Воины Новороссии. Подвиги народных героев - Михаил Иванович Федоров

Но позвонила она, и я:

— Извините, — очень осторожно: — Думаю, радостное событие произошло…

Она выдохнула:

— Да-да…

Я успокоился: обменяли.

И:

— У меня остается к вам просьба поговорить именно…

— Да-да, мы поговорим. Просто сын одиннадцатый класс заканчивает…

Хлопот ей хватало.

И она:

— Я немного освобожусь и позвоню.

Курсант Криштоп

Я ждал звонка. И вот мы созвонились. И 14 мая 2023 года встретились у меня дома. Дорогу ей рассказывать не понадобилось — у меня побывали многие летчики из полка ее мужа.

— Наталия Александровна, а Максим Сергеевич сам из какого края? — начал я разговор.

Жена Криштопа:

— Он родом из Красноярского края, там есть село Новоселово в Новоселовском районе…

На Енисее нашел село.

Армия собирала ребят со всей России.

Жена:

— Папа и мама — юристы. Закончили Красноярский юридический вуз. Отец в милиции служил, а мама — судья. Стала председателем суда. Сейчас она на пенсии, 65 лет ей в мае исполняется. Максим жил и воспитывался в Новоселово. Школу там закончил. С одной четверкой по русскому языку. Хорошо учился. А насчет того, что в военные потянуло, он читал про военных летчиков. А так в семье военных вообще не было. Только дед по матери воевал в Великую Отечественную.

Видимо, свою роль в выборе профессии летчика сыграли и просторы Енисея, похожие на бескрайний аэродром.

Наталия Александровна:

— У них в классе девочка была и всю жизнь хотела стюардессой быть, но она не стала стюардессой, а вот он стал. Поехал поступать в училище. Мама во всем его поддерживала, поехала с ним туда, где он поступал. Там присяга. И он поступил с первого раза. Он поступал в Барнаульское летное, потом его закрыли и их перевели в Армавирское училище. И потом на четвёртом курсе он попал в Борисоглебск, и они там налетывали. На Л-39 летали. Мы там с ним и познакомились. Я сама из Воронежской области, из Грибановки. Мы с ним познакомились 25 декабря 2002 года и 2 января 2003 года он предложил мне выходить за него замуж. А ведь у меня жених был, у него на родине девочка, ну, вот так…

— По-военному, быстро.

— Он уверенный был. Активно… Он не сейчас, а вообще говорит: «Я тебя полюбил с первого взгляда».

— Чего раздумывать, раз любовь… Я несколько раз встречался с курсантами-летчиками. Такие рослые, стройные ребята, как на подбор…

— А я училась в Борисоглебске, в пединституте. Начальные классы… Я закончила 1 июля — у меня выпуск был, он — 25 октября, а свадьба была между выпусками 9 августа. В этом году 9 августа будет двадцать лет совместной жизни.

«На двадцатом году совместной жизни пришли испытания для супругов».

Наталия Криштоп:

— Так вот на выпуск 25 октября в Краснодар я поехала уже как жена.

3. Распределение. Хурба

— И куда послали служить?

Наталия Александровна:

— Он закончил с красным дипломом. А сказали: «У кого красный диплом, тот выбирает место службы». А я из Грибановки, в свои двадцать два года никуда не выезжала, кроме как один раз в Москву. У меня мама медик, папа водитель на скорой помощи, мы ничего такого не видели. Скромно жили. И он мне говорит: «Мы поедем на Дальний Восток». Я: «Куда, куда?» Он: «Ну, там летающий полк. Он в боевой готовности. Я там налетаю 1-й класс. Я там пойду по карьерной лестнице». А я в двадцать два года, что я там понимала. Какой Дальний Восток?! Взяли две клетчатые китайские сумки. Это на первое время вещи, продукты, мясо. С двумя сумками я уехала неизвестно куда. За пять тысяч километров. Мы до Москвы ехали поездом, потом на самолете летели до Хабаровска. Приехали, я никого не знаю. Городок двенадцать пятиэтажек. Поселок Хурба. Комсомольск-на-Амуре там…

— С реки Енисей на реку Амур…

Криштоп:

— Приехали мы в ноябре. А там уже морозы! А я в дубленочке тоненькой. Мне холодно стало, ну, натурально. Что делать? Пошли и на свадебные деньги мне нутриевую шубу купили. Потом телевизор, магнитофон. По мелочам. Мы двумя семьями сначала жили в профилактории, а к лету уехала одна семья и нам говорит: «Ну, поживите у нас». Потом нам дали однокомнатную квартиру. Мы там ремонт сделали. В 2005 году у нас родился мальчик. В 2010 году у нас — второй мальчик. Мы переехали в двухкомнатную квартиру в этом же городке… Да, нам еще с Хурбы сказали ехать в Ейск, налетывать третий класс. По-моему, это 2004 год, и я с ним поехала туда же. Ездили вдвоем, детей еще не было… После Ейска ему сказали переучиваться на новый вид самолета. Мы поехали в Липецк: там два месяца переучивание, и я с ним туда поехала. Мы там переучились, нам отпуск дали, и мы приехали в Хурбу ближе к лету. Переучился на СУ-24…

«Молодец! Все время с мужем», — пронеслось у меня в голове, и я спросил:

— И как вам Хурба?

— Там природа очень красивая. Горные реки. Он же у меня охотник и рыбак. У него дядя охотник. И он еще в детстве ходил с ним по тридцать километров. Он ему и ружье купил. А в Хурбе горные реки. Он снастей привез. Мы специальную камеру покупали и затаривали рыбой. И я с ним рыбачила. У нас в Грибановке пруд рядом, и я с детства с удочкой. Ему нравилась всякая рыбалка. На Дальнем Востоке он покупал различные удочки. Бывало, с компанией уезжал на два-три дня. У них был свой лагерь. А там и медведи ходят. Отчаянные. А приносил всякую дичь: зайцев, сазанов, уток…

Многие ради дальневосточных красот подались туда жить.

— А комары в Хурбе? — поинтересовался.

— Там болотистая местность и очень много комаров. Я родила и помню, комары ваниль боятся, и мы ваниль с водой мешали, коляску обрызгивали, и так спасались, чтобы они не покусали. А с октября по середину апреля мы ходили в шубах, в дубленках, потому что лопается все от мороза. Обувь лопается там, только кожаную покупали. Натуральную дубленку, натуральную шубу…

Я слушал и не перебивал. Передо мной вырисовывался тот, кто впоследствии стал заместителем командира полка.

Наталия:

— У него северные сразу пошли. Зарплата у лейтенанта была двенадцать или тринадцать тысяч рублей. По тем временам хорошая… После училища он сразу старший летчик. Потом он стал командиром звена. Майорская должность… У него такая позиция: он был старшим лейтенантом, а гнул свою правду любому.