Домоводительство Господне. Том 1 - Якоб Лорбер

4. Но почему, почему не смогли мы распознать и постичь нашу пустую глупость раньше и предстали перед Господом в столь ужасном виде? Это означает, что все мы слепы, ибо иначе как могли бы мы попусту обеспокоить нашего любимого Еноха совершенно ненужным вопросом, в отношении которого мы ведь и без того уже получили поистине замечательное разъяснение свыше через Авеля, Еноха, Еноса, Каинана, наконец чудесно подтвержденное даже через Асмаила, — и все же мы были готовы скорее не поверить словам Еноха, чем вглядеться в нашу собственную слепоту! О несусветная глупость! Ах, если бы мы только никогда не совершали ее, и нам не пришлось бы сейчас стыдиться перед детьми, что вовсе не подобает отцам!

5. Но теперь уже ничего не поделаешь, и потому да будет это принесено в жертву Господу!

6. Я же думаю в своем сердце, что любящий пресвятой Отец в Своем великом милосердии выдержит ради меня и всех нас нашу чрезмерную робость и даст нам наставления в Своей любви, а не в Своей мудрости, против которой мы — целиком и полностью ничто, и взглянет на нас как на спящих детей, которым снится, будто они бодрствуют, или по крайней мере закрыв глаза они полагают, что если они ничего не видят, то также и бодрствующие ничего не должны или не могут видеть!

7. О Енох, пробуди же нас! Ведь однажды придет время, когда и мы увидим то, что ныне и прежде видел ты, и мы все — через тебя!

8. В грядущем случится так, что Господь пробудит детей стать учителями своих родителей, а родителям даст детское сердце. И со временем еще придут после нас дети, которые в своем бессилии сделают более великое, чем мы во всей нашей силе. И так во все времена будет вершиться воля Господня!

9. Ты же, дорогой Енох, встань и скажи мне, верно ли я говорил, и подкрепи этим наши сердца! Аминь».

10. Тогда Енох с любовью улыбнулся всем отцам и сказал: «О дорогие отцы, простите, что иногда я выгляжу суровым; ведь не я, ваш сын Енох, поворачиваю свой язык, порождая слова для вашего понимания, но Господь поворачивает его по Своему благоволению! Какой спрос с инструмента, если Господь использует его по Своему благоволению?! Если я сообщаю нечто, смысл чего сокрыт, подобно ростку в семени, то, как учат нас опыт и природа, находящаяся в правильном порядке, росток, проклюнувшийся из семени, которое только что поместили в землю, не сразу становится полностью зрелым плодом. Сначала семя должно разложиться и сгнить вокруг этого ростка. Только тогда жизнь высвобождается и под ветрами, солнечным светом и дождем постепенно вырастает в благодатный тысячекратный плод.

11. Так же обстоит и с каждым словом Господним! Оно будет плодоносить не в том виде, в каком было дано. Но если в твердой скорлупе, служащей надежной защитой, опустить его в почву наших сердец, и эта скорлупа растворится и разрушится в сердце посредством нашей любви, смотрите, только тогда этот живой росток, или живое действенное понимание, пробьется к свету солнца духа сквозь бури испытаний под дождями любви свыше и светом милости от пресвятого, любящего Отца, и, разрастаясь, созреет в бесценный плод всей жизни и всей любви в мудрости Бога, нашего Отца!

12. О отцы, смотрите, такова воля Господа! Так следует нам воспринимать каждое из Его слов! И только так мы покажем Господу, что воистину являемся Его детьми, разумеющими слово Отца и всегда хорошо узнающими Его голос. Аминь».

Глава 62. Как праотцы поняли речь Еноха

1. Речь Еноха была правильной, и все же отцам она по-прежнему была не вполне ясна, и потому Адам обратился с вопросом к окружавшим его детям, говоря:

2. «Дети, все ли вы хорошо поняли речь Еноха?»

3. Сиф же ответил: «О отец, если семя было вложено в нас только сейчас, как же тогда возможно все полностью понять?! И хотя мы восприняли скорлупу с ростком, и камень вместе с жизнью, однако еще не свершилось разложение материи, чтобы возникла жизнь. Но я твердо верю, время Господа непременно сделает свое — и преобразует наши сердца в новый рай! Аминь».

4. Затем Адам спросил Еноса о том, что он понял, и тот ответил: «О отец, однажды я видел кучу бесформенных грубых камней, и все они были одного цвета. Но вскоре с неба пролился обещающий плодородие благотворный дождь, капли которого падали и на эту груду камней. И камни, будучи перед тем насквозь прогретыми солнцем, жадно втягивали в себя каждую каплю и испускали пар, и, казалось, испытывали блаженство от такого освежения. Испарение было столь сильным, что я совсем не мог их видеть. Но вскоре посреди дождя поднялся ветерок, который отогнал пар от камней, и я снова сумел их разглядеть. Но сколь же преображенными они передо мной предстали!

5. Былая однотонность обратилась тысячью красок, впитавшаяся вода сделала иные камни совершенно прозрачными, а иные раскисли в белую кашу. И только благодаря этому я достаточно отчетливо смог распознать их разнообразнейшее содержание.

6. Так и сейчас мне кажется, будто я вижу перед собой и в себе такую же груду камней, которые, как мне представляется, сильно прогреты лучами милости свыше, и между ними еще очень мало различий. Но я твердо верю, что если пойдет дождь, сопровождаемый ветрами, тогда и с моими камнями, пожалуй, случится, как и с виденными мною тогда: одни, пронизанные светом, будут подобны полному пониманию, а другие, раскисшие, — разложению, из которого в почве моего сердца произрастет новая жизнь, подобно тому, как и там из той белой каши вскоре поднялась пышная молодая трава. Аминь».

7. Сразу после этого тот же вопрос был задан Каинану, который ответил так: «О отец, недавно в один из знойных и душных дней я видел, как далекие окрестности начали мало-помалу исчезать из виду, хотя я и напрягал зрение, а затем совсем пропали, и свет солнца не мог воспрепятствовать этому уничтожению. Так это туманное ничто постепенно поглотило все ближайшие высокие и крутые скалы. И я пришел в ужас от того, что творилось с землей, и потому спрятался в своей хижине.

8. Ночью разразилась буря. Молнии и громы мерились силами. Один шквал теснил другой. Ветры бушевали вокруг моего жилища, а с неба стеной низвергался ливень, неистовые потоки которого расшибались