Дача для Забавы - Дирижабль с. чудесами

— Люб, перестань, не надо…

Попытался он утянуть будущую жену обратно в гостиную. Но та уже разошлась.

— Что, правда глаза колет?

— Люба, — обреченно проговорил Фёдор, стоя между двух огней.

Забаву вся эта возня не радовала. Она посмотрела на свекровь.

— Ангелина Сергеевна, если честно, мы просто Оксанку завезли и зашли поздороваться.

— Поздоровались? — не унималась Люба, — Можете быть свободны.

Хозяйка дома перевела холодный убийственный взгляд на новую сноху.

— Я недостаточно ясно выразилась? — спросила она вкрадчиво. — В моём доме к моим гостям относятся с уважением. Если вам кто-то здесь очень не нравится — можете покинуть его. Я никого не держу.

— Мам, ты же знаешь, у Любы гормоны, — вмешался Федя, всё-таки умудрившись пропихнуть свою женщину за дверь.

* * *

Снег падал редкими крупными хлопьями. Забава с Мишей вышли во двор. После шума и напряжения в квартире на улице было тихо и пустынно.

— Хорошо, что не остались, — сказал Михаил, запрокинув голову вверх. — Сейчас пробки начнутся.

— Там ведь и так затор, — напомнила Забава, — Может, опять в объезд?

— Нет, я глянул на навигаторе, пока ждал, когда ты обуешься, — ответил он. — Рассосалась. Дорога свободна.

— Мам, ты куда?

Из-за угла дома показались Игорь с Оксаной. Они шли не спеша, но, заметив мать, Оксана ускорила шаг.

— Хотим добраться домой, пока дороги не замело. Видишь, как сыпет?

— А бутерброды с икрой?

Забава не стала юлить и выдумывать отговорки. Дочь была уже взрослой и в любом случае, поднявшись и обнаружив там Любу, всё бы поняла.

— Твой папа пришёл не один. Честно говоря, мы с ней не ладим и я не хочу никому портить настроение. Но ты… — она обняла Оксану за плечи, — ты можешь приехать ко мне в любой день. Вместе с Игорем приезжайте. Затопим баню, поговорим спокойно.

Парень, дойдя до них, встал, глядя под ноги.

— Как ты, Игорек? — спросила Забава.

— Да я-то в порядке, — он напряжённо улыбнулся. — За бабушку переживаю. Мама говорит — стабилизировали. Но как оно там на самом деле…

— Всё будет хорошо, — пообещала Забава, хотя понимала: слова сейчас — слабое утешение.

— А что вы про баню говорили? — вдруг поинтересовался он. — Я бы сходил.

Миша подхватил:

— Так поехали. Сейчас затопим, к вечеру будет готово!

Оксана повернулась к жениху.

— В снегопад такси оттуда будет стоить как крыло самолёта. У мамы одна кровать и раскладное кресло. Не знаю, как мы там ляжем. Если только на полу.

— Зачем на полу? — удивился Миша. — У меня переночуете. Свободная спальня есть и раскладной диван в гостиной. Выбирайте, что удобнее. Места на всех хватит.

Забава посмотрела на него, потом на дочь и её жениха. Они переглянулись, оценивая предложение.

Снег падал на плечи, таял на лицах, путался в волосах Оксаны.

— Ну что, поедем? — поинтересовался у неё Игорь.

— Ладно. Только вещи от бабушки заберем, — объявила Оксана и потянула его к подъезду.

* * *

Забава смотрела на пунктирную линию разделительной полосы, убегающую вперед в белую мглу. В такой снегопад немудрено пропустить нужный съезд. Но вот впереди показался знак с названием СНТ и вскоре они свернули на знакомые улочки. В дороге её разморило, и она уже минут пятнадцать как клевала носом. Поэтому не сразу поняла, что происходит, когда увидела, как под хлопьями снега через дорогу метнулась фигура, а за ней и другая. Как бичом, преследовательница хлопала в воздухе кухонным вафельным полотенцем, пытаясь достать беглеца.

— Это Анфиса?

— Ага, — хмыкнул Миша, притормаживая. — Как думаешь, им помочь или не мешать?

Забава раздумывать не стала, выскочила из машины. Ветер бросил ей в лицо горсть снежинок.

— Анфиса! — крикнула она. — Вспомни, что говорила тебе Наталья! Не выходи из себя — не корми паразитов!

Анфиса дрогнула и обернулась. Затем метнулась было догнать Петровича, но тот за эти несколько секунд промедления успел-таки оторваться. Руки женщины бессильно опустились. Полотенце выпало в снег. Она стояла, тяжело дыша, пар клубился у раскрасневшегося лица.

Забава подошла ближе, осторожно, как к раненому зверю, и сердце её дрогнуло: она заметила, что глаза у соседки на мокром месте.

— Анфиса, ты плачешь?

— Ещё чего! Это от злости слезятся, — объяснила она, вытерев уголки глаз рукавом куртки. — Выгнала паразита поганого, — хрипло выдохнула Анфиса. — Пусть идёт к своей… шлёндре.

— Её же в отдел забрали, — напомнила Забава.

— Есть ему теперь где жить, ироду! Столько лет… столько лет я ему отдала!

— Зато как здорово, что избавилась! — почти весело сказала Забава и сделала шаг вперёд. — Представляешь, сколько всего теперь успеешь, когда никто не будет трепать нервы? Какая свобода!

И не дав Анфисе опомниться, она порывисто, по-девичьи обхватила её за плечи и крепко обняла. Та застыла, окоченев от удивления. Не ответила, не оттолкнула — так и стояла, будто не веря, что такое возможно.

Забава почувствовала, как она напряжена, легконько похлопала по плечу.

— И у тебя всё будет хорошо, — сказала и побежала обратно к машине, оставляя глубокие следы в рыхлой снежной подстилке.

Когда отъезжали, одинокая фигура в белом снегопаде всё ещё стояла посреди улицы. Анфиса, глядя им вслед, медленно подняла руку и коснулась плеча там, где только что лежала ладонь Забавы. Будто проверяла: не привиделось ли?

— Ну что, сразу ко мне? — спросил Миша, взглянув на молодых через зеркало заднего вида.

— Не-а, — отрезала Забава. — Сначала баню затопить надо. Обещали же Игорю.

Они уже подъезжали к дому, когда на участке Кати Забава снова разглядела две фигуры. Только в этот раз парочка… целовалась!

— Вот что предновогодняя суета с людьми делает, — проговорила она и оглянулась, чтобы убедиться, что глаза ей не солгали.

— Мам? — встревожилась Оксана с заднего сиденья. — Что случилось?

— Это… то, что я думаю? Подожди! — воскликнула Забава. — это что, Вася?

Оксанка и Игорь заёрзали, оглядываясь.

— Мам, а кто это?

— Соседи. Потом познакомлю.

Миша притормозил у калитки и усмехнулся:

— Вася… Розу провожает. Как с вахты вернулся, она у него каждый день гостит. Вроде как встречаются. Ты не знала?

Забава молча покачала головой, глядя, как Василий аккуратно снимает снег с волос Розы, а та застенчиво смеётся.

«Мир вокруг, такой предсказуемый, всё ещё умеет удивлять… Ну уж если Роза нашла себе кавалера, возможно, и для Анфисы тоже не всё ещё потеряно», — подумала она, и её губы сами собой растянулись в улыбке.

Глава 71. Сам нагадил, пусть теперь в этом барахтается

После бани все четверо были разморенные и розовощёкие, с влажными прядками волос на висках и тем особым, блаженным