно, а тебя вижу второй раз. Откуда мне знать, что ты не врешь?

- Так а зачем мне врать? Ради того, чтобы в Ад попасть? Какая-то глупая мечта детства, не находите?

- А как же сатанисты? Они-то как раз об этом и мечтают.

- Да, но я же церкви не жгу, и пентаграммы кровью не рисую.

- Может, и рисуешь, мне-то откуда знать?

- Да бросьте, Люцик. Вы - Дьявол, и я ни за что не поверю, что вы ничего про меня не узнавали. Вы же мне тогда визитку дали - не раздаете же вы их кому попало, правда? И насчет моего будущего интересовались, и обещание какое-то у меня выторговывали. Так что все вы про меня знаете, это и к гадалке не ходи.

Люцик улыбнулся.

- А не выпить ли нам? - неожиданно предложил он. - С умным собеседником этого всегда хочется.

- Спасибо за комплимент, но я воздержусь.

- А вот зря, - он отодвинул ящик стола, достал оттуда бутылку и два бокала. - Ладно, я налью, а ты, если захочешь, глотни. Итак, допустим, я не против обмена. Вот только не пойму: если я отпущу Лисару, ты останешься здесь, и тогда любви вашей как были кранты, так и останутся.

- Для меня это уже неважно, - твердо сказал я, прекрасно осознавая, что обрекаю себя на вечные муки. - Для меня главное, чтобы она была счастлива.

- А ты не хочешь предположить, что она в данный момент как раз таки и счастлива?

- Не хочу. Потому что знаю, что это неправда.

- Может, тогда у нее самой спросим? - предложил Люцик. - Давай, вот прям сейчас я ее сюда вызову, и ты ей весь этот свой обмен и предложишь. Спорим на твой писательский дар, что она откажется?

- Типа, если я проиграю, то больше не смогу никогда книги писать?

- Ну, да. Ты же так уверен в своей правоте, так чего тебя бояться?

- Действительно. Вызывайте.

- Вызываю, - он набрал на телефоне какое-то сообщение. - Сейчас моя секретарша позвонит в то место, где она сейчас работает. А мы пока продолжаем разговор. Вот ты, вроде, парень неглупый, и раньше никогда не лез ни в какие геройства. Так на кой ляд ты сейчас приперся сюда изображать из себя доблестного рыцаря, и разводить меня, самого Дьявола, на какие-то сомнительные махинации не в мою пользу, а?

В вопросе не было угрозы или повышенного, агрессивного тона - чистейшей воды любопытство. Я решил не пасовать, и ответил, как есть:

- Потому что я никогда в жизни не сделал никому ничего хорошего. Как будто и не жил - с девушками у меня не складывалось, друзей никогда не было, вон, даже Алину постоянно динамил, хоть она мне только добра желала. По сути, я вообще идеальный грешник, потому что мое стремление к одиночеству обрекло и меня, и всех вокруг, кто хотел со мной сблизиться, на постоянные страдания. Оставалась только одна надежда - когда-нибудь умру, и все закончится. Так пусть теперь, когда выяснилось, что я бессмертный - пусть хотя бы теперь я сделаю одно доброе дело. Я люблю Лисару, очень люблю. Какая мне радость будет продолжать мучаться на Земле, зная, что она страдает здесь не по своей воле? И это при том, что я мог бы ей помочь, стоило только захотеть? Нет уж, если вы согласны на обмен, то я хочу, чтобы Лисара жила. Понимаете, жила? Она - не я, у нее еще вся жизнь впереди, она еще столько может сделать, скольким помочь, сколько порядка в нашем безумном мире навести. А я... Что там, что здесь - без разницы. Буду здесь страдать, один хер, судьба у меня такая. Знаете, что всю жизнь было у меня в душе? Холод. Никакого любовного тепла. Холод, одиночество, выдуманная жизнь в своих книгах - вот, чем я жил. В каком-то смысле мне это даже нравилось, нравилось чувствовать себя особенным, смотреть на глупых людей, которые из-за своих чувств в постоянные проблемы влипают, и понимать, что меня это не ждет. Ну, что, все еще не верите, что я буду идеальной заменой Лисаре? Да я был рожден для этой работы. Вы только дайте шанс, и сами все увидите. А Лисара будет больше полезна вам на Земле, чем здесь. Сами ведь говорили, что у нее лучшая отчетность по работе среди других богинь смерти, что она вам большое количество новых грешников в Ад поставляет. Отпустите ее, Люцик. Пусть живет. Возьмите меня - мне уже нечего терять. Ради самой Лисары, сделайте ей этот шаг навстречу. Позвольте мне спасти ее.

Повисла гнетущая тишина. Выложив все, как есть, я даже почувствовал облегчение - теперь уже можно ничего не придумывать, осталось только дождаться ответа. Люцик задумчиво крутил в руке бокал, наблюдая, как напиток играет красками в лучах солнца. Было хорошо видно, что мои слова, в худшем случае, задели его за живое. Я затаил дыхание.

Но ответить Дьявол не успел. Дверь в кабинет внезапно распахнулась с громким стуком, и появилась... Ирия, собственной персоной, тащившая на плече вяло сопротивляющуюся Лисару.

******************

Хотя я и рассчитывал еще раз увидеть Лисару, я был совершенно не готов к тому, что у нее окажутся пепельно-серые волосы. От их вида у меня даже что-то кольнуло в глубине сердца. Лисара как будто постарела лет на семьдесят - и ее равнодушный взгляд, которым она одарила меня, чуть не заставил меня двинуть копыта во второй раз, хотя это и было невозможно.

- Ой! - Ирия, видимо, совсем не ожидала, что вломится в кабинет к самому Люцику. - Извиняюсь за вторжение, я, кажется, дверью ошиблась.

Она было развернулась, но тут за ее спиной появилась Зарина. При виде Дьявола та слегка побледнела. Люцик приподнял левую бровь.

- Куда! - тяжело дышащий, запыхавшийся