Исландские саги. Том II - Коллектив авторов

и тем самым нарушил договор с ним. А ты поезжай к Торгейру, сыну Откеля, и втяни его в дело. Нападите с ним на Гуннара. Если же вам не удастся его убить, то нападите еще раз. Вот что я тебе скажу: Ньяль предсказал ему, что если он убьет кого-нибудь из другого поколения того же рода, и при этом он нарушит заключенный договор, то сразу погибнет. Втяни в дело Торгейра, потому что Гуннар убил его отца. Если вы с ним вдвоем нападете на Гуннара, то ты прикройся щитом, а Торгейр пусть смело бросится на него, и Гуннар убьет его. Тогда окажется, что Гуннар убил человека из другого поколения того же рода, а ты спасешься бегством. И если ему суждено от этого погибнуть, то он нарушит договор. Итак, подождем.

После этого Торгейр поехал домой и тайно рассказал все своему отцу. Они порешили, что будут действовать так, чтобы никто ничего не знал.

LXVIII

Через некоторое время Торгейр, сын Старкада, отправился в Церковный Двор к своему тезке. Они прошептались весь день. Под конец Торгейр, сын Старкада, подарил своему тезке золоченое копье и затем уехал домой. Они очень подружились.

Осенью на тинге в Лощинах Кольскегг предъявил иск на землю на Перешейке, а Гуннар назвал свидетелей и предложил людям из-под Треугольной Горы деньги или землю в других местах по законной цене. Торгейр назвал свидетелей того, что Гуннар нарушил договор с ними. На этом тинг кончился.

Проходит год. Тезки постоянно встречаются, крепко дружат.

Как-то раз Кольскегг говорит Гуннару:

– Я слышал, что тезки очень подружились. Многие говорят, что им доверять нельзя. Советую тебе быть поосторожнее.

– Мне не миновать смерти, – говорит Гуннар, – где бы я ни был, если мне так на роду написано.

На том разговор кончился.

Осенью Гуннар велел работникам одну неделю работать дома, а другую – внизу, на Островах, чтобы кончить уборку сена. Он распорядился, чтобы все уехали, и остался один с женщинами.

Торгейр из-под Треугольной Горы отправился к своему тезке, и когда они встретились, то начали, как обычно, разговор. Торгейр, сын Старкада, сказал:

– Мне бы хотелось, чтобы мы набрались духу и напали на Гуннара.

– При встречах с Гуннаром, – ответил Торгейр, сын Откеля, – победа доставалась немногим. И я не хотел бы нарушать договор.

– Они нарушили договор, а не мы, – сказал Торгейр, сын Старкада. – Ведь Гуннар отобрал у тебя пашню, а у нас с отцом – Перешеек.

И они решили напасть на Гуннара. Тут Торгейр говорит, что Гуннар через несколько дней останется один дома, и предлагает:

– Возьми одиннадцать человек и приезжай ко мне, и со мной будет столько же.

После этого Торгейр поехал домой.

LXIX

Когда Кольскегг с работниками пробыли на Островах три дня. Торгейр, сын Старкада, проведал про это и послал сказать своему тезке, чтобы тот встретился с ним на Гряде Горы Треугольной. Он въехал на гряду и стал там ждать тезку.

Гуннар в это время оставался один дома. Тезки подъезжают к лесу, и вдруг их так начинает клонить ко сну, что они не в силах ехать дальше. Они вешают щиты на ветви, привязывают лошадей и кладут возле себя оружие.

Ньяль в эту ночь был на Торольвовой Горе. Ему не спалось, и он то выходил из дома, то входил. Торхильд спросила Ньяля, почему ему не спится.

– Что-то чудится мне, – ответил Ньяль. – Я вижу духов-двойников многих врагов Гуннара. Одно странно: видно, что у них недоброе на уме, но ведут они себя неосторожно.

Немного погодя к дверям подъехал какой-то человек, спешился и вошел в дом. Оказалось, что это пастух Торхильд и Скарпхедина. Торхильд спросила:

– Ну, нашел овец?

– Я нашел кое-что поважнее, – ответил тот.

– Что же это? – спросил Ньяль.

– Там, на горе, в лесу, я нашел двадцать четыре человека. Лошади их были привязаны, щиты висели на ветвях, а сами они спали.

Он все так точно заметил, что мог описать все их оружие и одежду, и Ньяль узнал каждого из них. Ньяль сказал пастуху:

– Побольше бы таких слуг! Не забуду этой твоей услуги. А сейчас я хочу тебя послать по делу.

Тот сказал, что готов.

– Отправляйся, – сказал Ньяль, – в Конец Склона и скажи Гуннару, чтобы он ехал к Каменистой Реке и собрал людей. А я поеду к тем, в лес, и пугну их так, что они повернут обратно. Хорошо, что на этот раз они ничего не добьются, а потеряют немало.

Теперь надо рассказать о Ньяле. Он подъехал к тезкам и сказал:

– Что-то вы неосторожно разлеглись. Зачем вы сюда приехали? С Гуннаром шутки плохи. Ведь если говорить правду, то вы замыслили убийство. Но знайте, что Гуннар уже собирает людей и скоро будет здесь. Он перебьет вас, если вы тотчас не отправитесь восвояси.

Они не стали мешкать. Перепуганные, они похватали оружие, вскочили на коней и поскакали к Треугольной Горе.

Ньяль поехал к Гуннару и сказал:

– Не распускай народ, а я поеду и попытаюсь уладить все мирно: они сейчас, наверное, крепко перепуганы. А за то, что они замышляли убить тебя – в этом они все замешаны, – им придется заплатить не меньше, чем пришлось бы заплатить за убийство одного из тезок, если бы такое случилось. Я возьму эти деньги на сохранение и позабочусь о том, чтобы они были под рукой, когда тебе понадобятся.

Гуннар поблагодарил его за помощь.

LXX

Ньяль поехал под Треугольную Гору и сказал тезкам, что Гуннар не собирается распускать своих людей, пока не рассчитается с ними. Они были в сильном страхе. Они сделали различные предложения и попросили Ньяля передать эти предложения Гуннару. Ньяль сказал, что передаст только такое предложение, за которым не скрывается обмана. Они попросили его рассудить их и сказали, что выполнят любое решение, которое он вынесет. Ньяль сказал, что он вынесет решение не иначе как на тинге и в присутствии самых уважаемых людей. Они согласились на это.

Ньяль свел обе стороны вместе. Они пожали руки в знак того, что помирились и обязуются сохранять мир. Ньяль должен был вынести решение и по своему усмотрению назвать судей.

Немного погодя они встретились с Мёрдом, сыном Вальгарда. Мёрд очень корил их за то, что они поручили Ньялю рассудить их, поскольку он большой друг Гуннара, и сказал, что это им дорого обойдется.

Вот люди, как обычно, поехали на альтинг. Обе стороны тоже были на тинге. Ньяль попросил внимания и спросил всех самых уважаемых людей, которые были