Германская история: через тернии двух тысячелетий - Александр Иванович Патрушев

Готское объединение послужило исходным пунктом для нового и мощного подъема социалистического движения в Германии. В то время как на выборах в рейхстаг в 1871 г. социалисты, получив 124 тыс. голосов, провели двух депутатов, а на выборах 1874 г. — девять депутатов, за которых проголосовали 352 тыс. чел., после объединения на выборах 1877 г. они получили поддержку почти полумиллиона избирателей и заняли в рейхстаге 12 мест. Оплотом их стала Саксония, давшая социалистам семь мандатов. Выборы 1877 г. наглядно показали неправильность деления избирательных округов. Так, если по числу поданных за них голосов социал-демократы заняли четвертое место, то по количеству депутатов — последнее, восьмое место в рейхстаге. В то же время консервативная Имперская партия, получившая даже чуть меньшее количество голосов, провела в парламент 38 своих депутатов, поскольку победила в большинстве мелких сельских избирательных округов.

Социалистическая партия с ее интернационалистским характером казалась Бисмарку наиболее опасным противником молодого национального германского государства. Страх перед революцией давно стал одним из главных мотивов его политического поведения, уже с 60-х гг. его все чаще преследовал «кошмар революций», резко усилившийся после Парижской Коммуны и выступления Бебеля в рейхстаге с речью в ее поддержку. Заметим, что канцлер считал одинаково опасными для государства наряду с социалистами и анархистов. Тогда это было широко распространенным мнением, тем более понятным, что некоторые видные немецкие социалисты (И. Мост, Й. Хассельман) действительно были близки к анархизму. Из страха перед возможностью революции Бисмарк настаивал на введении закона о запрете деятельности социалистической партии. Но сразу он не смог этого добиться. Его первые попытки закрыть «антигосударственную» прессу в 1874 г. и ввести в Уголовный кодекс статью о наказании за «разжигание классовой ненависти» в 1875 г. встретили сопротивление либерального большинства в рейхстаге. Лишь покушения на кайзера позволили Бисмарку настоять на принятии особого закона против социал-демократии.

В мае 1878 г. неудачное покушение на Вильгельма I совершил ремесленный подмастерье Макс Хедель, бывший член лейпцигской организации социалистов. Наспех подготовленный проект закона о запрещении социалистической партии не получил тогда поддержки подавляющего большинства рейхстага. Разумеется, либералы, так же, как и Бисмарк, консерваторы и Центр, были противниками социализма, но они стремились оставаться на почве законности и уважения политических прав личности. Однако через неделю произошло второе покушение, при котором кайзер был тяжело ранен выстрелами из дробовика. Никакой связи покушавшегося — доктора Карла Нобилинга, психически неуравновешенного человека, — с социалистами установить не удалось, но официозные и консервативные газеты на все лады расписывали ужасы надвигавшегося «красного террора».

Бисмарк немедленно распустил рейхстаг, рассчитывая в новом парламенте получить желаемую поддержку. По итогам выборов, у обеих консервативных партий оказалось 115 мест вместо прежних 78, обе либеральные партии потеряли 42 мандата. Уже в ходе предвыборной кампании стало ясно, что национал-либералам придется согласиться с предложением канцлера.

В октябре 1878 г. рейхстаг голосами консерваторов, национал-либералов и некоторых независимых депутатов (всего 221) против Центра, прогрессистов, социалистов и польской фракции (всего 149) принял «Закон против общественно опасных устремлений социал-демократии», получивший название «исключительного закона»[139].

В нем в ряду прочих содержались и следующие положения:

«§ 1. Запрещаются объединения, которые своими социал-демократическими, социалистическими или коммунистическими устремлениями ставят перед собой цель изменить существующий государственный и общественный строй. Сказанное распространяется и на объединения, в которых социал-демократические, социалистические или коммунистические устремления, направленные на изменение существующего государственного и общественного строя, провозглашаются в форме, которая наносит ущерб общественному спокойствию, особенно согласию между различными классами населения. К объединениям приравниваются организации любого рода».

«§ 9. Распускаются собрания, на которых провозглашаются социал-демократические, социалистические или коммунистические устремления, направленные на изменение существующего государственного и общественного строя.

Запрещаются собрания, которые фактами подтверждают справедливость предположения о том, что они поощряют формирование устремлений, перечисленных в предшествующем абзаце. К собраниям приравниваются публичные торжества и шествия».

«§ 10. Запрещение и роспуск относятся к компетенции полицейского управления. Жалобы подаются только в органы надзора».

«§ 11. Запрещаются печатные издания, в которых социал-демократические, социалистические или коммунистические устремления, направленные на изменение существующего государственного или общественного строя, провозглашаются в форме, которая наносит ущерб общественному спокойствию, особенно согласию между различными классами населения.

В периодических изданиях запрет может распространяться и на дальнейший выход его в свет, если на основе этого закона запрещается выход отдельного номера».

«§ 17. Лицо, являющееся членом запрещенного объединения или осуществляющее деятельность в его интересах, подвергается денежному штрафу в размере до 500 марок или тюремному заключению сроком на 3 месяца. Этому же наказанию подвергается также лицо, которое принимает участие в запрещенном собрании или которое незамедлительно не удалится после роспуска собрания полицией.

Лица, которые принимают участие в работе объединения или собрания в качестве руководителя, распорядителя, агента, выступающего с речью, или кассира, или лица, которые призывают к проведению собрания, подвергаются тюремному заключению на срок от 1 месяца до 1 года».

«§ 19. Лицо, которое распространяет, продолжает распространять или печатает вновь запрещенное печатное издание или издание, подлежащее временному запрету, подвергается денежному штрафу в размере до 1000 марок или тюремному заключению на срок до 6 месяцев».

«§ 30. Настоящий закон вступает в силу с момента его обнародования и действует до 31 марта 1881 г.»[140].

Действие «Закона о социалистах», принятие которого означало, что рабочее движение фактически запрещается, продлевалось четыре раза. Он сохранял свою силу до 30 сентября 1890 г.

«Исключительный закон» рикошетом ударил и по национал-либералам. В обществе пошатнулась вера в их искреннюю приверженность принципам правового государства, обострились противоречия внутри самой партии, из которой в 1880 г. вышло левое крыло во главе с Людвигом Бамбергером, объединившееся затем с прогрессистами.

Конечно, «исключительный закон» — не то же самое, что кровавое подавление восстания парижских рабочих в июне 1848 г. или Парижской Коммуны в мае 1871 г. Тем не менее для либерального XIX века с его верой в приоритет права «исключительный закон» представлял собой чрезвычайно реакционное явление: ведь он запрещал политическую деятельность целой партии не за совершенные преступления, а за идейные позиции.

Однако подавить социалистическое движение не удалось. Социалисты по-прежнему избирались в рейхстаг, только в качестве независимых депутатов от рабочих. Запрещенные партийные организации зачастую действовали под вывеской рабочих спортивных и певческих союзов и касс взаимопомощи. Социал-демократические издания печатались в Швейцарии и нелегально доставлялись в Германию через разветвленную сеть «красной полевой почты». В 1880 г. на съезде СРПГ в Швейцарии в Готскую программу было внесено важное изменение, согласно которому партия должна