Кризис как способ расправить крылья - Елизавета Сергеевна Павлова

Особенности подросткового общения

Подросток исключительно раним, он тянется к ровесникам, желая получить от них поддержку и признание. Взрослые его пока не интересуют, но он не прочь получить одобрение и от них. Принятие группой сверстников для подростка субъективно важнее отношений в семье, в этом возрасте это так, и это нормально. Возникают первые романтические отношения, глубокая и тоже романтичная юношеская дружба. Сочетание тяги к общению и ранимости в отношениях ведет иногда к забавным феноменам.

Эда ле Шан в своей книге о воспитании подростков обратила внимание на то, что у родителей подростков в определенное время резко вырастают счета за телефонные переговоры: подросшие чада тянутся к общению. Действительно, личное взаимодействие на близком расстоянии в этом возрасте – вещь непростая и остро ранящая впечатлительных тинейджеров, и они интуитивно нашли выход: телефон! Можно часами быть на связи, общаться, но при этом не входить в контакт лицом к лицу. Впрочем, через некоторое время подростки «выходят» из телефонной связи, переходя к личным контактам, когда это становится для них менее травматичным.

В наши дни помимо телефона для такого дистанционного общения используются средства компьютерной связи («ВКонтакте», ICQ, чаты, всевозможные форумы). В норме увлечение всеми этими чудесами техники достигает пика в подростковом возрасте, а позже идет на спад. Если это не так и если такое неличное, опосредованное общение продолжает оставаться ключевой формой взаимодействия, то стоит серьезно насторожиться.

Один против всех

Подростковые бунты давно вошли в поговорку. Порой кажется, что подросток бунтует просто так: «Я дерусь просто потому, что я дерусь», как говорил Портос в известном фильме про трех мушкетеров. Однако причина бунтов глубже: подросток подает сигнал родителям, что он уже вырос, что систему отношений «папа, мама и ребенок» нужно менять: никакой он не ребенок, а уже почти что взрослый человек! Часто родители этого не понимают и относятся к бунтам как к форме выпада лично против них. Это не так, но объяснить это спокойно и безболезненно удается не всем и не всегда.

Правда, переход из детства во взрослость – последний из кризисов, который болезненно сказывается не только на самом человеке, но и на его родителях. Следующие кризисы человеку придется преодолевать самому. И их еще будет немало.

Кризис двадцатилетия

Время жизненного выбора

Это первый взрослый кризис: телесные перестройки не так драматичны, а основной объем новых приобретений исходит уже не из биологической, а из социальной сферы. Задача этого кризиса – сформировать ролевую идентичность молодого человека.

Эрик Эриксон пишет, что в юности часто наблюдается явление так называемого ролевого моратория. Речь идет о ситуации, в которой юноши и девушки, со всех сторон слышащие от родственников: «Ну выбирай же скорей! Скорее определяйся, куда будешь поступать!», на деле вообще на все «забивают». В итоге пару лет они толком не учатся и не работают: встречаются с друзьями, тусуются, подрабатывают на разовых, несерьезных работах.

Ролевой мораторий – очень важный этап в становлении личности. Молодой человек или девушка должны самостоятельно принять очень важное решение, определяющее жизнь на долгие годы вперед. Выбор профессии, выбор дела жизни человек должен сделать самостоятельно. И для того чтобы определиться, многим нужно дополнительное время – того времени, которое, как подразумевается, потрачено на выбор профессии в школьные годы, может оказаться недостаточно. У каждого человека своя скорость принятия решений, свой способ выбирать. А родственники и заботливые папа с мамой давят, прессуют, настойчиво долбят: «Ну что, решил уже? В политех или на физфак?»

К сожалению, резко отрицательную роль в прохождении кризиса выбора своего дела играет современная призывная система нашей страны. Нет, против того, что свою страну нужно защищать, возражать мы не собираемся. Но ни для кого не секрет, что в наши дни призыв в армию для многих стал синонимом «передачи сына на произвол неуставным отношениям и издевательствам». И об этом можно только пожалеть – как известно, в более спокойные в этом смысле советские времена молодые люди пользовались армейской службой именно как отсрочкой для выбора, или тем самым пресловутым ролевым мораторием.

Можно было часто слышать: «Я пока никуда поступать не буду, вот приду из армии – тогда и подам документы». И правда, из армии юноша приходил, уже точно зная, куда хочет пойти учиться: в медицинский вуз или в Лесотехническую академию, а армейская закалка позволяла сдержать напор родственников, убежденных, что инженерное дело для сыночка – самое то!

Сейчас же ролевым мораторием в чистом виде молодым людям воспользоваться затруднительно, поэтому обучение в вузе чаще всего и играет роль отсрочки при принятии решения. Подразумевается, что вуз – это легальная «отмазка» от армии, а решение «кем быть» будет принято позднее. И это неправильно, так как не позволяет молодым людям проявить достаточную ответственность при совершении собственного жизненного выбора.

Оставьте за ними право на ролевой мораторий!

Девушкам часто приходится не легче. Приведем пример: одна юная леди испытывала в последние школьные годы значительное давление со стороны матери, которая растила ее одна, страстно желая «вывести в люди». Девушка посещала подготовительные курсы при Политехническом институте и поступила туда на один из технических факультетов. Мама девушки оставалась глуха к ее воззваниям: «Ну подожди, мама, я не хочу никуда поступать, дай годик подумать, ну, поработаю секретаршей, а там посмотрим!» «Нет, нельзя терять год, не смей лоботрясничать, дочка!»

Дочка же полгодика проучилась через пень-колоду, стала посещать концерты самодеятельных музыкантов, закрутила роман с одним из них, уехала с мужем в другой город, родила ребенка, ушла к другому мужчине и долго жила с ним, не работая, перебиваясь случайными заработками. Спустя лет десять она вернулась в родной город с ребенком, нашла работу и, проработав годик, подала документы на биологический факультет университета. Поступила, училась на «хорошо» и «отлично» на дневном отделении, закончила, нашла работу по специальности и сейчас работает в коммерческой организации экологом. Результат? Лишение человека права на ролевой мораторий на год-другой обернулось потерей уже не одного года, а десяти лет.

Так стоит ли давить на детей, чтобы они «определялись поскорее»? У каждого человека есть свой темп принятия решения. И еще важно запомнить: решение, которое человек примет сам, он обязательно будет реализовывать, при этом он окажется готов бороться с трудностями, которые встретятся на его пути. Ради решения, которое было «подброшено со стороны», человек проходить через трудности и преодолевать преграды обычно не готов: «Это мама хотела, чтобы я стал врачом, так