Продажный рок. Как лейблы укротили панк, эмо и хардкор - Дэн Оззи

К тому времени, как новая версия песни была готова к записи, производство пришлось перенести в Gravity Studios в Чикаго, чтобы Макилрот мог находиться рядом с Эрин, которая была на девятом месяце беременности. «Запись "Swing Life Away" была в самом разгаре. Она позвонила в середине дубля и сказала, что пора отправляться в больницу, и я сказал ребятам, что мне пора идти, – рассказывает Макилрот. – Они понимали, что как только у нас родится ребенок, студия закроется как минимум на пару дней. И сказали: "Если ты сделаешь еще четыре дубля, нам хватит работы на следующие два дня"».

Руки Макилрота дрожали, и все та же отрешенность снова появилась в его глазах, когда он встал перед микрофоном. Ричардсон начал записывать, и Макилрот с трудом подавил дрожь в голосе. Он подумал о том, что у Эрин начались схватки, и вспомнил о своем обещании, которое он ей дал, что все будет хорошо. Он закрыл глаза и представил лицо своего первенца, пока пел строки, полные надежды и преданности: «Если любовь – это труд, я буду работать как проклятый до конца[201]».

После нескольких дублей фронтмен наконец настоял на том, что ему нужно срочно ехать в больницу. «Мы удерживали его до тех пор, пока ему совсем уже надо было уходить», – вспоминает Ричардсон.

«Наверное, прошло всего минут пятнадцать, но я и так уже задержался слишком надолго, – смеется Макилрот. – Когда Эрин узнала об этом, она была в бешенстве». На следующее утро у супругов появился на свет их первенец – девочка, Блайт Элизабет Макилрот.

$ $ $

В тот августовский день 2004 года, когда их дебютный альбом, Siren Song of the Counter Culture, выпущенный на крупном лейбле, появился на прилавках магазинов, у Rise Against было запланировано дневное выступление в рамках Warped Tour в пенсильванском городе Херши. Группе было отведено место на меньшей сцене фестиваля, но то, что перед их выступлением собралась большая толпа, было положительным моментом в день выхода альбома. Однако, когда группа играла свою программу, стало очевидно, что что-то не так.

«Я помню, как поднялся на сцену, а там перед ней были все эти ребята. И я подумал: "Ни хрена себе, об этом знают все!" – вспоминает Принсипи. – Потом я понял, что они просто ждали Fall Out Boy, которые играли после нас». Это было особенно забавно для Макилрота, раньше игравшего в чикагской металкор-группе под названием Arma Angelus с басистом Fall Out Boy Питом Венцем.

«Тот день стал символичным для всех последующих дней, – говорит Макилрот. – Альбом вышел, и ничего, черт возьми, не изменилось. Казалось, что все по-прежнему, зрителей не стало больше, альбомы продавались не больше, чем продали бы Fat Wreck Chords».

О Rise Against на панк-сцене говорили как о группе, которая должна была добиться успеха, но, вероятно, никогда не получит того, что заслуживает. «Было очень легко болеть за них, потому что они были добродушными ребятами, – говорит Венц. – Мы видели, что их концерты в Чикаго проходили при аншлагах, и это вселяло в нас надежду, что и мы можем так же».

Даже авторы фэнзинов с состраданием отнеслись к переходу Rise Against на крупный лейбл. Рецензия Razorcake на Siren Song была нехарактерно оптимистичной для панк-журнала. В ней говорилось: «Я желаю группе удачи и надеюсь, что они получат поддержку, на которую рассчитывали. А если нет, надеюсь, что они не сдадутся, потому что они – хорошая группа».

В течение нескольких месяцев после релиза на Geffen Records Siren Song преимущественно оставался на месте. Основная часть фанатов Rise Against купила альбом, но, кроме этого, группа не видела дополнительных преимуществ в том, что за ними стоит более крупный лейбл. Геффен продолжал перетасовывать руководство, и группа делала все возможное, чтобы оставаться на связи с постоянно меняющимися менеджерами, регулярно звоня им или заезжая в офис в Санта-Монике во время визитов в Лос-Анджелес. «К счастью, у Geffen была потрясающая команда. Мы старались общаться и устраивать личные встречи как можно чаще. Я думал, что если они будут с нами видеться, то не забудут нас, – говорит Принсипи. – Но я чувствовал, что для них мы были просто списанием налогов. Я думаю, они могли бы меньше заботиться о нас».

В некотором смысле группа получила творческую свободу, о которой мечтала во время создания Siren Song. Никто из Geffen никогда не нависал над ними в студии и не заставлял их делать то, что им не нравилось. На самом деле, если не считать предложения Хэндлера включить в альбом композицию «Swing Life Away», группа практически не взаимодействовала со своим лейблом, пока не представила конечный продукт. «Мы закончили альбом и выпустили его. Мы никогда не давали им демо, – говорит Макилрот. – Я не мог сказать, был ли у нас творческий контроль или всем было наплевать».

Пока у Rise Against был фургон и поклонники, им больше ничего не требовалось для поддержки Siren Song. Кристофер Мартин организовывала для них достаточное количество туров, чтобы они могли продолжать гастролировать, а их новый менеджер Мисси Уорт поддерживала крепкую связь с сопрезидентом Geffen Полли Энтони и решала все остальные проблемы. Кроме того, они не обращались за помощью к своему лейблу. «Мы были гастролирующей машиной, – говорит Барнс, – а не группой, которой нужно было звонить на лейбл и просить о чем-то. Мы были вполне самодостаточными панками, разъезжавшими в фургоне. Поэтому мы просто вернулись в фургон».

Однако долгие разъезды не вызывали у Rise Against того же чувства восторга, что и раньше, особенно у Макилрота, которого дома ждал был младенец. Дни в Warped Tour стали походить на монотонное блуждание по асфальтированным парковкам; международные туры больше не вызывали у Макилрота ощущения, что ему повезло и он выиграл соревнование. «Это на самом деле казалось чем-то непримечательным. Казалось, что кто-то выпустил воздух из воздушного шарика, – говорит он. – Но в то же время хуже не стало. Это было похоже на продолжение».

За десять дней до Рождества Rise Against прилетели в Японию, чтобы сыграть два вечера в Astro Hall, токийском клубе на триста человек. Пребывание на другом конце света вызвало у Макилрота ощущение, что группа исчерпала все возможности. «Каждый вечер приходило всего 150 ребят, – говорит он. – Помню, я думал: "Эти концерты даже не окупают гостиничные номера. Это не та бизнес-модель, которая работает. Если бы я мог зарабатывать столько денег, продавая автомобили, почему бы мне не оставаться